История русской литературы

Курсовая работа

* Данная работа не является научным трудом, не является выпускной квалификационной работой и представляет собой результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала при самостоятельной подготовки учебных работ.

До конца 80-х годов ХХ века отечественная школа разного уровня неизменно использовала программы и учебники по литературе, созданные на основе единой версии истории общества и социологически соотнесённой с нею истории искусства, методологически восходящей к марксистско-ленинской периодизации революционных политических событий в мире и в России. Освобождение от этой догматической методологии и схематизма, именовавшегося научной традицией, предоставляли возможность поменять в учебном процессе местами тексты, давно утратившие свою привлекательность для читателя, на явления возвращённой культуры; и это обстоятельство какое-то время примиряло нас с остро ощущающимся ныне дефицитом учебников и программ нового поколения.

Хотя возраст первых попыток по-новому осмыслить культурное и литературное пространство ХХ столетия уже переваливает через рубеж десяти лет (Акимов В.М. Великие и трудные судьбы: Страницы литературной жизни Петрограда-Ленинграда.-Л.: Лениздат, 1990.-67с.; Скобелев, В.П. Слово далёкое и близкое: Народ – герой – жанр: [Очерки по поэтике и истории литературы]. – Самара: Кн. Изд-во, 1991.-278 с.; Голубков, М.М. Утраченные альтернативы: Формирование монистической концепции советской литературы 20-30-х годов./Рос. акад. наук, Ин-т мировой лит. им. А.М.Горького.-М.: Наследие, 1992.199с.), нельзя утверждать, что концептуальный инфантилизм и наивный эмпиризм себя полностью исчерпали в историко-литературных исследованиях. Единодушны исследователи в утверждении, что «разомкнувшееся в конце ХХ века культурное пространство» создаёт уникальную для историков литературы ситуацию, позволяющую осмыслить художественный феномен отечественной литературы во всём многообразии и сложности этого явления. Но солидарны они только в отрицании прежних вульгаризированных схем (Освобождение от догм. История русской литературы: Состояние и пути изучения: Сб. ст./РАН, Науч. сост. на рус. лит., Институт мировой литературы; Отв. ред. Д.П.Николаев.- М.: Наследие, 1997. Т.1.-308с. Т.2.-214.) и в признании необходимости выработки новой концепции историко-литературного процесса, в основу которой были бы положены «высокозначимые эстетические ресурсы, которые были накоплены в течение века русской литературой, часто и в значительной степени вопреки всем видам оказываемого на неё давления» (С.И.Тимина. Русский ХХ век//Русская литература ХХ века. Школы, направления, методы творческой работы. СПб.: «Logos»; М.: «Высшая школа», 2002.С.7).

7 стр., 3432 слов

Российская культура в контексте мирового культурного пространства

... с другой стороны культура является не только совокупностью множества культур, но также и мировой культурой, единым культурным ... культуры приобретает история культуры. Если говорить собственно о современной культуре, ... культурными ценностями между народами, умения выйти за рамки привычных, но уже отживших представлений, преодолеть ряд реакционных традиций, которые складывались и насаждались веками, ...

Основные проблемы изучения истории русской литературы ХХ века. Границы курса (Внешние и внутренние. Внешние: верхние и нижние.)

Проблема внутренних границ литературы ХХ века будет рассматриваться в связи с характеристиками отдельных периодов.

Проблема границ, соединяющих или разделяющих (для одних – внутренних, для других — внешних) русскую литературу ХХ века от литературы так называемого ближнего зарубежья. Эту проблему нельзя решать, нарушая исторические факты: русская литература только в конце ХХ века получила возможность воссоединиться с зарубежьем ДАЛЬНИМ и отделиться от зарубежья БЛИЖНЕГО. Следовательно, рассмотрение её ВНЕ КОНТЕКСТА БЛИЖНЕГО ЗАРУБЕЖЬЯ – суть более грубая ошибка, чем отсутствие соотнесённости с явлениями дальнего зарубежья.

Литература рубежа веков (Художественная эпоха Серебряного века ) не завершается Октябрём 1917 года, а продолжается в новых условиях, ветвясь при этом на литературу русского андеграунда, советскую и русское зарубежье. Курс русской литературы ХХ века начинается резко: Октябрь 1917 года изменил условия существования литературы, что и вызвало возникновение новых функциональных слоёв: аттестированная литература, андеграунд и зарубежье. Два типа границ: чёткие, непрозрачные и не проницаемые и – проницаемые, протяжённые. Пример непрозрачной границы – верхняя граница литературы периода Великой Отечественной войны.

Литература ХХ века как возвращённая литература.

Понятие «возвращённой» литературы постепенно утрачивает свою привлекательность, в первую очередь, у тех, кто вкладывал в него представление о внешних признаках литературы: т.е. не издававшаяся, не публиковавшаяся, запрещённая до второй половины 80-х годов 20 века в нашей стране. Но ещё в конце 80-х гг. 20 века понятие «возвращённая литература» употреблялось в значении, отражающем наше отношение к сущностным признакам литературы. В этом смысле «возвращённой» литературой оказывалась не только не прочитанная нами, но и поверхностно и догматически истолковываемая. Т.О. к «возвращённой» литературе стали относить перечитываемые по-новому произведения и советской классики, которые некоторые критики преждемременно пытались даже сначала вывести за границы заслуживающего внимания наследия: роман «Мать» А.М.Горького по-новому прочтёт Г.Панфилов, создавший замечательный по своей глубине и актуальности фильм.

«Возвращение» как основной закон истории культуры впервые исследует Тейяр де Шарден в «Феномене человека». Согласно его взгляду на мир всё: предметы материальной и духовной культуры, люди, не только гениальные, но и самые обыкновенные, обречены на две жизни. Первая – короткая. Она подчинена закону убывания времени: заявляющему о себе с первых движений жизни у каждого из нас. Вторая начинается после неизбежного промежутка забвения и подчиняется закону возрастания времени: чем длиннее дистанция, отделяющая человечество от свидетельств его прошлого, тем ценнее кажутся эти свидетельства.

5 стр., 2321 слов

История культуры Казахстана

... веках сложились и закрепились главные элементы культуры казахов. Культура казахов в XV–XVIII ВВ.: творчество Жырау. Период XV – начала XIX вв. занимает особое место в истории культуры ... Большую роль играл культ огня. В XVI–XVII веках в Казахстане развивалось устное народное творчество и письменная литература. Устное творчество представлено поэтами-импровизаторами – акынами, сказителями – жырау. ...

Проблема соцреализма

  • одна из актуальнейших историко-литературных и теоретических.

До конца 80-х годов ХХ века она была одной из наиболее привлекательных в советской литературоведческой науке. Правда, исследование её следует признать скорее конъюнктурным и политизированным, чем объективным и, я бы сказала, продуктивным. С конца 80-х годов ХХ века к этой проблеме почти не обращаются с научной целью. Конъюнктурность, присущая прежним исследованиям, посвящённым этим вопросам, и в этот раз сказала своё слово: с конца 80-х эта тема наименее выигрышна. Е.Добренко вообще отказал явлениям соцреализма в праве на эстетическую состоятельность. А между тем только теперь мы получили возможность без оглядки на прошлое и оглядки на политическую цензуру объективно и всесторонне исследовать эту проблему. Желающих мало, а возможности для серьёзного её изучения пока есть.

Во-первых, необходимо помнить, что имя явлению дают не тогда, когда оно РОЖДАЕТСЯ, а тогда, когда это явление становится для нас ЗАМЕТНЫМ и начинает казаться значимым. Популярности термина «социалистический реализм» предшествовала история формирования системы литературно-критических представлений о принципиальных отличиях советского искусства от русского критического реализма. И среди первых определений нового искусства следует, безусловно, назвать то, которое дал в 1923 году в книге «Литература и революция» Л.Д.Троцкий – «СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ИСКУССТВО».

История ИМЕНИ всегда и короче и уже истории ЯВЛЕНИЯ.

Типологические признаки соцреалистического искусства мы встречаем в литературе 19 века: в произведениях К.Рылеева, Н.А.Некрасова, Н.Г.Чернышевского…И в эстетике русского классицизма.

Роман А.М.Горького «Мать» — система, с которой будут сравнивать произведения первой четверти ХХ века, выясняя степень соответствия их классическому образцу, явившемуся в мир, как водится, раньше ИМЕНИ.

Принципы соцреалистического искусства без труда обнаруживаем и в произведениях, принадлежащих иным художественным системам и эпохам. И в этом случае рельефность признаков резко возрастает. Обратитесь к кинематографии: фильм США «Спасение рядового Района», но самое значительное явление этого типа – «Охотник на оленей» Майкла Чимино.

По странному совпадению действие в фильме начинается на севере Америки, где этнические русские граждане Америки, ходят молиться в православный храм, а охотиться в могучий лес… Там молодые герои фильма живут так, будто знают, что их будущее непременно окажется замечательным, как и их настоящее. Накануне отъезда в армию, а им предстоит война во Вьетнаме, они играют свадьбы, беспечно наслаждаясь щедростью судьбы. В финале они, кто сумел вернуться (а вернуться означает не только избежать смерти, но и преодолеть разрушительную тяжесть того душевного опыта, которым расплачивается война с оставшимися в живых), похоронив доставленное на родину тело товарища, с невероятной остротой ощущают несовместимость двух состояний, которые они переживали вместе: чувства счастья и защищённости – тогда – и утраты, боли, невозможности что-то исправить – сейчас. Герои находятся в том же доме, который в начале фильма был залит огнями, и это единство места усиливает у зрителя впечатление испытываемой ими тяжести. Никакие слова не могли бы его ослабить. Оно преодолевается, когда героиня фильма начинает петь…

14 стр., 6773 слов

История русской литературы XX века (20-30-е гг.)

... этому параметру в 20-е г.г. между двумя ветвями литературы шло своего рода ... 30 литературных групп и объединений. Нередко входившие в эти группы лица были далеки от искусства. ... искусств назывался "Сумасшедший корабль"). Необходимо отметить старейшее Общество любителей русской словесности (1811-1930), среди председателей и членов которого были почти все известные русские писатели. В ХХ веке ...

Посмотрите этот фильм и попытайтесь себе ответить, только со всей откровенностью, исчерпал ли себя социалистический реализм? С моей точки зрения, факт появления художественных шедевров, типологически сопоставимых по своему гражданственному и даже государственному пафосу с моделью соцреалистического текста, самое убедительное доказательство неисчерпанности ресурсов социалистического реализма. Но условия несвободы, в которые было поставлено советское искусство, оказывали разрушительное влияние на все художественные направления. Все, в том числе и соцреализм.

Этапы изучения курса.

А. Литературная критика и книга Л.Д.Троцкого «Литература и революция», в которой впервые формулитуется новая схема искусства ХХ века и основные признаки «социалистического искусства», идеологические, в первую очередь, и эстетические.

Б. С середины 20-х появляются монографии, посвящённые этой проблеме (Д.Горбов, Е.Никитина, А.Воронский…) К этому времени формируется и в русском зарубежье корпус исследователей, обращающихся к этой проблеме (В первую очередь следует назвать имя М.Слонима, В.Ходасевич, Г.Адамович…)

Не многим удалось избежать излишней политизированности (в среде эмигрантов проявление излишней политизированности получило название «большевикоедство»)– настоящей эпидении ХХ века. В советском литературоведении этот вирус породил вульгарно социологизированный взгляд на природу искусства, вульгарно материалистический, вульгарно атеистический, сохранявшиеся вплоть до второй половины 80-х годов. Из этого вовсе не вытекает, что исследований, не утративших своей не только исторической, но и научной значимости в эти десятилетия не создавалось. Не бывает никогда времён, окрашенных только в чёрные цвета.

После «оттепели» в советской науке появится новое поколение учёных, чьи исследования поэтики, прежде всего художественного наследия 20-х годов, и сегодня представляют самый серьёзный интерес и должны нами учитываться. Назовём только имена: Г.А.Белая, В.П.Скобелев, Е.Б.Скороспелова, Н.И.Великая, Н.Е.Васильева и многие другие.

В. Со второй половины 80-х годов ХХ века начинается новый этап, о продуктивности которого будут судить, между прочим, и по нашей с вами активности и усердию. Методологические проблемы этого периода связаны с освобождением от догматической и вульгарно-материалистической версии природы искусства и возвращением к философскому наследию серебряного века с его широким взглядом на природу творчества (и социальным, и религиозным, и психологическим…)

Проблема внутренних границ – периодизация и структура историко-литературного процесса

  1. Границы бывают «прозрачные», проницаемые и непроницаемые, чёткие и размытые… в любом случае требуется их научное обоснование, опирающееся на историко-литературные факты.

  2. Характеристика границ обусловлена и соотнесена с характеристикой очерчиваемых ими художественных эпох или периодов. Современная историко-литературная версия опирается на типологию художественных эпох, формулируемую в трудах Н.И.Конрада, Ю.М.Лотмана, Е.Мелетинского, так или иначе переосмыслявших идеи И.Пригожина. В самом упрощённом варианте типология предполагает выявление признаков т.н. СЕРЕДИННЫХ и КРАЙНИХ эпох (Ю.М. Лотман именует их как эпохи «КУЛЬТУРЫ)» и «ВЗРЫВА», эпох, которые в «химически чистом» виде никогда не встречаются в истории. Иногда встречается термин «ПЕРЕХОДНАЯ» эпоха в значении «крайняя». Мне он представляется менее удачным, но он начал употребляться раньше других и потому – «прижился».

    2 стр., 902 слов

    Литература языковедение : Образ времени в одном из произведений ...

    ... дольше века длится день" ориентировано на время. В заключение я хочу сказать, что именно с помощью этой художественной категории мне удалось лучше понять этот непростой роман. Список литературы ... уже не возможно представить произведение целиком. Усложняет писатель и образ времени, соединяя настоящее с прошлым, позволяя ощутить глубины народной памяти. В романе "И дольше века длится день", на ...

Литература

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/kursovaya/istoriya-literaturyi/

1.Конрад..Н.И..Место..первого..тома..в «Истории всемирной литературы» //ИВЛ: В 9тт. –М., 1983.-Т.1.С.14-20;

2. Бузник В.В. Введение//История русской советской поэзии. 1917-1941. – Л., Наука, 1983.-Т.1.С.3-12;

3. Мелетинский Е. Возникновение и ранние формы словесного искусства//ИВЛ: В 9тт. Т.1. С.23-52;

  • Лотман Ю.М. Клио на распутье// Наше наследие. 1988.5.С.1-4;
  • Лотман Ю.М. Культура и взрыв. М.,1992.

Практические занятия №1,2,3,6,7,14.

Бурова С. Литература первых лет Октября: Методические рекомендации по курсу «История русской советской литературы». Тюмень, 1995.

Бурова С. Поэма А.Блока «Двенадцать» в прочтении «следующего поколения»//Бурова С. Советская классика в новом прочтении. Тюмень, 1997.С.8-23 [Более доступен первый вариант этой статьи: Бурова С. Категория «Другого» в поэме А.Блока «Двенадцать»//Русская литература и философская мысль 19-20 вв. Тюмень, 1993.С.124-135].

А. Литература первых лет Октября (крайняя эпоха).

Общая характеристика

До конца 80-х годов ХХ века период «Литература первых лет Октября» рассматривался как далеко не самый интересный и небогатый литературными шедеврами, но очень значимый, с точки зрения политических преобразований, отрезок истории. Справедливости ради, следует сказать, что новый взгляд на этот период формируется ещё до волны литературных возвращений. В.В.Бузник в самом начале 80-х высказывает чрезвычайно интересную мысль о способности искусства в определённые периоды за короткий период в сжатом виде повторять основные этапы долгой истории развития художественной мысли: от устной стадии к письменной. Отчасти версия эта позволяла объяснить сравнительно небольшой объём дошедших до нас текстов.

В последствии выяснилось, что текстов этого времени сохранилось совсем не так уж и мало.

В 80-е появляется и ещё одна замечательная версия об этой эпохе. Кстати, у В.В.Бузник она тоже просматривается: версия о переходном характере литературы первых лет Октября. С большой настойчивостью эту мысль будет отстаивать Н.Е.Васильева.

Говорить об этом сегодня особенно необходимо, слишком уж охотно и стремительно мы в очередной раз «отрекаемся от старого мира».

«Апокалиптический синкретизм» литературы первых лет Октября

Литература первых лет Октября – это последний период Серебряного века накануне его «разветвления» на две самостоятельно развивающиеся «линии» ( в границах Зарубежья и советской культуры).

Период литературы Октября – это литература в «точке б и ф у р к а ц и и» (Ю.М.Лотман-И.Пригожин).

Б и ф у р к а ц и я – раздвоение, ослабление внутрилитературных связей и одновременное их с о с у щ е с т в о в а н и е до момента ф л у к т а ц и и — «случайного», т.е. не литературного отклонения величин (художников) от «серединного» значения, привычного, «нормального». Основная характеристика литературы первых лет Октября обусловлена, с одной стороны, наличием генетической связи с Серебряным веком, пропитанным мистицизмом, предчувствиями и особым художественно-ритуальным экстазом. С другой стороны, на характеристику литературы первых лет Октября повлияли внешние обстоятельства, социально-политический сдвиг, воспринятый подавляющим большинством его свидетелей как самое сильное доказательство справедливости предчувствий и пророчеств (М.Волошин. Пророки и мстители, 1906) Система поэтических признаков, воплотившая в литературе первых лет Октября это мистическое восприятие действительности, получила определение апокалиптического синкретизма.

9 стр., 4385 слов

Лирика любви в ранних произведениях Блока («Стихи о прекрасной Даме»)

... Блок умер в раннем возрасте, однако его поэтические произведения будут интересны всем людям, так как они облегчают и преображают людям жизнь. Развитие темы любви в поэзии А.Блока. Адресаты любовной лирики. ... и несравненное. В этом нет элементов земного. Такова любовь в творчестве Александра Александровича. Сочинение Любовь в творчестве Блока Александр Блок попал в классику литературы как знаменитый ...

Он предполагает такую модель мира, в которой хронотоп «сжимается» до предела, исключающего возможность историзма, психологизма, пространственного моделирования действительности, т.к. основным событием произведения становится не история а судьба, сущность человечества, мира… Сущность поглощает выраженность. Открывающийся душевному о к у смысл ПУТИ не нуждается в модели мира, требующей пространственно-временной протяжённости.

В «апокалиптической» модели действительности размываются границы индивидуальной участи и судьбы человечества, голоса исповедующегося и голоса Того, кто отпускает грехи и назначает наказание…

Основным приёмом в произведениях, построенных по принципам «апокалиптического синкретизма» становятся видение, о т к р о в е н и е, т.н. «вспышка сознания» и соответствующие этому превращения, метаморфозы, обнажающие сущность. Отсюда и возможность постановки вопросов об э з о т е р и з м е (мистичность, таинственность) в литературе первых лет Октября (М.Волошин, А.Блок…) и роли библейских образов в ней.

Х р и с т о с и А н т и х р и с т в литературе первых лет Октября. (Практические занятия № 1,2,3,4)

Серебряный век по версии Н.А. Бердяева был, как известно, назван р е н е с с а н с о м (См.: Н.Бердяев. Философия свободы. Смысл творчества. М.: Правда, 1989).

По определению Г.Федотова этот период с не меньшим основанием именовался как период крайнего духовного распада, сопровождающегося ослаблением религиозности. «Человек, потерявший Бога, в искусстве ищет разгадки всех проклятых вопросов…» (Г.Федотов. Борьба за искусство// Вопросы литературы. 1990. 2. С.214).

Вот где «раздолье вере» (Б.Пастернак) как принципиальной позиции духовно зрелой личности!

Так называемые мистические настроения никогда не остаются только настроениями. В этом принципиальное отличие религиозного уровня мышления от не религиозных уровней. Религиозное мышление не нуждается в т.н. исторических и социальных поправках. Ибо не существует – по самому определению – п о п р а в о к, которые корректировали бы ( с изменениями или без) сущность Антихриста. _ Его воплощение осуществляется по упоминанию его. Вот потому и подведёт страшный итог своей жизни М.А.Алданов в романе «Самоубийство». Джамбул и Таня спорят о поэме А.Блока «Двенадцать». Чем талантливее произведение художника, тем больше вероятности, что упомянутым в нём событиям будет суждено бессмертие и «возвращение».

1. Демифологизация Антихриста в прозе Л.Андреева (Дневник Сатаны).

16 стр., 7901 слов

Сравнение романтического героя Байрона и романтического героя Лермонтова

... и традиций в разных странах, и, безусловно, индивидуальностью личностей писателей. Рассмотрим творческое наследие Д. Г. Н. Байрона и М. Ю. Лермонтова. 1.2 Джордж Ноэл Гордон Байрон и его лирика До Байрона ... манили дальние страны и минувшие исторические эпохи, жизнь племён и народов, ещё не тронутых европейской цивилизацией. В романтических произведениях присутствует мир народных поверий и легенд, а ...

2. Романтизация Антихриста в произведениях Горького. Метафизика Горьковской утопии.

3. Мифологизация Антихриста в произведениях А.Блока. История создания поэмы «Двенадцать» — история деформации еретической версии Христа в антихристианскую.

История этих художественных экспериментов восходит к литературе 19 века: к опыту Лермонтовского демонизма и его поисков нравственного объяснения высокомерного богоборчества сильной личности. Опыт этот окажется чрезвычайно созвучным Серебряному веку. В первую очередь его ощутит на себе великий Врубель ( См. об этом подробнее: П.К.Суздалев. Врубель и Лермонтов. М.: Изобразительное искусство, 1991) и, конечно, Л.Андреев и А.Блок.

Но впервые обнаружит тесную связь между идеологией социализма и антихристианством и со всей сокрушительной убедительностью воплотит её в своих произведениях, безусловно, Ф.М.Достоевский. Его Раскольников, его Инквизитор и особенно молчаливый Христос окажут на русскую философию Серебряного века буквально завораживающее влияние. И не случайно именно под пером Вл.Соловьёва возникнет повесть, предопределившая и открывшая собою одну из наиболее популярных в русском андеграунде импровизаций: мотив об Инквизиторе и Христе ( Л.Андреев, И.Эренбург, С.Кржижановский, Б.Пильняк, М.Булгаков, Я.Голосовкер…)

1/ Последнее произведение Л.Андреева было завершением исследования психологической природы зла.

Объяснимо зло уже в рассказе Андреева «Иуда Искариот», где известное библейское событие исследуется художником тщательно и объективно.

Первые беспощадные для России предсказания будущего, неизбежного и связанного с грядущей победой большевизма – «Veny creator!»- были по существу возвращением к образу Иуды. Серый человек в автомобиле, презирающий свой народ, тот самый народ, который охотно верит в тех, кто его презирает, — гордец Иуда, презирающий опасность смерти губернатор («Губернатор»).

Поэтому и появится под пером Андреева «SOS!» — обращение к международной общественности с предупреждением об эпидемии большевизма.

Но в «Дневнике Сатаны» Фома Магнус – не только «приговаривает» большевизм, но и объясняет его как последнюю стадию отчаяния оскорблённой любви к недостойному любви человечеству.

Библейский образ предателя и злодея в произведениях Андреева оказывается «формулой» человеческого опыта любви, страдания и – той степени отчаяния, которая толкает сильную личность на так называемый «подвиг греха», знакомый читателю по произведениям Ф.М.Достоевского.

2/ Романтизация зла в произведениях Горького была закономерным следствием:

а).

разрыва глубоко религиозного по природе своей художника с традиционной верой и

б).

возведения в статус религии тех ценностей, которые не являлись безупречными с интеллектуальной и моральной точек зрения.

Увлечённость сильной личностью проявляется уже в ранних произведениях писателя, его курьёзной притче «Хан и его сын». Подобно Раскольникову, Горький, утратив веру в Бога, «ставит» на т.н. сильную личность, не замечая её неотвратимой метаморфозы, её превращения в Антихриста. В романе «Мать», в повести «Лето» Горький будет искать способы «очищения» героя от налёта антихристианских примет. Нелюбовь Горького к Достоевскому — это прямое следствие поражения художника эпохи революции в споре с его великим предшественником.

24 стр., 11645 слов

Типология героя-бунтаря в прозе Л. Андреева 1890-1900-х годов

... рассказов. Андреев рисует своих героев бунтарями, следовательно, мотив бунта становится одним из основных в его произведениях. Бунт у Андреева ... К выходу готовится Полное собрание сочинение Андреева в 23 томах. В ... прозе Леонида Андреева Андреев воссоздает внутренний мир героя, эмоциональное состояние в условиях социального «падения» либо в отдельной критической ситуации. Автора интересует человек, по ...

Признать правоту Достоевского Горький не решится никогда. В этом случае «очищение» героя от антихристианского достигалось лукавством, компромиссом, «слепотой»… Этот путь писателя виден уже в «Несвоевременных мыслях» и, конечно, в «Климе Самгине» мотив «спасительной» слепоты займёт самое заметное место, как и мотив неминуемой расплаты (за предательство человеческого – «чертовщиной»).

Мифологизация Антихриста в произведениях А.Блока.

Первое, что следует иметь в виду, когда мы приступаем к рассмотрению наследия пореволюционного периода творчества А.Блока, это выделить те значения, которые обусловлены принадлежностью художника к такому явлению, как РУССКИЙ СИМВОЛИЗМ. В этом контексте следует, во-первых, всегда иметь в виду идею ЖИЗНЕТВОРЧЕСТВА, заявленную символизмом и весьма органичную для Блока. Однако не политические лозунги следует искать в произведениях художника, который, подобно М.Волошину, считал политическую активность скорее лукавством, чем выражением зрелой гражданской позиции. Жизнетворчество у Блока чуждо публицистических призывов, оно, скорее, исповедь, покаяние и выражение готовности принесения жертвы.

Второе «во-первых» — это понимание структуры символа символистов. В отличие от символа у предшественников, символ у символистов строится на взаимоисключающих, парадоксальных значениях, что отчасти сближает его с формулой «единства и борьбы противоположностей».

Б. Серединная эпоха, Революционно-романтическая поэзия, проза и драматургия

Основные направления в романтической поэзии. Школы и поколения

1. Старшее поколение

Пролеткульт. Характер лирического героя и романтический тип конфликта в экспрессивной системе. Старшее поколение романтиков: характер лирического героя и художественный конфликт.

Маяковский. ЛЕФ. Поэты, не входившие в ЛЕФ.

Концепция духовного преображения человечества в художественном наследии Маяковского.

2. Молодое поколение. Комсомольские поэты

М.Светлов: проблема характера лирического героя.

Комсомольские поэты. Характер лирического героя. Бесконфликтная версия современности. Конфликт «матерей» и «сыновей» в произведениях 20-х у поэтов –комсомольцов: А.Безыменский («Партбилет»,1923г.), И.Уткин («Песня о матери», 1924; «Поход», 1925; «Мальчишку шлёпнули в Иркутске»; «Атака»,1925).

Завершая разговор об И.Уткине, восстановим последовательность обращения поэта к проблеме «матерей» и «сыновей». В 1924 г. он пишет «Песню о матери», в которой правоту общечеловеческих ценностей в сравнении с нравственным опытом участника гражданской войны соотносит с годами первой мировой войны. И только героическая смерть «сыновей» примиряет «старушек в крошечных чепцах» с участниками бравых и братских сражений. («Атака»).

Вывод: Вывести систему нравственных формул советской эпохи из непримиримого противостояния с системой общечеловеческих ценностей комсомольским поэтам не удалось, хотя именно с этим связывал надежды на них А.В.Луначарский.

М.А.Светлов

Воплощение личности нового типа – задача, осознаваемая поэтами романтической ветви как основная, требовавшая установления соотношений между нравственными установками двух разных эпох, — долго не удавалось молодым художникам, принявшим революцию как высшую правду и как победившую правду большевизма. К сожалению, победителю свойственно подобное заблуждение. Тем энергичнее он навязывает свою точку зрения миру.

18 стр., 8879 слов

Готические традиции в изображении романтического героя в русской ...

... спектр отрицательных героев готического романа и готические традиции в изображении романтического героя в русской литературе 20-х - ... текстов; сравнительно-исторический метод. С опорой на работы исследователей: Мелетинский Е.М.; Жирмундский В.М; Пропп ... Ч.Р.Мэтьюрина; «Латник», «Вечер на Кавказских водах» А.А.Бестужева-Марлинского, «Герой нашего времени», «Маскарад», «Демон», «Штосс» М.Ю.Лермонтова, « ...

Противопоставление чуждого «вчерашнего» героическому «сегодняшнему» не требовало от авторов особого напряжения ума. Но за упрощённым решением этой проблемы неизбежно следовало отчуждение нравственного мира героя от духовного опыта нации и человечества. Поэт, связавший свою жизнь и творчество с советской действительностью, должен был возвратить новому герою корневую систему, в противном случае его новый герой выглядел схемой, пребывающей в безвоздушном пространстве.

Примечание. Драмы утраченных корней не дано было испытать Маяковскому, ведь его бунт, по выражению Блока, был не менее традиционен, чем пресловутый консерватизм старшего поколения. Кроме того, его герой – лирический герой, а не сюжетный, не эпический. Но Есенину придётся пройти сквозь драму утраченных корней, ибо онтологическая поэзия, к которой он принадлежал по характеру его мировоззрения, не позволяла существовать герою без опоры на духовное наследие нации. Здесь природа духовной драмы поэта и объяснение своеобразия его художественного конфликта. С восстановлением корневой системы в онтологической поэзии и связана историческая заслуга А.Т.Твардовского (фольклоризация эпического героя, выполняющая не типологизирующую, а индивидуализирующую роль).

Именно М.А.Светлов применит в комсомольской поэзии (и в романтической советской вообще) для индивидуализации национальную характеристику, которая и выводила на общечеловеческий уровень характер героя.

Национальное и общечеловеческое станет у Светлова самой главной лишней чертой лирического героя и героя эпического. «Стихи о ребе»(1923), «Теплушка» (1923), «Колька» (1924), «Двое» (1924)…

Художественный конфликт в этих произведениях связан с преодолением дистанции, не позволяющей восстановить доверие личности к жизни. Конфликт этот имел широкую почву: в нём было и историческое, и современное содержание.

К устойчивому мотиву противостояния «матерей» и «сыновей» Светлов обратится в 1926 году в стихотворении «Песня», где воссоздаётся фантастическая сцена убийства молодыми людьми своих старых матерей. Затем, уже без сарказма и литературной игры, он напишет «Старушка» (1927).

Здесь лирический герой определяет своё отношение к прошлому и к старушкам как своё личное лишнее, свой единственный недостаток.

Свою литературную программу Светлов сформулирует в стихотворении того же года – «Живые герои».

Светлов вводит в литературу своего героя. Это поэт.

С точки зрения профессии, он, конечно, не поэт. Он поэт по своей жизненной установке. Он живёт по высоким требованиям созданного им самим кодекса чести, требующего всегда и везде вносить в мир доверие к жизни. Эпоха обесценивания индивидуальности имела в лице Светлова своего последовательного оппонента.

Герои Светлова идут по жизни (и в революции) подчёркнуто по-своему. Подчёркивая индивидуальное, Светлов выражает убеждённость, что самая прочная связь с миром у человека всегда индивидуальна. Главное в литературе («Живые герои») и в жизни — этика . Не талант, который разделяет людей на тех и других, порождая зависть и гордость, а любовь и сострадание к герою. Этика определяет эстетические постулаты. Герой-поэт живёт у Светлова в состоянии высшей степени душевной щедрости, самоотдачи.

Вторая волна романтической поэзии – вторая половина 30-х годов. Здесь происходит новая стадия мифологизации русской истории (Дмитрий Кедрин. Зодчие).

Новая стадия мифологизации русской революции. Павел Коган, Николай Майоров, Николай Отрада, Михаил Кульчицкий («…Они нас выдумают снова…»)

Спор Бориса Корнилова и Эдуарда Багрицкого. Конст.Симонов. П.Антакольский. Вторая жизнь И.Уткина.

Романтическая поэзия периода «оттепели».

Своеобразие драматургии В.В.Маяковского

Первые драматургические опыты В.В.Маяковского относятся ещё к первому периоду его творчества. Созданная в 1913 году трагедия «В.Маяковский» оказалась невероятно и опасно пророческой. Но сначала следует обозначить признаки, которые отмечают не только драматургию Маяковского, но и соответствуют литературному этикету Серебряного века.

На рубеже веков дистанция между лирическим и драматургическим текстом сокращается. Это заметно даже не только в стихах Цветаевой, стихах и пьесах А.Блока, но и в пьесах Л.Андреева, которые оставляли минимум возможности для театра, чтобы он мог предложить новую интерпретацию. Так сильно было в них выражено диктаторское авторское лирическое начало. В «Трагедии В.Маяковского» этот диктат проявился уже в том, что и главного героя трагедии – В.Маяковского должен был играть сам Маяковский, «красивый, двадцатидвухлетний».

В прологе герой произносит страшную фразу, определяющую трагедию художника: «душу на блюде несущего к обеду грядущих лет». Душа поэта – к обеду… «Уважаемые товарищи потомки, роясь в /…/ окаменевшем дерьме», непременно должны будут в будущем обнаружить и то, что подавалось «на блюде…» Это тебе не «и долго буду тем любезен я народу…» Перспективе стать дерьмом противопоставлено только живое («воскреси! Своё дожить хочу!»)

В 1916 в поэме «Человек» Маяковский развернёт метафору «обеда» в сцене, где любимая героя будет ласкать три жирных волоска на пальце Повелителя всего. И из этой поэмы лирический герой, подобно герою трагедии «В.Маяковский» займёт центральное место в первой послеоктябрьской пьесе «Мистерия-буфф».

Это экспрессивная пьеса, как и большинство драматургических произведений, родившихся в первые послеоктябрьской литературе, апокалиптической литературе (Ср. с «Россией распятой» М.Волошина, текст которой становится письменным только после какого-то периоде его устного функционирования, когда автор текста был одновременно и его исполнителем).

Разрушение четвёртой стены осуществляется за счёт ремарок, указывающих на совершенно невыполнимые действия (исчезновение героя, выход зрителей на сцену).

Надо сказать, что исчезновение Человека-просто, проникшего, подобно Духу Святому, в души тех, кто слушал его, повторится в кульминационной сцене поэмы «В.И.Ленин».

Лирический герой (Человек) получает воплощение в «Клопе». Не случайно Маяковский доверяет драму оскорблённой любви Зое («жизнь») Берёзкиной. В «Бане» лирическое начало воплощено в двух сюжетных героях: Чудакове, который создаёт машину времени, и в Велосипедкине, который находит ей практическое применение.

Следует помнить, что сатира высокого уровня, ВСЕГДА ТРАГИЧНА. Поэтому, раскрывая смысл драматургических произведений Маяковского последних лет, следует помнить не только о их разоблачительном пафосе, но и об исследовательском, прогностическом значениях.

Романтическая проза и формирование модели соцреалистического произведения

Именно в героико-революционной прозе 20-х в первую очередь и формируется МОДЕЛЬ СОЦРЕАЛИСТИЧЕСКОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ. В прозе 30-х эта модель будет проявлять себя и в других тематических направлениях.

На материале героико-революционной прозы можно говорить не только о модели произведения социалистической литературы, но и о роли советской литературы в создании и развитии МИФА о революции и советской истории в целом.

Миф о новом типе личности и миф об истории имели целью укрепить новый государственный строй, потому мысль В.Н.Хабина о пафосе утверждения советской государственности в советской литературе героико-революционного направления, высказанная ещё в 70-е годы, представляется достаточно справедливой и сегодня, как, впрочем, и его наблюдения над системой поэтических приёмов этой прозы, позволяющие выделить два основных типа в подходе к художественному осмыслению и изображению действительности. Первый из них — ЭКСТЕНСИВНОЕ, тяготеющее к обобщённым эпопейным формам, использующим приёмы РАСШИРЕНИЯ пространственных координат и УДЛИННЕНИЯ временных. Второй — ИНТЕНСИВНОЕ, где на первый план выдвинется не модель действительности, а психологическая, нравственно-философская, ЛИЧНОСТНАЯ модель.

Сложившийся ещё до соцреализма симбиоз политики и искусства в сочетании утопической идеей построения на Земле Рая, углублял пропасть между идеальной моделью действительности, строго определявшей социальную роль искусства, и реальностью, так или иначе влияющей на художника и проникавшей в художественную ткань.

Основные параметры соцреализма как артефакта формулировались постепенно и в своём окончательном виде сводятся к следующему:

а Концепция мира, синонимичная догматичной государственной идеологеме, объяснявшей прошлое человечества и определявшей историческую его перспективу, роль социального фактора в формировании личности. Это т.н. принцип историзма

б Концепция человека как био-социального существа предполагала устойчивую схему положительных и отрицательных характеристик, куда входили оппозиции: коллективизм – индивидуализм и т.п. Принцип психологизма.

в Концепция гуманизма и принцип партийности. Концепция «социалистического искусства» Л.Д.Троцкого (Литература и революция,1923) как основа модели соцреалистического произведения.

г Признаки ангажированности: идея государственности, нормативность героя, утопичность общественного идеала, политизированность тематики и т.п.

Революционно-романтическая проза: идеалы и утопии

Литература.

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/kursovaya/istoriya-literaturyi/

Она включает в себя большое количество произведений, которые неизменно считались шедеврами отечественной литературы: «Падение Даира» А.Малышкина, «Чапаев» Д.Фурманова, «Железный поток» А.Серафимовича, «Бронепоезд 14-69» Вс. Иванова, «Разгром» А.Фадеева. Входит в состав романтической прозы и пласт литературы, которая была запрещена по причинам нелитературного характера. После ареста и убийства В.Я.Зазубрина перестают публиковать его «Два мира» (восстановлен после «оттепели»), запрещаются до конца 80-х годов «Щепка», «Бледная правда» и «Общежитие» (о работе чекистов).

Запрещён до «оттепели» роман Б.Пильняка «Голый год», до конца 80-х годов – «Повесть непогашенной луны», «Красное дерево», «Без названия». До «оттепели» были недоступны читателю некогда популярные произведения И.Бабеля («Конармия»), Артёма Весёлого, Н.Никитина, Сергея Семёнова, А.Тарасова-Родионова («Шоколад»).

Эпопейная и аналитическая проза – две разновидности романтических произведений, одна из которых всецело обращена к идее новой государственности, а другая к воплощению нового типа личности.

«Падение Даира», «Голый год» воссоздают пафос стремительного распространения по планете, по стране новой идеологии. Художественное воплощение этого процесса осуществляется благодаря экстенсификации пространства и интенсийикации времени (В.Н.Хабин).

Соответствующим образом строилась и система персонажей, включавшая в себя два лагеря и оппозицию лидера-вожака и массы.

Особенно трудно складывалась судьба у произведений, пытавшихся воссоздать духовные процессы людей эпохи гражданской войны. Всякая попытка преодоления поверхностного схематизма и плакатности (А плакатность была обусловлена политизированной эпохой) открывала рискованную перспективу для художника быть обвинённым в мелкобуржуазном, абстрактном гуманизме.

«Железный поток». А.С.Серафимовича и «Разгром» А.Фадеева.

Борис Лавренёв. «Сорок первый» (1924), «Рассказ о простой вещи» (1924).

Сергей Семёнов. «Убийца» (1924), «Тиф», «На дорогах войны», «По стальным путям».

«Города и годы» К.Федина включают оппозицию «проволочного» Курта Вана и живого и грешного Андрея Старцова, психологически родственного автору в той же степени, в какой автору «Зависти» близок Иван и Николай, а Горькому Клим Самгин.

Романтическая проза близка философской и онтологической. Роман Замятина «Мы», «Хулио Хуренито» И.Эренбурга романтичны в своей приверженности идее революции. А «Барсуки» Л.Леонова, «Партизаны» Вс. Иванова, «Андрон — Непутёвый» А.Неверова и «Перегной Л.Н.Сейфуллиной» очень выразительно указывают на границы.

Этапы развития ранней революционно-романтической прозы:

а. Канонизация образа коммуниста и так называемая проблема «новой морали». Новая «агиографическая» литература.

б.Социальная утопия и проблема историзма в романтической прозе (утопии и эпопеи).

в. «День второй» (И.Эренбург): «индустриальный» роман, историческая проза, молодёжная проза и «воспитательный» роман.

роман.

Н.Ляшко. «Доменная печь», Ф.Гладков. «Цемент» открывают список производственной прозы, которая, продолжая государственную «службу» революционно-романтической прозы, обращается к более актуальным в середине 20-х годов вопросам: вопросам восстановления промышленности, вопросам строительства и воспитания нового типа личности, новой семьи. Как часто случается, первые произведения этого типа оказываются не самыми удачными. Кроме того, судить, скажем, о «Цементе» Ф.Гладкова по доступным для нас текстам вряд ли удастся, так как они представляют собою поздние редакции произведения, сильно отличающиеся от текста 20-х годов.

Среди наиболее значительных явлений индустриальной прозы и произведений, отмеченных признаками сходства с индустриальной прозой, следует назвать «Соть» Л.Леонова, «День второй» И.Эренбурга, «Гидроцентраль» М.Шагинян, «Человек меняет кожу» Бруно Ясенского, «Волга впадает в Каспийское море» Б.Пильняка, «Путешествие в страну, которой ещё нет» Вс. Иванова, «Мужество» В.Кетлинской, «Время, вперёд» В.Катаева и др.

Совершенно очевидно влияние на индустриальную прозу революционно-романтических произведений: система персонажей строится по одному принципу, не случайно главные герои «биографически» продолжают жизненный путь вчерашних комиссаров, командиров, вернувшихся с полей сражения бойцов. Не случайно среди персонажей обязательно обнаруживается затаившийся непримиримый враг. Не случайно модель художественного времени, включающая в себя прошлое и современность, распахивается и в утопическое будущее. Так формируется в границах индустриальной прозы роман-утопия: «Волга впадает в Каспийское море» Б.Пильняка, «Путешествие в страну, которой ещё нет» Вс.Иванова, «Дорога на океан» Л.Леонова, «Соть».

Андеграундный «слой» в индустриальной прозе.

Соцреалистическая модель в романе Л.Леонова «Соть» связана с наиболее заметными читателю фактами: главный герой – коммунист, руководитель строительства. Сюжетная динамика отражает превращение глухого, заброшенного в лесной чащобе края в индустриальный ценр, производящий бумагу, на которой будет печататься букварь для неведомой маленькой девочки Кати, символизирующей собою «завтрашний день мира» (Л.Леонов. Русский лес).

Есть в романе и разоблачаемые героями враги. Есть и финал, в котором преображение края соотнесено с преображением и людей.

«Другой слой» в романе «Соть» связан с системой деталей, не бросающихся в глаза и потому избежавших суровой критики современников и даже в определённой мере потомков. Во-первых, у девочки Кати, символизирующей будущее страны и человечества, есть двойник – девочка Поля. Это реальная, в отличие от выдуманной героем Кати, девочка, которой суждено погибнуть. Когда герой её увидит, он невольно сравнит её со своей мечтой. Так безоблачно прекрасное будущее приобретёт гипотетический оттенок. Оно станет и вовсе сомнительным, если мы вспомним судьбу юноши Геласия. Главный герой видит в Геласии своего преемника, которому нужно ещё расти и учиться, но из которого должен непременно выйти человек в полном смысле этого слова. Геласий получит увечье, уродующее его физический и психический облик. Наконец, процесс строительства комбината для производства бумаги получает в романе формулу перевода леса на БУМАГУ. Так и будущее людей, и будущее планеты приобретают в романе тревожное звучание.

В романе Ю. Олеши «Зависть» сомнения относительно будущего и неприязнь к нему — атрибут отрицательных персонажей: Ивана Бабичева и Кавалерова. Герои эти в финале романа дискредитируются с максимальной яростью: они делят ложе Анночки Прокопович, и это — всё, что может им предложить жизнь. Правда, остаётся ещё одна маленькая деталь, неприятно мешающая полному триумфу победителей.

Как известно, прелестную Валю Бабичеву Кавалеров назовёт «призом». Она и в самом деле прекрасна, как мечта влюблённого в неё Володи о будущем, как прекрасен и сам Володя, входящий с котомкой ранним утром в город. Ах, как все они хороши! Только надолго ли?

Критики, давно заметившие противопоставление в романе братьев Бабичевых, с безразличием относятся к роли женских персонажей: Вали и вдовы Анночки Прокопович. А роль женских персонажей в «Зависти» вполне соответствует распространённой в позе 20-х функции героини символизировать живую жизнь («Разгром» А.Фадеева, «Мы» Е.Замятина и др.).

Парадокс в том, что наиболее лояльный по отношению к идеям социалистической индустриализации роман Олеши вызвал далеко не однозначную оценку критиков, тогда как «Соть» с её предчувствиями экологической и духовной катастрофы однозначно воспринята как явление соцреалистического искусства. ( Судьба производственной литературы в 20 веке. Артур Хейли. Аэропорт. Жанровые возможности производственной литературы, обращённой, подобно зеркалу, неожиданно поразившему нас необычностью нашего изображения)

Роман воспитания, конечно, тоже строится по модели соцреалистического произведения, отражающей механистичный взгляд на природу, в том числе и человеческую. Не случайно появится смешанный тип индустриально-воспитательного романа: «Мужество» Веры Кетлинской. Однако существенным отличительным свойством воспитательного романа является особая система персонажей, иерархия которой обусловлена не только идеологическими признаками героев, но и возрастными: педагог и воспитанники. Но самое главное свойство воспитательного романа, сближавшее его с другой группой произведений –с так называемой молодёжной прозой, – это тематика: «судьба молодого поколения». Вместе с этим литература смогла сохранить романтическую веру в исторические, социальные и — главное – духовные перспективы общества. Виктор Кин. «По ту сторону» Н.Огнёв. «Дневник Кости Рябцева». Г.Белых и Л.Пантелеев (А.Еремеев).

«Республика Шкид». Александр Владимирович Козачинский . «Зелёный фургон».1938. В.Каверин. «Два капитана».

Детская литература: Гайдар, Р.Фраерман, Л.Кассиль… Агния Барто. «В театре». Судьба молодёжной прозы в 30 – попасть под прессинг индустриальной литературы, утратив романтический характер идеала, превратившись в казённый катехизис. Но молодёжная проза возродится в конце пятидесятых, чтобы затем вновь повторить движение: а – в андеграунд; б – в казённый ряд.

Самые сегодня опасные тексты этого направления А.С.Макаренко. «Педагогическая поэма», «Флаги на башнях» и, конечно же, жизнеописание советского святого, по определению А.Жида, — «Как закалялась сталь» Н.Островского, «Рождённые бурей». Бетховенский пафос этой личности всегда будет впечатлять читателя.

ИСТОРИЧЕСКАЯ проза

Первоначально обращение к исторической тематике – способ романтизировать современность (Есенин).

В дальнейшем – способ расширить узкие рамки модели мира, навязанной артефактом, ввести в качестве т.н. субъекта истории, не только социально охарактеризованного героя, но личность ЧАСТНУЮ.

О последующем ВЫРОЖДЕНИИ и ВОЗРОЖДЕНИИ исторической прозы.

Многие признаки романтической прозы и её более поздних разновидностей (воспитательной, индустриальной, молодёжной…) мы непременно встретим и в других направлениях прозы 20-30-х годов: в философской прозе («Зависть» Ю.Олеши), в онтологической прозе, в которую входит и фенологическая («Журавлиная родина» М.Пришвина).

Онтологическая поэзия и проза

Навсегда сохранится в истории русской литературы (в поэзии и прозе) направление, именовавшееся в разные периоды по-разному, но неизменно сохранявшее верность своей системе ценностей, своей системе символов, своей творческой миссии. Символы Дома, семьи, хозяина, древа, хлеба…Земли.

интерес к проблемам национальных корней русской культуры, к истокам и судьбе национальной духовности, к национальному типу мировосприятия, наиболее сохранявшимся в наиболее консервативной среде, крестьянской, становится одним из объединяющих факторов в литературном процессе рубежа 19-20 веков. Интерес этот менее всего следует связывать с биографическим опытом представителей творческой интеллигенции, хотя и отрицать его было бы нелепо. Но даже в юбилейной Пушкинской статье Д.С.Мережковский, предлагая новое прочтение «Евгения Онегина», свяжет творческие тревоги великого поэта Золотого века с опасениями современников рубежа веков за судьбу духовных ценностей нации.

Художники разных творческих установок, разного личного опыта на рубеже веков испытают неодолимое стремление приобщиться к духовной истории народа. Потому такими не случайными представляются разные, на первый взгляд, но в чём-то схожие уходы современников. Уход в народ на рубеже веков носит характер не миссионерского подвижничества, не учительства, а ученичества и смирения. В судьбах тех, кто растворится в безвестности: Александра Михайловича Добролюбова, Леонида Дмитриевича Семёнова и др., уход был не жестом отчаяния, а был поступком веры. Эти же мотивы двигали и паломниками, искавшими опоры духа у озера Светлояра, на дне которого по легенде и покоится Китеж-град: С.Клычковым, М.Пришвиным, С.Коненковым…

Но об онтологичности так называемой деревенской литературы впервые заговорят лишь много лет спустя, тогда, когда безнадёжно устареют попытки обвинить наиболее ярких представителей этого направления в ностальгии по прошлому, когда станет ясно, что так называемая советская деревенская проза — не просто проза о деревне, а литература, обращённая к сложнейшим философским вопросам: о роли этического опыта нации в судьбе страны, об исторической миссии народа – носителя этого опыта. Благодаря стараниям Г.А.Белой, сблизившей деревенскую прозу 60-70 х гг. ХХ века с так называемой «неокрестьянской» прозой 20-х гг., благодаря исследованиям Н. Солнцевой, С. Куняева, М. Левиной (Апофеоз беспочвенности//Вопросы литературы.1991.9-10) и др. понятие «онтологическая литература» всё более уверенно входит в научный обиход, заменяя собою менее удачные, но ещё не утратившие своей популярности определения «деревенская литература», «крестьянская», «неокрестьянская», «кулацкая», «мужиковствующая»…и даже поощрительное – «колхозная».

Онтологическая поэзия

Первые литературные объединения художников, связавших свою творческую деятельность с судьбой русской деревни, с проблемой сохранения этического и эстетического опыта нации, с проблемой сохранения национального менталитета, восходят ещё к 19 веку. Они связаны с авторитетом не только Н.А.Некрасова, но и гораздо большей степени с наименее известными ныне именами: Кольцова, Ивана Саввича Никитина, особенно — Ивана Захаровича Сурикова. Первые литературно-музыкальные кружки, объединяющие писателей-самоучек, выходцев из деревни, так и назывались — «Суриковскими». Членом Суриковского кружка был и Максим Леонов, отец Леонида Максимовича.

В начале 20 в. поэты неокрестьянской ориентации создадут группу «Краса». Явившийся в 20-е годы имажинизм, тоже связан с этой литературной ветвью.

Лучшая работа об этом явлении – «Китежский павлин» Натальи Михайловны Солнцевой (М., «Скифы», 1992).

Заслуживают самого пристального внимания и исследования Станислава Куняева и Сергея Куняева (Растерзанные тени. М., Голос,1995).

Два поколения.

  1. Старшее будет обречено. Алексей Ганин. Сергей Есенин.Ширяевец. Орешин. Сергей Антонович Клычков. Николай Алексеевич Клюев.

«Погорельщина» Н.А.Клюева – рубеж, за которым неокрестьянская поэзия надолго меняет своё лицо, отказавшись и от религиозных мотивов, и от преемственных черт, соединявших литературу с духовным наследием русского крестьянства.

  1. Молодое поколение связано с Павлом Васильевым, погибшим в 1937 г., Иваном Приблудным, затравленным критикой 30-хгг.

А.Т.Твардовский, Проза неокрестьянских художников

Основная характеристика этой литературы связана с двумя «корневыми» системами:

1.Преемственные связи с произведениями писателей-бытовиков:Мельниковым-Печерским, Маминым-Сибиряком.

2.Связь с произведениями, мистифицирующими бытовую сферу: А.С.Серафимович (Пески), А.М.Ремизов, А.Белый, И.А.Бунин…

Этапы деревенской прозы.

Первый её этап связан с произведениями начала 20-х годов: «Петушихинский пролом» Л.Леонова, «Партизаны» Вс. Иванова, «Перегной» Л.Сейфуллиной, «Андрон — непутёвый» А.Неверова. Произведения эти сближает не только принадлежность к онтологическим ценностям, но и проблематика, и пафос выражения идеи преображения мира.

Второй этап можно открыть «пограничным» романом Л.Леонова «Барсуки», в котором ставятся проблемы будущего, проблемы сущности и судьбы крестьянского мира. К этому этапу относятся и «Необыкновенные рассказы о мужиках» Л.Леонова, и «тайное тайных» Вс.Иванова, и художественная проза С.А.Клычкова, и «замешанная на онтологических дрожжах» проза М.А.Шолохова.

С.А.Клычков

В своей автобиографии С.А. Клычков с огромной любовью пишет о деревне Дубровки, где он родился в июне 1889 года. Отец хотел видеть сына образованным человеком, и на одиннадцатом году С.Клычкова повезли в Москву на учёбу. Но впечатлительный и стеснительный деревенский мальчик, впервые увидев золотые эполеты учителей, услыхав бойких и нарядных городских сверстников, впадёт в полную растерянность и провалится на экзамене. Разозлившись, отец примется пороть его прямо в Александровском саду. Но на счастье обоих свидетелем этой душераздирающей сцены станет хозяин школы. На следующий день Клычков, сдав экзамены на отличные оценки, поступит учиться. И ещё одного человека вспомнит с благодарностью он – Модеста Ильича Чайковского, помогшего Клычкову опубликовать первый сборник стихов и увидеть Италию.

Закончить обучение в Московском университете Клычков не сможет, т.к. не хватит средств платить за учёбу. Он будет мобилизован в армию и окончит школу прапорщиков. Будет служить в артиллерийском полку и, пережив газовую атаку противника, получит отравление. Позднее эти впечатления войдут в книгу о судьбе последнего поэта, представителя потерянного поколения, последнего Леля.

Литературный путь Клычков начал поэтом, но несколько раз он, теряя веру в свои силы, намеревался оставить это поприще навсегда.

Произведения Клычкова из категории «литература второго ряда» перекочёвывают в андеграунд.

Фенологическая литература и этнологическая.

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/kursovaya/istoriya-literaturyi/

Расширение модели мира, сведённого государственной идеологемой к социальной и урбанистической схеме (в пространственном), социальному вектору (во временном) планах. Потому и появляется вечный бунтарь Ходжа Насреддин, Хозяйка Медной Горы, Данила-мастер, Огневушка-поскакушка, Серебряное копытце… А стены и пределы ПОМЕЩЕНИЙ размыкаются, выпуская читателя к морским просторам и к лесам, погружая читателя в бесконечно большое и малое, столь же бесконечное. В. Бианки. Соколов-Микитов. Арсеньев. Пришвин…

Философская поэзия и философская проза

Виктор Владимирович Хлебников (1885-1922), автор работ по лингвистике, математике… Корни его творческого наследия в древнегреческой и древнеславянской мифологии и натурфилософии, когда культура ещё не противопоставлялась естественно природным процессам, а воспринималась как их продолжение, как продление их в контексте ЕДИНОЙ КНИГИ МИРОЗДАНИЯ.

Две ветви философской поэзии: натурфилософская и культурологическая. В утопиях Хлебникова они соединялись. Утопии поэта культурологичны, направлены вперёд, они рассматривают перспективы биологического развития человечества и распространения совершенствующегося сознания…

Категория бессмертия в утопиях Хлебникова, Заболоцкого.

БЕССМЕРТИЕ – нормальное состояние художника (О.Э.Мандельштам: «Неужели я – настоящий, и действительно смерть придёт..»)

Невозможность дешифровки некоторых произведений Мандельштама объясняется так же, как и тайна Буэндиа (Сто лет одиночества. Г.Маркес).