Лад в «Привычном деле» В.И. Белова

В работе сделана попытка рассмотреть «Привычное дело» через категорию «лад», который является квинтэссенцией эстетических и этических воззрений В.И. Белова. Именно это ключевое слово творчества В.И. Белова помогло раскрыть весь идейный уровень повести «Привычное дело». Формирование человеческой природы в условиях деревни, в тесной связи с землей — вот то, что интересует писателя. Однако было бы неправильным говорить только о том, что В.И. Белов превозносил крестьянина и деревенский уклад жизни. Через эти категории писатель выходит на более глубокие и вечные проблемы бытия. Так, задавая сложные вопросы о смысле существования человека на земле, В.И. Белов дает наоборот, предельно простые ответы. Существование человека определено законами бытия и законами всего мироздания. К таким выводам приходит и Иван Африканович в повести «Привычное дело».

«Привычное дело» исследовалось по особо значимым категориям «лада»: труд и природа, временной цикл, жизненный круг, любовь и семья. На основании этого были сделаны следующие выводы:

«Лад» — категория, которой определяется творчество В.И.Белова. Человек и природа, человек и человек, человек и жизнь — вот то, что не может обойтись именно без «лада». Высший гармоничный уровень существования человека — это именно «лад», такой способ мироустройства, когда человек живет в гармонии со всем.

«Лад» — это и сама жизнь, и способ ее проживания. Это все естественное, что заложено природой бытия и без чего человеку сложно жить в мире.

Основные составляющие «лада», по В.И.Белову, это любовь, семья, труд, природа. Все это ценно как само по себе, так и в совокупности. «Лад» существует во всех этих понятиях, как корневое начало, но находится в состоянии инерции. Определяя наполнение каждой составляющей «лада» в повести «Привычное дело», можно сказать о том, что все эти категории имеют жизнь только при участии человека. Только при его непосредственной работе «лад» действительно реализуется.

Разрабатывая концепцию человеческой личности, В.И.Белов создает особого героя — деревенского труженика, который имеет совершенно уникальную характеристику. Трактовка писателя о таком типе героя имеет философскую направленность. Философия писателя заключается в том, что все культурные ценности сосредоточены в деревне, которая является средоточием, истоком культурного сознания. Показывая семью Дрыновых, писатель совершенно не имеет ввиду одну семью, ее особенный уклад, но подразумевает под этим всех людей, а Дрыновы — типичный образ этой семьи.

22 стр., 10589 слов

Человек и природа в русской литературе

... говоря о русской литературе предшествующих столетий, и в том числе XIX века, мы в первую очередь имели в виду ту или иную степень единства, взаимосвязи между человеком и природой. Говоря же о литературе советского периода, ...

В.И.Белов в русском человеке видит силу духа, умение бороться с ежедневными заботами, проблемами и, одновременно, доброту, простодушие, умение сочувствовать и сопереживать. Таких качеств писатель не наблюдал в городских жителях и считал, что все эти ценности личности пропадут, только человек переступит границу города и деревни. Именно поэтому В.И.Белов сильно переживал за судьбы всех русских деревень и боролся за их сохранение.

ГЛАВА 5 КАТЕГОРИЯ «РАЗЛАДА» В ПОВЕСТИ В.И. БЕЛОВА «ПРИВЫЧНОЕ ДЕЛО»

Рассуждая о творчестве В.И. Белова, мы говорим о «ладе», постижению которого писатель посвятил большую часть своей жизни. Не случайно и очерк о народной эстетике В.И. Белов назвал «Лад». Все позиции очерка напрямую связаны с нравственно-этическими и эстетическими воззрениями писателя, где облик крестьянина, его мировосприятие представлено как совершенное, во всяком случае, — приближенное к идеалу. Но не идеализируем и не делаем ли мы утопическим «Лад», когда пытаемся разобрать или посредством его категорий проанализировать все творчество писателя? Насколько художественный образ «лада», воплощенный в творчестве В.И. Белова соотносим с жизненной правдой?

Безусловно, проанализировать повесть «Привычное дело» лучше всего с позиции «лада» как категории и «лада» как составляющей основу творчества писателя. Но, одновременно с утопическими мотивами, в повести ясно прослеживаются и зачатки того, что называется «разлад». Для начала требуется выяснить, что же мы будем понимать под «разладом».

Большой толковый словарь современного русского языка Д.Н. Ушакова трактует «разлад» как «отсутствие порядка, согласованности, единства», «раздор, разногласие, нелады» [62, с. 379]. Словом, все, что противостоит «ладу» входит в «разлад». Если рассуждать о противопоставлениях, то очевидным становятся такие оппозиции — труд и неумение трудиться; дом, семья и отсутствие этого у человека городского, современного; гармоничность природы в деревне и отсутствие, как природы, так и ее гармонии в городе и т.д. Подробнее остановимся на анализе всех вышеперечисленных оппозиций в повести «Привычное дело».

О «разладе» как о категории, к которой тяготеет В.И. Белов в более поздний период, упоминали и Ю.Селезнев, и В.Бараков, но их сентенции сводились больше к очерку «Лад», нежели к творчеству в целом. Ю.Павлов считает, что все книги В.И. Белова можно прочесть с позиций «лад» и «разлад», но, в первую очередь, это относится к тем произведениям, которые создавались параллельно с очерками о народной эстетике.

Труду в повести «Привычное дело» отводится особое место. Для писателя это способ жить, сохранять в себе человека, цельного как с нравственной, так и физической точек зрения. В очерке «Лад» В.И. Белов пишет, что трудом нарабатывалось все: уклад, устройство дома, да и вся жизнь крестьянина в целом. С помощью труда человек ощущал себя на земле, ощущал себя причастным к цикличности времени, к природному и жизненному циклам. В «Привычном деле» труд является ключевым и основным инструментом жизни. Для Ивана Африкановича трудиться — означает «жить», заниматься привычным делом. Однако зачатки того, что можно будет назвать «разладом» в труде можно обнаружить в судьбах детей. Вернее, на примере видения родителями будущего своих детей. Иван Африканович и его жена Катерина считают, что детям будет лучше в городе, что там они найдут достойную работу, смогут выучиться, получить образование. Не даром Евстолья на реплику внука о его нежелании идти в школу отвечает: «Батюшко, ведь учиться не будешь, дак всю жизнь так зря и проведешь» »[5, с. 34]. Но если с детьми ситуацию разлада можно увидеть не очевидно, а только опосредовано, то Митька, шурин Ивана Африкановича, показан как человек, который утратил свое умение трудиться после того, как уехал в город.

2 стр., 808 слов

(По В.Белову) Проблема истинного и ложного отношения к родным местам

... По В. Белову*) *Белов Василий Иванович (1932-2012) - русский писатель, представитель так называемой «деревенской прозы». Сочинение ... жизни». Я согласна с позицией автора. Впечатления, полученные в детстве, являются ... своей родине. Я люблю ее всем сердцем. Я горда тем, что ... родному дому? В данном тексте Василий Иванович Белов, на мой взгляд, ... свои истинные чувства, стесняться их. Для нас роднее и ближе ...

Ю.Селезнев справедливо утверждал: «истинный, глубинный водораздел <…> в творчестве Белова проходит не между «городом» и «деревней», но между “живой жизнью” <…> и жизнью механически заведенной <…>» [51, с. 56]. Здесь следует отметить, что город для В.И.Белова также сравни «разладу» со всеми его составляющими: отрыв от природы, невозможность диалога с ней, отрыв от корней человека, предельная схематизация жизни, совершенно другой уклад жизни, который трактует свои правила и заставляет человека поступать так, как того требуют обстоятельства. Зачастую отрыв от родной земли не происходит безболезненно, бесследно. Обыкновенно за этим стоит драма, ощущение разочарования, неустойчивости. Попадая в ритм жизни города сложно сохранить в себе изначальную естественную гармонию, которая присуща людям земли. Так произошло и с Митькой. Вернувшись в деревню, он не смог влиться в тот ритм, тот естественный, природный порядок будней, которому следуют крестьяне, односельчане Митьки. Одновременно с тем, что шурин Ивана Африкановича не может подхватить размеренность жизни села, он еще и пытается внести разупорядоченность, разлад и в семейство Дрыновых. Так, уговорив отца семейства ехать в город за «большим рублем», Митька не подозревает, к каким последствиям приведет его глупая затея. Отрывая крестьянина от земли, уже «чужак-горожанин» Митька делает чужаком некогда «своего» Ивана Африкановича.

Возвращаясь из города после неудачной попытки заработать, Дрынов сталкивается с настоящим «разладом» в своей жизни: смерть супруги, обезвоженность родника, плачевное состояние дома. Но именно через «разлад» герой обретает истинную гармонию, истинный «лад». Ю.Селезнев считал, что «разлад — то, что требует преодоления через возрождение лада» [51, с. 94].

Нами уже оговаривалось, что «лад» проявляется во всем, в том числе и в быту. Однако после смерти Катерины этот «бытовой лад» нарушается. Проследим это на ряде важнейших художественных образов, сосредоточим внимание на отдельных художественных деталях. Во-первых, «средоточием, материально-нравственным центром» [7, с. 259] как в повести, так и в жизни крестьян в целом, была печь. «Печь кормила, поила, лечила и утешала. На ней подчас рожали младенцев, она же, когда человек дряхлел, помогала достойно выдержать краткую смертную муку и навек успокоиться. Печь нужна была в любом возрасте, в любом состоянии и положении. Она остывала только вместе с гибелью всей семьи или дома» [7, с. 277]. В повести «Привычное дело» вокруг печи разворачиваются основные события в жизни семейства: здесь и бабка Евстолья обряжается, и детей кормит, тут проходит и «юность» коровы Рогули. Печь постоянно теплая, а это значит, что в доме есть жизнь. Вот как описывает В.И. Белов обстановку в доме, где на первом плане стоит именно печь: «В избе и в самом деле было красно от почетных грамот и дипломов, горела лампа, большая беленая печь и заборка, оклеенная обоями, разделяли избу на две части. Колено самоварной трубы висело у шестка на гвоздике, рядом два ухвата, совок и тушилка для угольков…» [7, с.

6 стр., 2631 слов

Семья это маленькое государство

... любовь. Семья – это дерево жизни, и каждая ветка и каждый лепесток этого дерева, это мы. У меня, например, семья очень ... племянников и племянниц. Традиции, в моей семье, очень мало…или это просто я сама их не знаю. ... в гости, поэтому ее часто не бывает дома. Надеюсь, когда вырасту, буду похожа на нее, ... готовить и печь. А вообще мама у меня – замечательный человек! Она заботится о семье и людях, ...

298]. Однако после трагических событий в семье, после того, как погибла супруга Ивана Африкановича Катерина, после духовных смятений и исканий главного героя, в доме также настает «разлад». Наиболее полно это отражает образ остывшей печи — «нетопленная печь…не греет, ни тешит», и обстановка в доме в целом — «<…> уж пробудилась-то под утром, гляжу, а бадья на лавке вся в воде, вода из бадьи вся вытекла, поглядела, а бадья-то целехонька, да и ложка одна на пороге лежит. Вот слезы-ти и пришли того же дни, да и ложка лишняя стала»; «в доме сразу как нетоплено стало» [5, с. 79]. Здесь образ воды можно соотнести с представлением в народном сознании воды как источника жизни. Поэтому, вытекшая вода — как символ ушедшей жизни. А тепло как часть «лада», потерявшее свою функциональность, перешло в «разлад».

Еще одной важной деталью дома становится самовар, который «как бы дополнял два важнейших средоточия: очаг и передний угол, огонь хозяйственный и тепло духовное, внутреннее. Без самовара, как без хлеба, изба выглядела неполноценной, такое же ощущение было от пустого переднего угла либо от остывающей печи» [7, с. 347]. Самовар на протяжении всей повести является показателем того (наряду с печью), что в доме есть жизнь, есть благополучие. Вокруг этого предмета всегда собиралась вся семья, чтобы начать день, и чтобы его завершить. Если относить самовар в вещное поле одного из персонажей, то, безусловно, он будет соотносится с образом бабки Евстольи. Самовар сопровождал Катерину и Ивана Африкановича уже в самом начале супружеской жизни: «<…> всегда вспоминала медовый месяц, и того петуха, и то время, когда они с мужем обнимались днём за шкапом, и самовар шумел у шестка» [5, с. 113]. Разрушение идеального мира можно увидеть даже в самом начале повести, когда «два новых изуродованных самовара» становятся символами дальнейшей судьбы героев повести, с одной стороны, но, с другой, эти предметы отражают умение героев противостоять житейским сложностям. После смерти Катерины домашний самовар утрачивает ту витальность, которой обладал раньше. У него уже нет то жизненной силой, а спокойно и где-то даже равнодушно греет воду, выполняет свои основные функции: «А это… Сегодня сорок ден, как женка… Ну в земле то есть. Значит, по обычаю…<…> Может, зашли бы на полчасика,- сказал Иван Африканович,- самовар греется, пироги напечены» [5, с. 90]. Иван Африканович не может произнести слово «умерла» по отношению к своей супруге, так как не может смириться с этой мыслью, не в силах осознать случившееся.

Другой предмет в доме Дрыновых, на примере которого можно проследить оппозицию, это часы. Не смотря на то, что часы — это предмет городского обихода, они очень гармонично вписались и в крестьянский уклад: «..Так началось утро в семье Ивана Африкановича.<…>Дома остались лишь Володька с маленьким. Они спали в люльке, и очеп легонько поскрипывал, и бабка Евстолья сбивала мутовкой сметану в горшке. В избе тикали часы, скреблась под половицей мышка» [5, с. 101]. В начале повествования тиканье часов согласуется с обычным распорядком жизни в избе Дрыновых, их звук не нарушает гармонии существования, привычно вписываясь в домашний космос. С болезнью Катерины в избе становится «нетоплено», одиноко, пусто, и часы своим тиканьем отражают лишь тревогу, нависшую над домом. После произошедшей в семье трагедии звук часов становится безразличным и безучастным, он больше не согласуется с естественным гармоничным ходом жизни, выбиваясь из общей цепочки звуков своим тревожным постукиванием, что отражает трудности, нависшие над семьей, и свидетельствует о душевном разладе, постигшем Ивана Африкановича: «Однажды он очнулся под утро, мигом всё вспомнил и скрипнул зубами, уткнулся в подушку.

2 стр., 767 слов

Семья Кашириных в повести Детство Горького характеристика и описание жизни

... к сочинению Семья Кашириных в повести Детство Популярные сегодня темы Поэма Мороз красный нос рассказывает нам историю простую, но в тоже время фантастическую, а смысл её заключается в описании простой бытовой жизни. В данной ...

Прислушался — тишина. Только посапывают ребята да, равнодушные, постукивают на стене часы» [5, с. 105]. Тревожное тиканье часов говорит и о разладе, расколе семьи, о том, что некогда единый ход времени, в котором она текла, разрывается и распадается, и теперь жизнь членов одной семьи будет строиться в разных направлениях, потечет в разные русла. Вероятнее всего, Иван Африканович приведет в дом новую жену: во-первых, мужчина не сможет один следить за хозяйством, а Евстолья в силу своих лет и здоровья вряд ли так же сумеет справиться и позаботиться о детях. «Двойников» Мишку и Ваську Иван Африканович отдаёт в приют, Антошку «сдают» в училище, а Катюшка последует судьбе старшей сестры Тани — будет нянькой в чужом доме. Своим поведением, всеми теми событиями, которые обусловили такую сложную, противоречивую ситуацию, Иван Африканович «разладил» семью, столь крепкую и «ладную» в недалеком прошлом. Однако не стоит во всем винить одного Дрынова. Помимо него, вклад в разупорядочивание жизни русского человека внесло и государство. Оно внедрялось в гармоничный крестьянский уклад путем издания различным указов, направленных на то, чтобы вывести человека из равновесия, таким образом «подогнать» под себя. Если говорить о семье Дрыновых, то «разлад» спровоцировало и неправильная форма распределения обязанностей, ролей. Катерина выполняла не свойственную ей мужскую роль, пытаясь помочь семье.

Остальные детали повести, которые говорят о «разладе», можно отнести к городскому укладу жизни, и они связаны, прежде всего, с таким персонажем как Митька — шурин Ивана Африкановича. В его вещное поле входят такие предметы — привезенная картина обнаженной женщины, «документ-инструкция по применению противозачаточных средств», «антигрустин», «недокуренные цигарки». Все эти предметы — символы новой эпохи, символы того нового мышления, которое формируется в городе и отражает другое, не крестьянское отношение к жизни. Мишка, еще один персонаж повести, также символизирует разупорядоченность и «разлад». Так в его планы не входит ранняя женитьба, да и «бабы все у него переменные» [5, с. 50], у Дашки Путанки «было бы два раза по семеро, и все в разную масть, кабы не аборты», «трех мужиков извела, не прижился около ни один, все убежали…»[5, с. 40]. Рисуя такие картинки из жизни, В.И. Белов показывает, как меняются представления о жизни, о семье в условиях того сложного времени, когда свобода, раскрепощенность нравов, слом нравственных запретов. писатель повесть белов

В «Привычном деле» семья — средоточие и выражение нравственного идеала В.И.Белова. Создавая образ семьи Дрыновых, писатель руководствовался крестьянскими основами создания семьи, где во главу угла ставится взаимоуважение, труд, нравственное и духовное развитие, уважение к старшим, авторитет родителей, продолжение рода. В своих оценках В.И. Белов следует позиции Л.Н. Толстого, для которого семья была идеальной моделью, где человек не только рождается и умирает, то еще и формируется как морально, так и физически. Полноценно человек может жить и существовать только в семье, поэтому задачей каждого является поддержание такой среды, которая бы создавала все условия для счастья другого. В.И. Белов в очерке «Лад» так же создает практически идеальную модель семьи, но в ней писатель выражает не только свой идеал, но и свою боль за «все, что касается современной семьи…» [42, с. 25]. В повести на примере семьи Дрыновых писатель затрагивает проблемы современной семьи, связанные не только с нравственными, но и с социально-экономическими аспектами.

10 стр., 4643 слов

Мое представление о ценностях семейной жизни – “Ценности моей семьи”

... тему: sdam-na5.ru Сочинение на тему «Ценность семьи» У каждого человека должна быть любящая его семья. Семья – это главная ценность в нашем мире. Без родственников жизнь человека не полноценна. Именно семья всегда поможет ... крепость. Здесь меня все любят и заботятся обо мне. Семья ‒ это великая ценность сама по себе. Но и внутри семьи есть свои собственные ценности. Я хочу рассказать о ...

В художественном мире В.И. Белова семья маркируется такими образами-лейтмотивами как дом, семейный очаг, река, родник. Все эти лейтмотивы соотносятся и входят в категорию «лада» человеческой и крестьянской жизни, в частности. Как отмечает В.Евсеев, «вместе с формированием подобной системы шло нарастание психологизма и историзма в художественном мышлении писателя, в его прозе» [23, с. 8]. Таким образом, на протяжении всего творчества В.И.Белова образы-лейтмотивы только усложнялись, обрастали сложной семантикой. К примеру, родник, который «был не велик и не боек, пробивался из нутра сосновой горушки совсем не нахально», находясь в состоянии «разлада», становится практически незаметным, «полумертвым». Так и образ семьи в творчестве писателя не является статичным, а показан как изменяющийся под давлением эпохи, обстоятельств, поведения персонажей.

Описывая семейство Дрыновых в «ладу», В.И. Белов прибегает практически к идиллической форме, где образ Катерины выступает как божественное материнское начало, как символ крестьянки-труженицы, следующей своему предназначению. В тексте повести мы почти не слышим речь Катерины, но следим за ее действиями, поступками. Они показывают нам, как мать семейства беспощадно отдает себя работе, и все это во благо семьи. Однако Катерина, не смотря на роль Матери, не выполняет своих прямых обязанностей: ей некогда нянчиться с детьми, она не поддерживает домашний очаг так, как следовало бы делать хранительнице. «Женщина-труженица» — такое определение можно встретить в критике, и это определение будет точно соответствовать образу Катерины. С.П. Залыгин, рассуждая об образе героини, пишет так: «это человек большой силы, большой души и душевной ясности, человек, обладающий негромким, и даже невнятным, и все-таки героизмом, который можно, наверное, назвать героизмом повседневным, житейским» [27, с. 336], и с этим сложно не согласиться. Но здесь возникает другой вопрос: не мог ли быть спровоцирован разлад в семействе Дрыновых и самой Катериной?

Взвалив на себя большую часть мужских обязанностей, жена Ивана Африкановича не заметила, как стала выполнять практически его функции. Возможно, в этой подмене ролей писатель как раз и видит нарушение той естественной крестьянской гармонии, того лада, в котором должны существовать герои повести.

Особого внимания заслуживает одно из самых сильных мест произведения — исповедь Ивана Африкановича на могиле Катерины. Этот монолог заключает в себе идею всего произведения: настоящая любовь остается с человеком навсегда, надо жить, не смотря ни на что, и самое главное — осознание своих поступков, своего поведения приходит к человеку после того, как он потерял что-то очень важное, дорогое в жизни.

2 стр., 934 слов

По повести Чучело Железникова

... в современном мире. Очень часто мы видим сюжеты с бездомными животными в фильмах и книгах. К сожалению, это стало привычным делом. ... на него. И при этом они чувствуют свою превосходность, а самое страшное, безнаказанность. 2 вариант Повесть «Чучело» В.Железникова является одним из наиболее известных произведений для подростков в нашей стране. И ...

Смерть — одна из вечных категорий бытия, бытийности человеческого существования. Жизнь не бывает без смерти, а смерть без жизни. Недаром в народе существует пословица: «Без смерти не уйдешь». В.И. Белов в «Ладе» тоже рассуждает о смерти и ее осмыслении в среде крестьянства. К примеру, «Смерть — это вообще остановка, хаос, нелепость, прекращение гармонического звучания, распадение и беспорядочное смешение звуков» [7, с. 93], но, с другой стороны, дальше говорится так: «Философским принципом, по которому можно судить о народе, является отношение к смерти. Смерть представлялась русскому крестьянину естественным, как рождение, но торжественным и грозным (а для многих верующих еще и радостным) событием, избавляющим от телесных страданий, связанных со старческой дряхлостью, и от нравственных мучений, вызванных невозможностью продолжать трудиться» [7, с. 117].

В «Привычном деле» В.И. Белов показывает смерть именно как «остановку, прекращение гармонического звучания». Прежде всего, остановка наблюдается в семейной жизни Дрыновых — не стало Катерины и моментально нарушился ритм, точнее, он даже на время прекратился, а возвращение в привычную колею только-только намечается в заключительном эпизоде произведения. Но и идея смирения со смертью, принятие ее как неизбежности, естественности также имеет место в повести.

В главе «Привычное дело», когда Иван Африканович пошел в лес и там заблудился — он проделал своего рода путь Дрынова к себе, к новой жизни. Все его блуждания в лесу — это большая метафора блужданий в жизни, неприспособленности в этом мире. С другой стороны, можно предположить, что Иван и хотел найти себя, свое место. Иван Африканович пробирается сквозь лес, забредая все глубже и глубже, как будто идет в дебри своего сознания, пытаясь дойти до сути. Подсознательно он чувствует, что должен продолжать жить, что надо дальше вести хозяйство, поднимать на ноги детей, но прежде всего надо понять самого себя, чтобы именно Жить, а не существовать. Интуитивно Дрынов чувствует, что Катерина все равно рядом, как бы далеко ни была от него. Он даже ждет ее, надеется, что вот-вот и Катерина выйдет, утешит его, по-матерински подбодрит и по-женски приласкает, но «<…>и хотя знал, что никто не выйдет, никто не окликнет, все равно ждал, и было сладко, больно, тревожно ждать. И никто не вышел» [5, с. 114]. Для начала он забредает на то место, которое Катерина оставила недокошенным: «Вот, — подумал Иван Африканович, — кто-то покосил да так и оставил неуправленным» [5, с. 114]. Здесь же он находит Катеринин платок: «Запах Катерининых волос не могли выдуть лесные ветры, а соль, завязанная в кончике, так и не растаяла от дождей» [5, с. 114]. Этот же платок дальше помогает Ивану напиться воды, он использует его как фильтр, — и тут Катерина оказалась подмогой для него. Ее нет, но она рядом, дает понять своему муженьку, что все хорошо, что надо Ивану жить дальше, а не умирать от тоски. Очень тревожные мысли посещают Дрынова: «Надо идти. Идти надо, а куда бы, для чего теперь и идти? Кажись, и некуда больше идти, все пройдено, все прожито. И некуда ему без нее идти, да и непошто. Никого больше не будет, потому что и нет Катерины. Все осталось, ее одной нет, и ничего нет без нее…». [5, с. 114] Само состояние героя описано такими словами, как «бесцельно», «равнодушно», да и Ивану кажется все равно, что с ним дальше будет. Вот он и смерти стал бояться, что для крестьянина совершенно не характерно.

Косвенным обозначением состояния героя становится природа. Во-первых, во всех описаниях природы чувствуется единение человека с ней, а во-вторых, состояние природы точно показывает и состояние героя и то, что окружающий мир остро чувствует и человеческие чувства. Сначала описывается такая природа: «лес похмурел, сделался жутким» [5, с. 118], а потом « Лесной шум затихал вдали, в сером небе намечались кое-где медленно светлеющие отдушины. <…> Понемногу небо в одном месте совсем просветлело. Там засинело белесое разводье, и солнечный свет с трудом пробился на землю» [5, с. 119]. И после бесконечных блужданий становится так: «Земля под ногами Ивана Африкановича будто развернулась и встала на свое место: теперь он знал, куда надо идти» [5, с. 121]. Он знал и как выбраться из леса, и какой дорогой надо идти дальше по жизни.

С таким переосмыслением жизни идет Иван Африканович на сорочины к могиле своей жены Катерины. Идет он уже с другим взглядом на все: на природу — на исчезающий утиный след на лесном озере, на деревья, обращает внимание на мельчайшие детали, которые в повседневной жизни совсем не заметны. Появляется и новый взгляд на жизнь, смерть. Представляет себе новую весну, тот круговорот природы, который втягивает в себя и всех людей, а именно, крестьян. Здесь к Дрынову приходит окончательное успокоение и утверждение гармонии души: «Здесь, у озера, нечаянно пришел к Ивану Африкановичу ровный душевный покой. Первый раз за последние шесть недель по-человечески высморкался, переобулся, заметил, что написано на свернутой для курева областной газете. Закурил. «Жись. Жись, она и есть жись, — думал он, — надо, видно, жить, деться некуда» [5, с. 124] . Кажется, что все эти мысли пришли к Ивану Африкановичу так легко, непринужденно, как будто все эти истины он давным-давно знал, но это мнение ошибочно. Только с величайшим трудом герой приходит к этим законам бытия, основам мироздания. И платит он за это и большую цену — отдает жизнь своей супруги. Именно отдает, потому что из-за поступка Ивана Катерине пришлось работать больше, страдать сильнее.

В день сороковин Катерины природа опять возвещает о душевном состоянии героя, совершенно умиротворенном: «было тихо, свежо, солнечно» [5, с. 124], дальше: «горький отрадный дым от костров тут и там таял в ясном неощущаемом воздухе: копали везде картошку. Стая прилетевших из леса и готовящихся в путь скворцов опустилась в поле; за речкой, за желтым березнячком кричали ребятишки. Белая колокольня развороченной церкви явственно выделялась на спокойном, по-осеннему кротком небе. Зябкая речка, огибавшая холм с кладбищем, не двигалась, и синенькое небо, отраженное ею, казалось чище настоящего, верхнего неба. На кладбище, в старых вербах, тенькали синички» [5, с. 125]. Все в природе сообщает о том, что у Ивана Африкановича наступило смирение, просветление, возвращение в привычный ритм жизни, но уже без супруги.

Обрисовав смерть Катерины, В.И.Белов показал и нарушение природной гармонии, и последующее за ней крушение традиционных идей о бесконечности рода, о преемственности поколений.

Метафорически показан «разлад» в притче о пошехонцах. Абсурдное поведение и бессмысленное существование «невеселых мужиков», изложенное устами бабки Евстольи, соотносится, как отмечают многие критики, с поведением и жизнью Ивана Африкановича. А. Большов писал об этом способе жизни так: «пошехонство» — анархическое существование без традиций, смысла и пользы». [10, с. 401]. В вымышленной деревне, в которой нарушен естественный ход жизни, живут такие же мужики и бабы, которые не умеют и не способны привести свое существование в ладное. За свое неумение и нежелание они расплачиваются голодом, неустроенностью, бездумьем. Незнание элементарных для крестьянина вещей, слепое следование правилам и советам других людей приводит пошехонцев к самозабвению: «… из себя выходили редко, да и то, когда пьяные». Узнают себя лишь за границами деревни: «Дак ведь, кажись, и я-то Павел? Это Павел-то эк говорит да уши себе и щупает. Павел он али не Павел. Забыл вишь, что он это и есть. Как из дому выехал, так и забыл. Вот какой был Павел толковый, а уж чего про тех говорить» [5, с. 56]. Однако даже размышляя о смысле жизни, пошехонцы не находят никакого способа изменить ситуацию: «Одне говорят: «Надо нам начальство хорошее, непьющее. Без хорошего начальства погибнем». Другие говорят: «Надо, мужики, нам репу-то не садить, а садить брюкву. Брюква, она, матушка, нас выручит, она!» Тут Павел говорит: «Нет, мужики, все не дело это, а надо нам по свету идти, свою долю искать. Есть где-то она, наша доля-то». [5, с. 89]

Иван Африканович практически повторяет схему жизни пошехонцев, однако сам способен на бунт. Требуя справку в колхозе, Иван Африканович как бы дивится сам себе: «ступил на середину конторы и закричал: — Справку давай! На моих глазах пиши справку!», но, мгновенно, это состояние сменяется на привычное для Дрынова: поставил кочергу на обычное место, взял справку и прежним, смирным, как облегченный бык-трехлеток, тяжело и понуро направился к двери». Можно считать, что бунт, непривычный для крестьянина, также стал причиной «разлада» в жизни Ивана Африкановича. Взять, к примеру, сцены, где Дрынов, как и пошехонцы, пьян: в начале повести герой остался без заработка, изломав доставляемый товар. Показав жизнь пошехонцев, В.И. Белов таким образом поднял проблему выживания современного крестьянина в таком укладе, где нет порядка, гармонии, где государство, разрушив деревни, бросило и жителей этих деревень на произвол судьбы.

Таким образом, в повести «Привычное дело» можно увидеть «разлад» на разных уровнях произведения. К примеру, очевидным становится смена функций и ролей предметов быта в семействе Дрыновых. После произошедшей трагедии, вещи меняют свою функциональность или же выполняют только свою роль без дополнительных значений. Помимо бытовых деталей, «разлад» можно увидеть и в самой семье. Потеряв жену, Иван Африканович потерял и опору, он не знает, как приспособиться к новой семье, где нет Катерины — человека, который направлял и поддерживал Дрынова. Может, именно поэтому происходят блуждания в родном лесу. Это становится своеобразной метафорой блужданий Ивана Африкановича в своем сознании, когда все подчинено «разладу».

Одновременно В.И. Белов показывает и «разлад» в городском укладе, который в «Привычном деле» только намечается, а в последующих произведениях этот конфликт носит уже более устойчивый характер. Как реакция на произошедшие в стране изменения, в творчестве В.И. Белова появляется такой тип человека как городской. В повести это образ Митьки — человека, который, следуя государственной идеологии, пытается найти счастье в городе. Потеряв истинный крестьянский дух, он, возможно, пытается вернуться за ним в деревню, но, как оказывается, поздно возвращаться, и сам Митька не хочет. На стыке двух мировоззрений — городского и деревенского, у В.И. Белова зачастую и возникает «разлад».

ГЛАВА 6 МЕТОДИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ: МЕТОДИЧЕСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ ИЗУЧЕНИЯ ТВОРЧЕСТВА В.И. БЕЛОВА В ШКОЛЕ. КОНСПЕКТ УРОКА

«Деревенская проза» — явление литературного процесса, в контексте которого обыкновенно рассматривается творчество В.И. Белова, и повесть «Привычное дело», — в частности закономерным становится приход нового типа героя, типичного для своего времени. В русской литературе 20 века воспроизводятся и отражаются с разных сторон все моменты движения отечественной истории. «Деревенская проза» появилась в относительно спокойные 60-70-е гг. и внесла другое настроение в царящую атмосферу. Естественным и типичным становится обращение к внутреннему миру человека, его проблемам, его отношению к окружающему миру. Показ человека именно с такой стороны обусловил обращение писателей к традиционной культуре, народному быту, фольклору, особому мировоззрению. Помимо тем, изменения происходят и в стилистике произведений, в их языке. Язык наполняется народной речью, ее национальным колоритом. Происходит и сближение повествования с самим рассказчиком, не тождественным автору. Подобная стилистика свойственна прозе В.И. Белова.

Анализируя различные методические пособия, мы пришли к выводу, что для изучения в школе берутся, в основном, рассказы В.И.Белова. В 5 классе для анализа Г.С. Меркин предлагает рассказ «Весенняя ночь», который рассматривается на идейно-художественном уровне. Ведется исследовательская работа с текстом, лексическая работа, формируются нравственно-эстетические представления учащихся.

Наиболее полно проанализировать произведения В.И. Белова предлагает хрестоматия для 5-6 классов «Литература Вологодского края» и «Хрестоматия по литературе для 9 класса». В 5 классе творчество В.И. Белова изучается в разделе «Рассказы вологодских писателей о родной природе». Предлагаются для анализа рассказы «Валдай и Кузя» (из книги «Рассказы о всякой живности»), «Кот Рыжко», «Счастливого плавания!», «Выручил».Так же в программе по «Литературе Вологодского края» С.Ю. Баранова предлагается изучение двух произведений В.И. Белова на выбор (например, «За тремя волоками», «Бухтины вологодские» — фрагменты, «Скворцы», «Рассказы о всякой живности» — фрагменты, «Лад» — фрагменты).

В 9 классах для анализа берутся рассказ «За тремя волоками» и части из книги «Ремесло отчуждения». Творчество В.И. Белова рассматривается в контексте темы Родины в творчестве вологодских писателей.

Выбор произведений обусловлен культурной репрезентативностью, художественной состоятельностью, воспитательной эффективностью произведений и особенностями восприятия обучающихся.

Изучение творчества В.И. Белова в школе представляется необходимым, прежде всего, в контексте изучения литературы Вологодского края. Основной целью такого изучения становится приобщение обучающихся к творчеству писателей-земляков, знакомство с этим творчеством и поддержание дальнейшего интереса к изучению как произведений В.И. Белова, так и другой краеведческой художественной литературы. Также возникает необходимость говорить о литературе Вологодского края в контексте истории русской культуры, изучаемой по стандартной программе. Помимо этого в процессе изучения решаются следующие задачи:

  • расширение культурного и литературного кругозора учащихся;
  • развитие потребностей в изучении традиционной русской культуры;
  • создание особого целостного образа литературы Вологодского края в сознании обучающихся;
  • воспитание уважительного отношения к прошлому своего народа с его традициями и культурой;
  • воспитание уважения к творчеству писателей и поэтов Вологодского края;
  • развитие духовных, так и интеллектуальных способностей;

— В данном случае литература изучается как часть русской культуры. Творчество В.И. Белова уникально именно тем, что сам материал позволяет расширить поле изучения литературы. Помимо непосредственно изучения «Привычного дела» мы можем взять для анализа весь предметный уровень произведения, где каждая деталь будет отражать крестьянский уклад, представление о традиционной жизни русского человека. Это позволит глубже проникнуть в проблемно-тематический комплекс произведений, сформулировать идейный уровень произведения. Также на это работает и другой уровень — языковой. Так наличие в повести «Привычное дело» диалектизмов отражает особую стилистику «деревенской прозы». Но в творчестве В.И. Белова в целом это не только стилистическая особенность, но и способ выразить определенные идеи, донести их до читателя.

Уроки по изучению повести начинаются с проверки домашнего задания, которое предполагает предварительное знакомство с повестью. Наиболее частотной проблемой может стать непонимание современными школьниками языка писателя. Наличие диалектизмов, просторечных слов и выражений, вероятнее всего, вызовет затруднение, поэтому должно сопровождаться комментариями. Далее, возможно, потребуется комментарий и по некоторым социокультурным аспектам, бытовым и историческим. Так отсутствие паспорта у главного героя может быть не понято, поэтому потребует пояснения с точки зрения исторической.

На уроках предполагаются различные виды работ: составление кластеров (по главному герою повести), работа в парах, творческие задания и др.

В ходе уроков применяются следующие методы:

  • исследовательский (создание творческих проектов и презентаций);
  • чтение художественного произведения (возникает необходимость учитывать тип урока и жанровые особенности повести, можно воспользоваться приемом самостоятельного и выразительного чтения);
  • анализ текста;
  • комментирование повести с помощью других материалов (литературно-критические статьи, рецензии, научные труды.

Здесь же необходимо подключить и исторические справки, несущие информацию о том времени, в котором происходит действие повести).

Предлагаем возможные темы сочинений на заключительном уроке по повести В.И.Белова «Привычное дело»:

1. «Привычное дело. Как прожить жизнь».

2. Духовный мир тружеников земли.

3. Пути возрождение традиционной крестьянской культуры в 21 веке.

4. «Жись. Везде жись. И всё добро, всё ладно…”. Смысл присказки Ивана Африкановича.

5. «Разлад» как необходимая составляющая катарсиса Ивана Африкановича.

В ходе изучения творчества В.И. Белова обучающимся предлагается ряд исследовательских проектов.

1. Проект, направленный на изучение и раскрытие контекста повести «Привычное дело». Обучающимся предлагается проанализировать политическую и социокультурную обстановку того времени, в которое писалась повесть. Контекст помогает в дальнейшей работе с текстом. Предполагается устное выступление с историко-литературным комментарием.

2. Проект, направленный на раскрытие образа Ивана Африкановича Дрынова, — главного героя повести. Анализ образа в нескольких ракурсах: а) депутат сельского совета. Выявить основные черты (преданность труду, совестливость, терпение); б) отец, муж. Основные черты: помощник, любящий и тоскующий муж, отец; в) защитник Отечества; г) философ. Размышления о смысле жизни, о своем предназначении, о природе

3. Выявление функциональной нагрузки предметного мира повести «Привычное дело». Создание таблицы, в которой будут указаны основные детали предметного мира, которые несут важную смысловую нагрузку.

Таким образом, анализ повести «Привычное дело» позволяет решить ряд задач. Во-первых, познакомить с творчеством писателей Вологодского края, дать представление о том, что такое региональная литература. Во-вторых, анализ повести дает возможности для знакомства и с крестьянской культурой, бытом и укладом русского человека в деревне. В-третьих, повесть «Привычное дело» наиболее полно отражает своеобразие прозы В.И. Белова, поэтому на примере именно этого произведения у обучающихся происходит формирование представлений о творчестве писателя в целом.

ПЛАН-КОНСПЕКТ УРОКА ПО ТЕМЕ «ПРЕДМЕТНЫЙ УРОВЕНЬ ВНУТРЕННЕГО МИРА ПРОИЗВЕДЕНИЯ» НА МАТЕРИАЛЕ ПОВЕСТИ В.И. БЕЛОВА «ПРИВЫЧНОЕ ДЕЛО»

Тип урока:

Цели:

  • формирование у обучающихся умений реализации новых способов действия,
  • расширение понятийной базы за счет включения в нее новых элементов.

Задачи:

  • сформулировать и закрепить новое знание,
  • применить на практике полученные знания,
  • показать алгоритм анализа художественного произведения на предметном уровне.

Ход урока

Художественной форма произведения имеет сложный состав и структуру. В художественной форме мы будем различать три структурных уровня: изображенный мир, художественную речь и композицию. Все три стороны взаимосвязаны и все вместе создают эстетическое единство художественной формы — стиль.

Художественная форма. Изображенный мир Художественная речь. Композиция.

Сегодня мы остановимся на анализе изображенного мира, а именно на художественной детали.

Вопрос преподавателя:, Изображенный мир —

художественных деталей.

Художественная деталь, Вопрос преподавателя:

Элемент пейзажа или портрета, отдельную вещь, поступок, психологическое движение и т.п., акты поведения персонажей, черты их наружности (портреты), явления психики, а также факты окружающего людей бытия (вещи, подаваемые в рамках интерьеров; картины природы — пейзажи).

Деталь практически всегда составляет часть более крупного образа; его образуют детали, складываясь в «блоки»: так, привычка при ходьбе не размахивать руками, темные брови и усы при светлых волосах, глаза, которые не смеялись, — все эти микрообразы складываются в «блок» более крупного образа — портрета Печорина, который, в свою очередь, вливается в еще более крупный образ — целостный образ человека.

Виды художественной детали:

1 . деталь словесная. Например, по выражению «как бы чего не вышло» мы узнаем Беликова, по обращению «соколик» — Платона Каратаева, по одному слову «факт» — Семена Давыдова;

2. деталь портретная. Портрет может фиксировать характерные для персонажа телодвижения и позы, жесты и мимику, выражения лица и глаз. Всем этим он создает устойчивый, стабильный комплекс внешних черт человека. Героя можно определить по короткой верхней губке с усиками (Лиза Болконская) или белой маленькой красивой руке (Наполеон);

3. деталь предметная: балахон с кистями у Базарова, книжка про любовь у Насти в пьесе «На дне», В романе Гончарова «Обломов» — Это халат, который так шел «к покойным чертам лица его и к его изнеженному телу», Он так же широк, свободен, мягок, лёгок, как и характер Ильи Ильича

4 . деталь психологическая, выражающая существенную черту в характере, поведении, поступках героя. Печорин при ходьбе не размахивал руками, что свидетельствовало о скрытности его натуры; стук бильярдных шаров меняет настроение Гаева; Они рисуют нам внутренний мир человека, это отдельные душевные движения: мысли, чувства, переживания, желания и т.п.

5 . деталь пейзажная, с помощью которой создается колорит обстановки; обозначается место действия, причем место действия имеет принципиальное для данного произведения значение. Чехов, например, переносит действие своих рассказов и пьес из столиц в средний русский город, уездный или губернский, и его окрестности. Также деталь пейзажа может выполнять и психологической функцию — пьеса «Гроза». серое, свинцовое небо над Головлевым, пейзаж- «реквием» в «Тихом Доне», усиливающий безутешное горе Григория Мелехова, похоронившего Аксинью;

6. деталь как форма художественного обобщения («футлярное» существование мещан в произведениях Чехова, «мурло мещанина» в поэзии Маяковского).

7. бытовая деталь

Бытовая деталь указывает на обстановку, жилище, вещи, мебель, одежду, гастрономические предпочтения, обычаи, привычки, вкусы, склонности действующего лица. Примечательно, что у Гоголя бытовая деталь никогда не выступает как самоцель, дана не как фон и украшение, а как неотъемлемая часть образа. духовный мир таких героев настолько беден, ничтожен, что вещь вполне может выразить их внутреннюю сущность; вещи как бы срастаются с их хозяевами. Бытовая деталь выполняет прежде всего характерологическую функцию, то есть позволяет составить представление о морально-психологических свойствах героев поэмы. Так, в усадьбе Манилова перед нами предстают господский дом, стоящий «одиночкой на юру, то есть на возвышении, открытом всем ветрам», беседка с типично сентиментальным названием «Храм уединенного размышления», «пруд, покрытый зеленью»… Эти детали указывают на непрактичность помещика, на то, что в его имении царят бесхозяйственность и неустроенность.

Вещный мир —

Вещный мир (вещный космос, предметный мир) — реалии материальной культуры, окружающие человека. Вещный мир состоит, прежде всего, из бытовых деталей.

Вопрос преподавателя:

Быт — понятие более глубокое, включающее не только жизнь вещей, но и обычаи, ритуал ежедневного поведения, строй жизни, распорядок дня, время различных занятий, характер труда и досуга, формы отдыха.

сатирическая и поэтическая.

Сатирическая линия предполагает воспроизведение быта как воплощение пороков отдельного человека и общества в целом, как отражение бездуховного, обыденного существования. Быт в данном случае часто предстаёт унылым и однообразным, он тяготеет над человеком. Поэтическое бытописание — быт характеризуется как проявление семейной гармонии, домашнего тепла и уюта, прочности семейных отношений, высокой одухотворённости Предметные образы при таком подходе изображаются как нечто родное, близкое сердцу, прочно вошедшее в жизнь героев произведения.

Именно с поэтической традицией описания быта мы встречаемся в повести В.И. Белова «Привычное дело». Повесть была опубликована в журнале «Север» в начале 1966 года и явилась одним из первых значительных произведений «деревенской прозы». Она вызвала широкий отклик у читателей, стала объектом внимания критиков и литературоведов. В литературоведении существует точка зрения, согласно которой «писатели-деревенщики», в том числе и Белов, уделяют чрезмерное внимание бытовым реалиям. Однако, при общей наполненности произведений бытовыми характеристиками, они не являются избыточными, так как всегда подчинены определённым задачам и художественно мотивированы.

На материале повести «Привычное дело» посмотрим, как мир вещей реализует авторскую идею — движение от лада к разладу.

Посмотрим деталь в «ладе», в «разладе». Определим значение, и посмотрим, меняется ли ее значение в «разладе». Насколько описание детали в очерке «Лад» соотносится и имеет прямое значение в повести.

Деталь

Деталь в ладу

Деталь в разладе

Описание детали в очерке «Лад»

Печь

«В избе и в самом деле было красно от почетных грамот и дипломов, горела лампа, большая беленая печь и заборка, оклеенная обоями, разделяли избу на две части. Колено самоварной трубы висело у шестка на гвоздике, рядом два ухвата, совок и тушилка для угольков…»

«нетопленная печь…не греет, ни тешит»

«Средоточием, материально-нравственным центром, разумеется, была русская печь, никогда не остывающий семейный очаг.»

«Печь кормила, поила, лечила и утешала. На ней подчас рожали младенцев, она же, когда человек дряхлел, помогала достойно выдержать краткую смертную муку и навек успокоиться.»

«Печь нужна была в любом возрасте, в любом состоянии и положении. Она остывала только вместе с гибелью всей семьи или дома.»

Люлька

«Володька лежал в люльке довольный и успокоившийся. <…>Он задумался, глядя на солнечный зайчик, отраженный на стене стеклом комода».

«Хоть бы один умер, дак ведь нет, не умрёт ни который!»

«Старухи попили чаю, немного поуспокоились, ребятишки уснули в зыбке, и очеп скрипел, Степановна качала люльку»

«…зыбка служила человеку самой первой, самой маленькой ограниченной сферой, вскоре эта сфера расширялась до величины избы, и вдруг однажды мир открывался младенцу во всей своей широте и величии»

Самовар

«бабка Евстолья поставила самовар», «Вон бабка уже и самовар несет, на стол ставит.», «Евстолья радостно завыставляла пироги, начала ставить самовар», «Евстолья пошла к шестку, дунула в самовар.»

« <…>всегда вспоминала медовый месяц, и того петуха, и то время, когда они с мужем обнимались днем за шкапом и самовар шумел у шестка»

«А это… Сегодня сорок ден, как женка… Ну в земле то есть. Значит, по обычаю…<…> Может, зашли бы на полчасика,- сказал Иван Африканович,- самовар греется, пироги напечены»

«Самовар как бы дополнял два важнейших средоточия: очаг и передний угол, огонь хозяйственный и тепло духовное, внутреннее. Без самовара, как без хлеба, изба выглядела неполноценной, такое же ощущение было от пустого переднего угла либо от остывающей печи»

Часы

«..Так началось утро в семье Ивана Африкановича. Обычное апрельское утро. <…>Дома остались лишь Володька с маленьким. Они спали в люльке, и очеп легонько поскрипывал, и бабка Евстолья сбивала мутовкой сметану в горшке. В избе тикали часы, скреблась под половицей мышка»

«И все опять будет по-прежнему, опять, как и раньше, будут спать по ночам ребятишки, и он, проснувшись, укроет одеялом похолодевшее плечо жены, и часы станут так же спокойно, без тревоги тикать на заборке»

«Однажды он очнулся под утро, мигом все вспомнил и скрипнул зубами, уткнулся в подушку. Прислушался — тишина. Только посапывают ребята да, равнодушные, постукивают на стене часы. И вдруг он услышал тещин глухой голос, она молилась в темноте»

Обстановка, быт

Постепенно все были накормлены, все одеты. Катюшка с Гришкой ушли в школу. Васька с Мишкой убежали опять гулять по деревне, Марусю в больших, не по росту валенках тоже увели гулять в другую избу. Дома остались лишь Володька с маленьким. Они спали в люльке, и очеп легонько поскрипывал, и бабка Евстолья сбивала мутовкой сметану в горшке. В избе тикали часы, скреблась под половицей мышка. Но не успела бабка Евстолья опомниться от утренней канители, как в дом опять заявились сперва Маруся, потом и Мишка с Васькой. И еще человек шесть сотоварищей.

«<…> уж пробудилась-то под утром, гляжу, а бадья на лавке вся в воде, вода из бадьи вся вытекла, поглядела, а бадья-то целехонька, да и ложка одна на пороге лежит. Вот слезы-ти и пришли того же дни, да и ложка лишняя стала»;

«В доме сразу как нетоплено стало.»

«Родной дом, а в доме очаг и красный угол были средоточием хозяйственной жизни, центром всего крестьянского мира.»;

«Человеку в той же мере, как тяга к общению, свойственно и стремление к уединению. Эти центростремительные и центробежные силы (если говорить языком физиков) уравновешивались в крестьянском быту одинаковыми возможностями. Потребность как в общении, так и в уединении проявлялась очень рано.»

Лодка

Ночью, во время краткого забытья, ему уже много раз приходила почему-то на память старая его лодка, что лежала у озера. Все время думал о лодке. Он давно уже хотел сделать новую лодку;

Через два дня, в субботу, исполнилось сорок дней после Катерининой смерти<…> Иван Африканович пошел на озеро проведать старую лодку.»

«Он приглядел ятву сороги, но рыбачить не стал, а выметал сети на самолов, вытащил на берег лодку и еще до обеда пришел в деревню».

«…опытный лодочник никогда не будет спешить, лодка в его руках разводится без всяких усилий»;

«Лодки обычно делались для себя, а не на продажу. Покупать лодку нормальному, хорошо владеющему топором мужику было как-то совестно, и он принимался за лодку сам.»

Описание быта в произведениях В.И. Белова (в силу отличного знания писателем крестьянского мира и крестьянских характеров) подробно и основательно, но достоверность бытописания для автора не самоцель, так как подчинено главному: выявлению духовного смысла жизни, им описываемой.

Вопрос преподавателя: