» как жанр школьного сочинения» методическая разработка по русскому языку (9 класс)

Эссе

Материалы к уроку№ 1

  1. Справка.

Осоргин Михаил Андреевич (наст. фамилия Ильин) (1878–1942), русский прозаик, журналист.

Брюсов Валерий Яковлевич (1873-1924), редактор литературно-критического отдела журнала «Русская мысль».

  1. Словарь.

Тезисы

Тезисы — кратко сформулированные основные положения доклада, лекции, статьи и т.п. (Толковый словарь русского языка под редакцией Т. Ф. Ефремовой. )

Что такое эссе?

Эссе — разновидность очерка, в котором главную роль играет не воспроизведение факта, а изображение впечатлений, раздумий и ассоциаций. Эссе возникло на рубеже XVII века, распространилось в европейской литературе, но особенно популярно стало в Англии. Эссеистический стиль отличается образностью, афористичностью, близостью к разговорной речи. Встречается эссе философское и литературно-критическое. Автор эссе не претендует на анализ произведения, ограничивается рассуждениями о нем, подчеркивая субъективность своего отношения. (Краткий словарь литературоведческих терминов. М., 1987 г.)

Эссе — (жанр критики, публицистики и др.) прозаический этюд, представляющий общие или предварительные соображения о каком-либо предмете или по какому-либо поводу, нередко случайному. (Словарь иностранных слов. М., 1979 г.)

Эссе — жанр критики, литературоведения, характеризующийся свободной трактовкой какой-либо проблемы. Автор эссе анализирует избранную проблему (литературную, эстетическую, философскую), не заботясь о систематичности изложения, аргументированности выводов, общепринятости вопроса (Словарь литературоведческих терминов.- М., 1984).

Памятка для работы с текстом.

— Небольшой объем.

— Конкретная тема.

— Использование полемически заостренных утверждений, субъективность изложения.

— Свободная композиция.

— Парадоксальность и афористичность, эмоциональность речи.

— Смешение разнородных пластов лексики.

— Стилистические фигуры: анафора, антитеза, бессоюзие, градация, инверсия, многосоюзие, параллелизм, риторический вопрос, риторическое обращение, умолчание, эллипс, эпифора.

— Наличие художественных тропов (метафора, сравнение, эпитет).

Тексты.

В.В. Розанов.

1856-1917

Литератор и журналист, богослов, философ, педагог.

Разработал особый жанр – “мысли”.

Возврат к Пушкину

Пушкин — это покой, ясность и уравновешенность. Пушкин — это какая-то странная вечность. В то время как романы Гете уже невозможно читать сейчас или читаются они с невыносимым утомлением и скукою, «Пиковую даму» или «Дубровского» мы читаем с такой живостью и интересом, как бы они теперь были написаны. Ничего не устарело в языке, в течении речи, в душевном отношении автора к людям, вещам, общественным отношениям. Это — чудо. Пушкин нисколько не состарился; и когда и Достоевский и Толстой уже несколько устарели, устарели по самой не рвозности своей, по идеям, по взглядам некоторым, -Пушкин ни в чем не устарел. И поглядите: лет через двадцать он будет моложе и современнее Толстого, Достоевского. Как он имеет в себе нечто для всякого возраста, так (мы предчувствуем) в нем сохранится нечто для всякого века и поколения. «Просто — поэт», как он и определил себя («Эхо»), — на все благородное давший благородный отзвук. Скажите, когда этому перестанет время, когда это станет « не нужно»? Так же это невозможно, как и то, чтобы « утратили прелесть и необходимость» березовая роща и бегущие весной ручьи». Пушкин был в высшей степени не специален ни в чем: и отсюда-то — его вечность и общевоспитанность.

Пушкин всегда с природою и уклоняется от человека везде, где он уклоняется от природы. В самом человеке он взял только природно-человеческое — то, что присуще мудрейшему из зверей, полу-богу и полу-животному: вот — старость, вот — детство, вот — потехи юности и грезы девушек, вот — труды замужних и отцов, вот — наши бабушки. Все возрасты взяты Пушкиным: и каждому возрасту он сказал на ухо скрытые думки его и слово нежного участия, утешения, поддержки. И все — немногословно. О, как все коротко и многодумно! Пушкина нужно «знать от доски до доски».

Купите-ка, господа, сегодня своим детям Пушкина и отберите у них разные «новейшие произведения». Уберите и крепко заприте в шкаф, а еще лучше — ключ потеряйте. «Новейшие произведения» тем отмечаются, что польза от них происходит только тогда, когда их теряешь, забываешь у приятеля, когда их «зачитывают» или, наконец, когда какая-нибудь несгорающая «Анафема» (Л. Андреева) наконец сгорает, хоть при пожаре квартиры.

К Пушкину, господа! — к Пушкину снова!

Ю. Айхенвальд

1872-1928

Русский литературный критик, переводчик. Окончил историко-филологический факультет Новороссийского университета (г. Одесса).

Силуэты русских писателей.

Ревет ли зверь в лесу густом,

Трубит ли рог, гремит ли гром,

Поет ли дева за холмом —

На всякий звук

Свой отклик в воздухе пустом

Родишь ты вдруг.

Ты внемлешь грохоту громов

И гласу бури и валов,

И крику сельских пастухов —

И шлешь ответ:

Тебе ж нет отзыва…Таков

И ты, поэт!

В самом деле, он — эхо мира, послушное и певучее эхо, которое несется из края в край, чтобы страстно от кликнуться на все, чтобы не дать бесследно замереть ни

одному достойному звуку вселенской жизни. Он больше отзывался, чем звал. Это именно потому, что он истинный поэт.

Всеотзывная личность его была похожа на многострунный инструмент, и мир играл на этой Эоловой арфе, излекая из нее дивные песни. Великий Пан поэзии, он чутко слышал небо, землю, биение сердец — и за это мы теперь слушаем его.

Но быть эхом всеселенной не есть нечто пассивное и механическое: для того, чтобы ответить, надобно услышать. И в этом послушании миру сказывается глубокое мировоззрение, происходит свободный выбор. То, что он повторил, что навеки удержал из текучей хаотичности жизненного гула,- это именно и есть то, что заслуживает бессмертия; как раз это и должно было остаться на свете, как раз эти чистые отклики и образуют мысль и музыку мира.

Это души и деяний, внутренних и внешних событий, прошлого и настоящего, Пушкин в своей отзывчивости как бы теряет собственное лицо. Но божество тоже не имеет лица.

Сторукий богатырь духа, Пушкин в своем пламенном любопытстве, полный звуков и смятения, объемлет все, всех видит и слышит, каждому отвечает. Он сам сказал, что душа неразделима и вечна, и он оправдал это на себе. Ему — дело до всего. Как бы не зная границ и пределов, не ощущая далекого и прошлого, вечно настоящий, всюду сущий, всегда и всем современный, он в этой сверхпространственности и сверхсовременности переносится из страны в страну, из века в век, и нет для него ничего иноземного и чужого.

Он верил в свои нравственные силы, себя уважал. И это находится в неизбежной связи с тем важнейшим фактом человеческой и поэтической биографии Пушкина, что всегда он был самим собою. Такой подражающий, он в то же время ни для кого не был внушением — даже для самого себя; даже себя не порабощал, и никто и ничто его не гипнотизировали. Пушкин никогда не насиловал своей души. И поразительно, до какой степени это мировое эхо было вместе с тем незаменимо, до какой степени этот всеподражатель был самодостаточен.

Пушкин — самое драгоценное, что есть у России, самое родное и близкое для каждого из нас; и оттого нам трудно говорить о нем спокойно, объективно, без восторга. Мы вспоминаем эту дорогую кудрявую голову, мы повторяем его стихи, мы знаем, что в степи мирской, печальной и безбрежной, есть неиссякаемый, животворный источник, где мы почерпаем все новые и новые возможности мыслить и чувствовать, где нам дается святое причастие красоты. Его стихи лепечут уста детей, и его же стихи, не покидаемые в стенах школы, на обязательных страницах хрестоматий, текут вослед за ними в продолжении всей нашей жизни и, «ручьи любви», навсегда вливаются в наши взрослые души. И так проходят годы, десятилетия, прошло столетие со дня его рождения и еще новые десятилетия, а сам он не проходит. Великий и желанный спутник, вечный современник, он идет с нами от нашего детства и до нашей старости, он всегда около нас и до нашей старости, он всегда откликается на зов нашего сердца, жаждущего прекрасных откровений. Какое счастье!…