Женщины в жизни и творчестве С.А. Есенина

Дипломная работа

В последние десятилетия наблюдается усиление исследовательского внимания к литературе XX века, литературоведы обращаются к таким моментам литературного процесса, которые раньше, в силу сложившихся социально-исторических условий, освещались неполно, тенденциозно или резко негативно. В настоящее время пересматриваются прежние концепции восприятия отдельных творческих индивидуальностей и соотношения художественных тенденций внутри разных направлений. В числе художников, чья личная и поэтическая судьба находится в центре внимания литературоведения последних лет, следует назвать С.А. Есенина.

В отечественную и мировую литературу Есенин вошел как выдающийся лирик, в стихотворениях которого органически слилась красота знакомых поэту с детства зорь и зарниц, ослепительных рос и бескрайних разливов с искренностью и глубиной личных чувств и переживаний. А.С. Серафимович писал о нем: «Это был великий художник. С огромной интуицией, с огромным творчеством, единственный в наше время поэт. Такой чудовищной способности изображения тончайших переживаний, самых нежнейших, самых интимнейших, — ни у кого из современников… Чудесное наследство».

В 1950 году в Париже Г. Иванов составил и выпустил книгу стихов С. Есенина. В статье, предпосланной сборнику, говорилось: «Он мертв уже четверть века, но все связанное с ним, как будто выключенное из общего закона умирания, умиротворения, забвения, продолжает жить. Живут не только его стихи, а все «есенинское», Есенин «вообще» <…> И это же необычайное свойство придает всем, даже неудачным, даже совсем слабым стихам Есенина особые силу и значение. И заодно заранее лишает объективности наши суждения о них. Беспристрастно оценят творчество Есенина те, на кого это очарование перестанет действовать. Возможно, даже вероятно, что их оценка будет много более сдержанной, чем наша. Только произойдет это очень не скоро. Произойдет не раньше, чем освободится, исцелится физически и духовно Россия. В этом исключительность, я бы сказал, «гениальность» есенинской судьбы. Пока Родине, которую он так любил, суждено страдать, ему обеспечено не пресловутое «бессмертие», — а временная, как русская мука, и такая же долгая, как она, жизнь».

Неровен и драматичен был творческий путь Есенина. В нем отразились главные процессы современной поэту отечественной истории. Литературный путь Есенина был очень коротким — всего около 10 лет (первые публикации поэта датируются 1914 годом).

2 стр., 991 слов

Есенин мой любимый поэт Серебряного века

... Есенина о любви, о родине, о природе, тем понятнее становится нам поэт. 9 класс Есенин мой любимый поэт Серебряного века Несколько интересных сочинений Многие поэты ... Переживания, раздирающие душу разочаровавшегося во многом поэта, довольно глубоки. Говоря в стихах о том, как тоскует его душа о небесах, передает Есенин ... русском языке слово дом многозначно. Одно из его значений - семья. Говоря о доме, ...

Большая часть произведений поэта написана в послеоктябрьский период. И именно с этим периодом в первую очередь, хотя и не только с ним, связаны дискуссионные проблемы изучения жизни и творчества поэта.

Интерес читателя к творчеству этого мастера слова не удалось подорвать даже массовыми запретами. С. Есенин уже давно возвращен в отечественную литературу. Современный читатель с трудом представляет его творчество в числе «закрытых» авторов. Тем не менее, не так просто разобраться в его литературной эволюции, в своеобразии художественной системы, в творческих связях, причинах разноречивого восприятия есенинских стихов его современниками, и главное — в истоках его таланта. При кажущейся изученности жизни и самых разных аспектов творчества Есенина до сих пор остается ряд вопросов, которые не имеют однозначного решения и не освещены в полной мере. К числу подобного рода проблем относится проблема изучения любовной лирики Есенина, включая такие аспекты, как ее адресаты и художественное своеобразие. Это и явилось главной причиной выбора темы нашей магистерской выпускной работы.

Актульность нашей дипломной работы определяется возросшим в последние десятилетия интересом литературоведов к творчеству С.А. Есенина и недостаточной степенью изученности его любовной лирики.

Целью нашей дипломной работы является характеристика художественного своеобразия любовной лирики С.А. Есенина.

Реализации данной цели способствовало решение следующих задач: изучить, обобщить и систематизировать литературу вопроса; познакомиться с современными исследователями, посвященными жизни и творчеству С.А. Есенина;

  • изучить факты биографии поэта, положенные в основу его любовной лирики, а также историю создания некоторых стихотворений;

·определить адресаты любовной лирики Есенина;

·проанализировать ряд стихотворений Есенина, относящихся к его любовной лирике;

·выявить и охарактеризовать художественное своеобразие любовной лирики поэта;

·дать рекомендации по изучению жизни и творчества С.А.Есенина в современном школьном и вузовском курсах литературы.

Объектом нашего исследования является любовная лирика С.А.Есенина.

Предмет исследования — художественное своеобразие любовной лирики поэта.

Цель и задачи определили структуру нашего дипломного сочинения. Оно состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы.

В своей работе мы использовали следующие методы исследования: описательный, биографический, сравнительно-типологический, историко-функциональный.

Раздел 1. История изучения жизни и творчества С.А. Есенина. Особенности современного этапа в есениноведении

В нынешнем, 2010-ом году, мы отмечаем 115-летие со дня рождения Сергея Александровича Есенина.

Наука о Есенине насчитывает не один десяток лет. С середины 1920-х годов, наряду с отечественным, возникает зарубежное есениноведение на русском и иностранных языках. Обе эти ветви развивались параллельно и самостоятельно, игнорируя достижения друг друга, почти до конца XX века. Однако еще на рубеже 80-90-х годов сложилась ситуация, открывшая широкие возможности для свободного обмена научными идеями между учеными разных стран. Это относится и к есениноведению. Авторы лучших работ, издававшихся у нас и за рубежом, спорили друг с другом, испытывали взаимодействие и взаимное влияние, сближая тем самым свои позиции и концепции. Предметом такого диалога оказывались и более ранние публикации, особенно вышедшие за границей и написанные прежде всего русскими эмигрантами, но только в конце XX века включившиеся в наш научный оборот и по достоинству оцененные в отечественном есениноведении.

18 стр., 8808 слов

Творчество Анны Ахматовой. Художественное своеобразие любовной лирики

... жарить будем»... Новизна любовной лирики Ахматовой бросилась в глаза современникам ... миниатюре, в поэзии "гейзеров" Анна Ахматова достигла большого мастерства. Вот ... - это целое созвездие поэтов. Поэтов - музыкантов. Стихи “серебряного ... всей своей долгой жизни постоянно улавливала никогда ... работой Виноградова, конечно, давала несравненно больше возможностей составить себе представление об Ахматовой ...

Этот процесс можно проследить на примере работ О. Юшиной, которая подчеркивает положительные сдвиги в зарубежном есениноведении 60-70-х годов: «На процесс освоения поэтического наследия Есенина за рубежом благотворное влияние оказывает советское литературоведение. Это заметно в работах авторов, обучавшихся в СССР, а также ученых, проходивших стажировку в советских вузах. Написаны десятки литературно-критических статей и заметок о поэзии Есенина, а также рецензий на советские и зарубежные исследования, авторами которых являются Р. Поджиоли, Р. Макгир, О. Карлайл, Ф.де Грааф, Д. Велан, Л. Фишер, К. Пономарев, П. Соскис, Г. Маквей, Дж. Дейвис, К. Армз, Т. Биньон, Ф. Кинг и др.»

Свобода, которая в конце XX века, говоря словами Есенина, вновь, как и в 1917 году, «хлестнула дерзко за предел» [39; Т. 2. 143] и «взметнулась неистово» [39 Т. 2. 161], раскрепощение исследовательской мысли, широта, масштабность и глубина научного мышления отечественных и зарубежных есениноведов позволили по-новому взглянуть на жизнь и творчество поэта. Всенародное (в России) и даже всемирное празднование столетия со дня рождения Есенина в 1995 году, проведенные тогда в разных странах международные научные конференции и выпущенные в дальнейшем на их основе сборники с интернациональным составом авторов, издания в разных странах собраний сочинений поэта и фундаментальных трудов о нем, в которых русский национальный гений признан великим поэтом мирового масштаба, — все это означало возникновение единого мирового есениноведения и, естественно, явилось началом его нового этапа.

Первым признаком современного взгляда на наследие Есенина, по моему мнению, является признание некоторыми есениноведами полифонизма как главного принципа и, более того, основы есенинского творчества. Наиболее подробно историю и сущность этого принципа у Есенина исследовала Н.И. Шубникова-Гусева: «Главной заслугой поэта является создание нового типа лирической и эпической поэзии, построенной на полемическом диалоге». [51] Наиболее глубоко и тонко черты диалогизма и полифонии творчества Есенина были раскрыты в работах A.M. Марченко и А.Н. Захарова.[ 27; 143-174; 11; 296-298]

Можно сказать, что Есенин на материале лирической поэзии, монологичной по своей форме, совершил в XX веке то, что Достоевский воплотил в свое время в романе, но существенно усилил полемический характер диалога и изобрел для этого свои специфические средства. По сравнению с Достоевским Есенин сделал совершенно новый шаг в искусстве.

1 стр., 414 слов

Есенин — поэт серебряного века

... лирики С.А. Есенина — любовь к Родине. Сергей Александрович, бесспорно, народный поэт. Он выходец из крестьянской семьи, воспитанный на фольклорных частушках и вдохновлённый ими. Сам поэт отзывался о своём творчестве ... выть! // Как мне тебя не ласкать, не любить?». С.А. Есенин — поэт XX века. Революционные события нашли той эпохи нашли отражение в творчестве Сергея Александровича. Например, ...

На первый взгляд, поэзия Есенина кажется простой и понятной, доступной каждому, даже неподготовленному читателю. Она завораживает яркостью образов и усыпляет кажущимся однообразием ритмики. Такой видят ее и многие исследователи творчества так называемых «сложных» поэтов: Г. Иванова, В. Хлебникова, Б. Пастернака, О. Мандельштама, М. Цветаевой, модернистов и поставангардистов. Однако на грани XX-XXI вв. многим исследователям открылись масштабность, глубина и многогранность есенинского мира, его гениальная простота.

Тайна есенинской поэзии не только в ее образах и интонациях — в ней заложен и намек на то, чего нет и не может быть в словах. Стихи Есенина выводят к истокам, где уже язык бессилен и наступает власть великого молчания («Я молчанью у звезд учусь»).

Есенин — человек и поэт сложный, многогранный, живший в бурную эпоху войн и революций. Все это с самого начала определило неоднозначность восприятия его личности и творчества, породило множество разных, порой диаметрально противоположных точек зрения, гипотез и легенд в мировом есениноведении. Наиболее прозорливые критики сразу увидели в Есенине не только талантливого поэта, но и своеобразного мыслителя. Вот что писала о поэте З. Бухарова в мае 1916 году: «Мыслитель в нем только намечается, но намечается своеобразно, чутко, истинно, народно».[3; 148-150] В 20-е годы, сразу после смерти Есенина, начали писать о необходимости комплексного изучения его поэзии как единого целого, как образной системы, звучали призывы к научному, непредвзятому, конкретно историческому освещению творчества поэта в полном объеме и в сложной динамике развития (работы Е. Никитиной, В. Дынник, В. Друзина).

Однако этому препятствовал целый ряд причин объективного и субъективного, научного и социального характера. Понятно, что данные обстоятельства не могли способствовать строго научному анализу творчества Есенина — на первый план выдвигалась то одна, то другая сторона образного мира поэта, принимавшаяся исследователями за целое. Абсолютизировались отдельные («крестьянские», «патриархальные», «религиозные», «сектантские», «имажинистские», «упадочные» или «жизнеутверждающие») мотивы творчества Есенина, и на этой искаженной, узкой основе производился разбор всей есенинской поэзии. Только целостный подход мог дать возможность объективного анализа жизни и творчества поэта. Отдельные попытки такого подхода были предприняты в 70-е гг. (A.M. Марченко, А.Н. Захаровым и др.).

Однако идеи целостного анализа образного мира Есенина стали интенсивно разрабатываться лишь со второй половины 80-х гг. в книгах А. Марченко, В. Хазина, Э. Мекша, А. Карпова, Л. Бельской, в диссертациях Т. Савченко, Н. Арсентьевой, И. Степанченко, Ю. Прокушева и др. К началу XXI века накоплено большое количество материала для целостного подхода к изучению художественного мира Есенина. Но главным итогом и важнейшей основой анализа жизни и творчества поэта является издание академического Полного собрания сочинений С.А. Есенина в семи томах (девяти книгах) с его сборниками-спутниками «Новое о Есенине»: 1994-2002, а также пятитомная «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина», подготовленная в Есенинской группе ИМЛИ РАН.

2 стр., 600 слов

Творчество и неисчерпаемость мира

... чтобы иметь основания для творчества, нужно, чтобы сама жизнь ваша была содержательна. Нищ и ... идей. Это бескрайний простор для деятельности любого человека. В этом просторе миллионы производят, ... стремлении к познанию новизны и неисчерпаемости мира. Рассказать о прочитанном в социальных сетях: ... другие факторы. Говоря же о подражании или сходстве различных творческих трудов, необходимо учитывать, ...

Образный мир поэта действительно характеризуют, с одной стороны, полифонизм, многогранность и многообразие точек зрения, концепций и принципов, мотивов и тем, художественных приемов и средств, сложность мышления и противоречивость поведения самого поэта и персонажей его произведений, вплоть до борьбы противоположных начал: антиномизм вечного и преходящего, небесного и земного, духовного и материального, божественного и дьявольского, человеческого и звериного, общечеловеческого и классового (крестьянского или пролетарского), нового и старого, настоящего и будущего, ухода и возвращения, красоты и пользы, цветения и увядания, жизни и смерти… С другой стороны, поэт стремился к гармонии, к диалектическому единству противоположных начал: «Розу белую с черной жабой // Я хотел на земле повенчать».

Большой заслугой исследователей именно последних лет явилось обоснование важного положения: все творчество Есенина представляет собой сложное, но единое целое — художественно-философский мир. Не поэтический или художественный, а именно художественно-философский. Признание этой особенности всех есенинских произведении и других текстов писателя в совокупности служит вторым признаком современного этапа есениноведения.

На основе понимания всего есенинского творчества как художественно-философской целостности некоторыми исследователями последних лет успешно проводится скрупулезный анализ отдельных составляющих есенинского мира, а также концептуальных сквозных и локальных образов. Это можно считать третьим признаком нового подхода к наследию Есенина.

В книгах и статьях Ю. Прокушева, Ю. Мамлеева, Т. Савченко, Мишеля Никё (Франция), Гордона Маквея (Англия), О. Вороновой, А. Марченко, В. Фатющенко, Н. Шубниковой-Гусевой, Ежи Шокальского (Польша), Леонарда Кошута (Германия), С. Субботина, Марии Павловски (США), Миодрага Сибиновича (Югославия), А. Карпова, Л. Бельской, В. Хазина, С. Семеновой, Эдуарда Мекша (Латвия); А. Кулинича, И. Степанченко и Л. Киселевой (Украина), А.И. Михайлова, Н. Арсентьевой, В. Харчевникова, О. Юшиной, А. Козловского, Е. Самоделовой, М. Айвазяна, М. Скороходова, Н. Юсова и др. вскрываются и анализируются отдельные стороны художественного мира поэта: историко-биографическая, социально-психологическая, религиозно-мифологическая, структурная, жанровая, художественно-эстетическая, образно-метафорическая, лексико-стилистическая, ритмико-мелодическая и др.

Четвертым признаком современного взгляда на есенинское наследие является пересмотр традиционных этапов и тем творчества поэта — Есенин и: революция, крестьянство, религия, имажинизм, а также смысла и значения отдельных произведений поэта. В качестве примера можно привести хотя бы две книги: Шубникова-Гусева Н.И. «Поэмы Есенина: От «Пророка» до «Черного человека». Творческая история, судьба, контекст и интерпретация» (М., 2001); «Русский имажинизм: история, теория, практика» (М., 2003).

2 стр., 758 слов

Поэма о судьбе человека и Родины (поэма С. Есенина «Анна Снегина»)

... и позволяет читателю самому делать, выводы. В поэме можно выделить две главные темы. Во-первых, это рассказ о личной судьбе лирического героя самого Есенина и непосредственная его связь с судьбой Анны Снегиной, именем которой и названа поэма. Анна Снегина ...

Что же касается «новейших подходов» к творчеству Есенина, которые часто применяются в отношении других писателей, то за рубежом, а в последние годы и у нас, его поэзия подвергается и фрейдистскому, и интерпретационному, и экзистенциалистскому, и тендерному, и структуральному, и статистическому, и другим видам анализа. Многие есениноведы применяют свои методы исследования есенинской лирики и считают их единственно верными. Однако абсолютизация одного подхода, имеющего ограниченный круг применения, как и механическое сочетание многих, неизбежно приводит к искажению творчества поэта. Стремление к применению новых методов и подходов к творчеству поэта, новых принципов анализа его произведений и художественно-философского мира Есенина в целом является пятым признаком современного есениноведения.

«Творчество С. Есенина, — отмечает В. Харчевников, — всегда было сложной проблемой с любой точки зрения. Помимо причин объективного характера здесь постоянно присутствует фактор совершенно уникального творческого дарования Есенина, которое требует особой научной методики исследования».[49]

Шестая особенность есенинских исследований рубежа веков — это разработка новых тем творчества Есенина: смерть Есенина, проза поэта, его философские взгляды, Есенин и школа, есенинская текстология, мировое значение Есенина, Есенин и русское зарубежье, Есенин и эсеры, издания поэта на оккупированных территориях и др. Многие из этих тем только начинают исследоваться.

Можно назвать и другие, более конкретные особенности современного есениноведения. Все они, как и выше названные главные признаки современного подхода к жизни и творчеству поэта, наиболее ярко воплотились в академических изданиях «Полного собрания сочинений в семи томах» (девяти книгах) с его сборниками-спутниками и в пятитомной «Летописи жизни и творчества С.А. Есенина», в монографиях и диссертациях рубежа веков: Ю.Л. Прокушева, Т.К. Савченко, О.Е. Вороновой, Н.И. Шубниковой-Гусевой и других, на международных конференциях, проводимых Институтом мировой литературы им. A.M. Горького РАН совместно с Рязанским государственным педагогическим университетом им. С.А. Есенина и Государственным музеем-заповедником С.А. Есенина при участии есениноведов России и других стран.

Раздел 2. Адресаты и художественное своеобразие любовной лирики С.А. Есенина

.1 Анна Алексеевна Сардановская

«Низкий дом с голубыми ставнями,

не забыть мне тебя никогда…»

Дом священника Ивана Яковлевича Смирнова стал вторым родным домом Есенина. Иван Яковлевич настоял, чтобы Сережу после окончания земской школы отправили в Спас-Клепиковскую учительскую школу, а не к отцу в Москву. А там, где молодёжь, там, конечно же, влюблённость, романы, и поиски, порывы, споры…

Есенин никогда не лгал в своих стихах. Сегодня, когда стали известны письма Есенина к Сардановской, новые материалы, документы, воспоминания современников — эта истина становиться более очевидной. Главным и бесспорным доказательством здесь остаются стихи и поэмы Есенина.

2 стр., 739 слов

Поэма Есенина Анна Снегина

... ломку старой жизни и другие герои поэмы. Анна Снегина, когда-то мечтавшая с юным поэтом о славе, выбита революцией из привычного уклада ... Она опустила свой взор... С каждым годом эта новая Россия становится для Анны Снегиной все ближе. Мечты, думы об этой, ... старому нет, время не может бежать вспять. Эта поэма Есенина поражает глубиной содержания при внешней простоте повествования. Она подтверждает ...

В свое время была опубликована работа П.K. Губера «Дон-Жуанский список А.С. Пушкина». О Есенине подобной работы нет, хотя сам поэт признавался: «Походить я стал на Дом-Жуана». Но «походить» вовсе не значит «быть», и Есенин, с его изумительным знанием русского языка, не случайно выбрал именно это слово. «Походить» он мог (возможно, хотел), но «быть» — никогда. Ибо, в отличие от Дон-Жуана, он любил лишь одну, и любовь к ней пронес через всю жизнь. Об этом свидетельствует сам поэт:

Но все ж ласкай и обнимай

В лукавой страсти поцелуя.

Пусть сердцу вечно снится май

И та, что навсегда люблю я.

«Какая ночь! Я не могу…» (1925)

Позабуду я мрачные силы,

Что терзали меня, губя,

Облик ласковый! Облик милый!

Лишь одну не забуду тебя.

«Вечер черные брови насопил…» (1923)

Это пишет не влюбленный отрок, а признанный российский поэт. Никто не сомневается в искренности поэта, заявившего: «Я сердцем никогда не лгу…», — и всем творчеством подтвердившим это. Имеем ли мы моральное право не верить признанию поэта? Кто она, единственная любовь поэта?

Прежде чем ответить на этот вопрос, небольшое отступление. Исследователи-есениноведы давно заметили: те женщины, что не поддались обаянию поэта, нашли в себе мужество сказать: «Нет», — становились объектами его восторженного поклонения. Каждой из них он посвятил великолепнейшие поэтические циклы: А. Миклашевской — «Любовь хулигана», Ш. Тальян «Персидские мотивы».

Но была еще одна, третья (точнее сказать, первая), которую не заметили исследователи, хотя о ней рассказал сам поэт:

Когда-то у той вон калитки

Мне было шестнадцать лет,

И девушка в белой накидке

Сказала мне ласково: «Нет».

«Анна Снегина» (1925)

В сентябре 1924 года С. Есенин пишет в стихотворении «Сукин сын»:

Снова выплыли годы из мрака

И шумят, как ромашковый луг.

Выплыли годы из мрака, и вспомнилась «девушка в белом, для которой был пес почтальон». В декабре 1924 года Есенин начинает работу над поэмой «Анна Снегина». Под пером поэта рождается пленительный образ «девушки в белой накидке». Чуть позже в стихотворении «Мой путь» он вновь признается:

22 стр., 10952 слов

Вечность в художественном восприятии С.Есенина

... Сергея Есенина открывает в его стихотворениях что-то интересное и важное для себя. Цель данного исследование представляет собой попытку осмысления категорий «время» и «вечность» в художественном ракурсе С.Есенина и особенности их использования поэтом в ...

В пятнадцать лет

Взлюбил я до печенок

И сладко думал,

Лишь уединюсь.

Что я на этой

Лучшей из девчонок,

Достигнув возраста, женюсь.

Нет сомнения: во всех трех произведениях речь идет об одной девушке, первой любви поэта. «В пятнадцать лет», «Нам по шестнадцать лет» — это 1910-1911 годы, время учения в Спас-Клепиковской второклассной учительской школе. Кто же она, «девушка в белой накидке», первая любовь поэта? Есениноведы дружно отвечают — Л. Кашина. Да, Есенин мог любоваться ею, когда она в зеленой амазонке скакала на коне, может быть, даже романтически вздыхал о ней. Но могла ли помещица Л. Кашина, замужняя женщина, мать двоих детей, стоять у деревенской калитки с безвестным пятнадцатилетним пареньком? И мог ли впоследствии Есенин такую женщину называть «девушкой», «девчонкой»? Думаю, что в это время юный поэт встречался у калитки совсем с другой — с Анной Сардановской. По отношению к ней слова «девушка», «девчонка» вполне уместны.

Прежде чем двинуться дальше в своих догадках, приведу известную цитату: «Каждая строчка его говорит о чем-то конкретном, имевшем место в его жизни. Все — вплоть до имен, которые он называет, вплоть до предметов», — это свидетельствует Софья Виноградская, писательница, которая была знакома с Есениным и хорошо знала его быт, взаимоотношения с другими людьми». [19; 198] Итак, «вплоть до имен». А теперь всмотримся внимательно: в жизни — Анна Сардановская, в поэме — Анна Снегина. Не правда ли, «странное» совпадение? Идем далее — и вновь совпадение: фамилии героинь начинаются с буквы «С». Есенин не мог назвать в поэме подлинную фамилию «девушки в белом», и в то же время не хотел, чтобы она начиналась с какой-либо другой буквы. Так появилась Снегина.

Меня всегда немного смущало: почему в весенней поэме о первой любви героиня имеет такую холодную «зимнюю» фамилию? Но стоит только вспомнить строки из стихотворения «Сукин сын», о «пробужденном в сердце мае» и дорисовать картину: теплый вечер, калитка, цветущая черемуха сыплет белым снегом на кудри юного поэта, на белую накидку его подруги, — как все становится на свои места. Вот о каком снеге вспомнил поэт, когда давал героине такую не весеннюю фамилию.

Этот снег вызывает в памяти еще одно стихотворение Есенина «Сыплет черемуха снегом…»

…Я одурманен весной.

Радуют тайные вести,

Светятся в душу мою.

Думаю я о невесте,

Только о ней лишь пою.

О невесте рассказывают константиновские старожилы: «…Однажды летним вечером Анна и Сергей, раскрасневшиеся, держа друг друга за руки, прибежали в дом священника и попросили бывшую монашку разнять их, говоря: «Мы любим друг друга и в будущем даем слово жениться. Разними нас. Пусть, кто первым изменит и женится или выйдет замуж, того второй будет бить хворостом». Первой нарушила «договор» Анна. Приехав в Москву и узнав об этом, Есенин написал письмо, попросив все ту же монашку передать его Анне, которая после замужества жила в соседнем селе. Та, отдавая письмо, спросила: «Что Сережа пишет?» Анна с грустью в голосе сказала: «Он, матушка, просит тебя взять пук хвороста и бить меня, сколько у тебя сил хватит». Об этом же пишет Е.А. Есенина в воспоминаниях:

20 стр., 9536 слов

Жизненный и творческий путь Сергея Александровича Есенина

... нарочито-нравоучительная елейность своего "друга-врага". Неслучайно несколько лет спустя Есенин советовал в письме одному поэту: "Брось ты петь эту стилизационную ... уважение к родному дому. И именно Сергей Есенин посвятил свое творчество природе, Родине и любви. Мне захотелось подробнее ... нисколько не думал, как жить...". В декабре 1914 Есенин бросает работу и, по словам той же Изрядновой, "отдается ...

…У Веры Васильевны (Сардановской) было трое детей — сын и две дочери, и они по целому лету жили у Поповых. Сергей был в близких отношениях с этой семьей, и часто, бывало, в саду у Поповых можно было видеть его с Анютой Сардановской (младшей дочерью Веры Васильевны).

Мать наша через Марфуту знала о каждом шаге Сергея у Поповых.

Ох, кума, — говорила Марфуша, у нашей Анюты с Сережей роман. Уж она такая проказница, ведь скрывать ничего не любит. «Пойду, — говорит, — замуж за Сережку», и все это у нее так хорошо выходит».[40; 38]

Из воспоминаний и стихов складывается «букет образов»: май, луна, сад, калитка, цветущая черемуха, любимая девушка — сквозным мотивом он проходит через все творчество поэта. Образы любимой и черемухи настолько неразрывны в памяти поэта, что практически всегда выступают вместе. И белый цвет — символ чистоты и невинности — объединяет любимую и черемуху.

Где-то за садом несмело,

Там, где калина цветет,

Нежная девушка в белом

Нежную песню поет.

«Вот оно, глупое счастье…»

Я учусь, я учусь моим сердцем

Цвет черемух в глазах беречь…

«Хорошо под осеннюю свежесть…»

Кто видел, как в ночи кипит

Кипяченых черемух рать?

«Хулиган»

Но припомнил я девушку в белом…

«Сукин сын»

Пейте, пойте в юности, бейте в жизнь без промаха —

Все равно любимая отцветет черемухой.

«Песня»

Синий май. Заревая теплынь.

Не прозвякнет кольцо у калитки.

Липким запахом веет полынь.

Спит черемуха в белой накидке.

«Синий май. Заревая теплынь»

Этот же черемуховый снег запомнила и героиня поэмы «Анна Снегина» на всю жизнь.

Смотрите…

Уже светает.

Заря как пожар на снегу…

То что речь идет о черемуховом снеге, подтверждает уточнение героини.

Ах! …Да…Это было в детстве…

Другой… Не осенний рассвет…

Мы с вами сидели вместе…

Нам по шестнадцать лет…

Интересно признание героини: «Нам по шестнадцать лет». Заглянем в любое собрание сочинений поэта, в комментариях стоит: А. Сардановская родилась в 1895 году, она ровесница поэта. К слову, А. Кашиной в это время (1911 г.) было уже 26 лет.

Вскоре С. Есенин заканчивает Спас-Клепиковскую второклассную учительскую школу и покидает село. Достоверно известно, что следующая встреча поэта с Анной состоялась в 1916 году.

Вот что пишет она: «Совсем не ожидала от себя такой прыти — писать тебе, Сергей, да еще так рано, ведь писать-то нечего, явилось большое желание. Спасибо тебе, пока еще не забыл Анны, она тебя тоже не забывает. Мне несколько не понятно, почему ты вспоминаешь меня за пивом, не знаю, какая связь. Может быть, без пива ты и не вспомнил бы? Какая великолепная установилась после тебя погода, а ночи волшебство! Очень многое хочется сказать о чувстве, настроении, смотря на чудесную природу, но, к сожалению, не имею хотя бы немного слов, чтобы высказаться. Ты пишешь, что бездельничаешь. Зачем же ты так мало побыл в Константинове? На празднике 8-го здесь было много народа, я и вообще все достаточно напрыгались, но все-таки — А.С.» [8; 151]

С. Сардановская вспоминает, что у Анны хранилось около ста писем С. Есенина. К счастью, часть из них сохранилась и будет опубликована и новом восьмитомном академическом собрании сочинений поэта.

Эта встреча с любимой оставила заметный след в творчестве поэта.

Много лет я не был здесь и много

Встреч веселых видел и разлук,

Но всегда хранил в себе я строго

Нежный сгиб твоих туманных рук.

«Мечта» (Из книги «Стихи о любви»)

И знаю я, мы оба станем

Грустить в упругой тишине:

Я по тебе — в глухом тумане,

А ты заплачешь обо мне.

«Опять раскинулся узорно»

Знаю, годы тревогу заглушат,

Эта боль, как и годы, пройдет.

И уста, и невинную душу

Для другого она бережет.

«Гаснут красные крылья заката»

Не омрачен твой белый рок

Твоей застывшею порою,

Все тот же розовый платок

Застегнут смуглою рукою.

«В зеленой церкви за горой»

Прошу обратить внимание на очень выразительную деталь: «смуглая рука». Из воспоминаний современников [18; 80] мы знаем, что смуглой была именно Анна Сардановская. Это хорошо видно и на известной фотографии 1912 года, где она стоит рядом с М. Бальзамовой.

В этом же году он пишет стихотворение «За горами, за желтыми долами» и посвящает его Анне Сардановской.

Для сравнения: в 1915 году она лишь один раз упоминается, и то в сильно романтизированной форме, в стихотворении «Устал я жить в родном краю…»:

И та, чье имя берегу,

Меня прогонит от порога.

Кто же эта таинственная «та»: мать? Любимая? Ни одна мать не прогонит сына от порога, тем более такая мать, как Т.Ф. Есенина. Ну а любимая… сегодня прогонит, завтра встретит, на нее обиды нет — это же не мать.

А затем грянул 1917 год: революция, семейные дела отодвинули эту тему. Но в сердце поэта она осталась навсегда. И когда в следующем, 1918 году, он узнает о замужестве Анны, то с горечью восклицает:

Теперь любовь моя не та.

«Теперь любовь моя не та»

Где-то за садом несмело,

Там, где калина цветет,

Нежная девушка в белом

Нежную песню поет.

«Вот оно, глупое счастье»

Я учусь, я учусь моим сердцем

Цвет черемух в глазах беречь.

«Хорошо под осеннюю свежесть»

И в душе и в долине прохлада,

Синий сумрак как стадо овец,

За калиткою смолкшего сада

Прозвенит и замрет бубенец.

«Закружила листва золотая»

Пряный вечер. Гаснут зори.

По траве ползет туман,

У плетня на косогоре

Забелел твой сарафан.

«Королева»

Наступают 1921-1922 годы — переломные годы в творчестве С. Есенина, годы перехода от русского талантливого поэта к поэту, величайшему лирику России и мира. Умирает его любимая, и все, что он таил в душе, о чем молчал, теперь выплеснет людям. У нас есть свидетельства мемуаристов о том, как С. Есенин встретил известие о смерти Анны и его реакция на это известие: «1921 г. Весна Богословский пер., д.З. Есенин расстроен. Усталый, пожелтевший, растрепанный. Ходит по комнате взад и вперед. Переходит из одной комнаты в другую. Наконец садится за стол в углу комнаты:

У меня была настоящая любовь. К простой женщине. В деревне. Я приезжал к ней. Приходил тайно. Все рассказывал ей. Об этом никто не знает. Я давно люблю ее. Горько. Жалко. Она умерла. Никого я так не любил. Больше я никого не люблю» [40; 352-353].

«Весь этот период (1922 год) Есенин часто жаловался мне на… угнетенное состояние, вызванное ощущением какой-то пустоты и одиночества. Поэтому все чаще и чаще он обращался к своей молодости… принимался читать одни и те же строки из своего «Пугачева» [40; .250]:

Юность, юность! Как майская ночь,

Отзвенела ты…

Когда он возвращается на родину, его первый вопрос матери:

«А где же та, кого я так любил?» —

Я спрашиваю будто бы небрежно.

А мать мне отвечает нежно:

«Она лежит среди родных могил…»

(Черновик «Возвращение на родину») [42; 323].

Достоверно известно, что из всех женщин, знакомых С. Есенина, за эти годы ушла из жизни лишь одна — Анна Сардановская. Поэтому нет никаких сомнений, что в приведенном выше отрывке речь идет именно о ней. Ее облик вновь и вновь встает перед глазами поэта, и он с горечью восклицает:

Где ты, нежная девушка в белом,

Ранних лет моих радость и свет.

(Черновик «Этой грусти теперь не рассыпать»)

Любимой нет, но ее образ навсегда остался с поэтом, стал его вдохновляющей музой, и весь последний вершинный период творчества поэта по-прежнему вдохновлен и озарен одним образом.

Цветы, скажите мне прощай,

Головками кивая низко,

Что не увидеть больше близко

Ее лицо, любимый край.

«Цветы»

Сад полыхнет, как пенный пожар,

И луна, напрягая все силы,

Хочет так, чтобы каждый дрожал

От щемящего слова «милый».

«Синий май. Заревая теплынь»

Чтоб все время в синих дремах,

Не стыдясь и не тая,

В нежном шелесте черемух

Раздавалось «Я твоя».

«Ну целуй меня, целуй…»

Незадолго до трагической кончины поэт писал П.В. Евдокимову (6.12.25): «На днях пришлю тебе лирику «Стихи о которой». Как вспоминал П.В. Евдокимов, С. Есенин говорил ему, что в этот цикл войдут семь стихотворений. Как предполагала С.А. Толстая-Есенина, в этот цикл должны были войти стихотворения: «Какая ночь! Я не могу…», «Не гляди на меня с упреком…», «Ты меня не любишь, не жалеешь…», «Может, поздно, может, слишком рано…», «Кто я? Что я? Только лишь мечтатель…» и два стихотворения из зимнего цикла, не дошедшие до нас.

О какой «которой» пишет Есенин? Чьим образом навеяны эти стихи?

Но все ж ласкай и обнимай

В лукавой страсти поцелуя,

Пусть сердцу вечно снится май

И та, что навсегда люблю я.

«Какая ночь! Я не могу…»

Пусть твои полузакрыты очи

И ты думаешь о ком-нибудь другом,

Я ведь сам люблю тебя не очень,

Утопая в дальнем дорогом.

«Ты меня не любишь, не жалеешь…»

И, спокойно вызов принимая,

Вижу я, что не одно и то ж —

Чтить метель за синий цветень мая,

Звать любовью чувственную дрожь.

Такие строчки, как «та, что навсегда люблю я», «пусть сердцу вечно снится май», «чтить метель за синий цветень мая», «утопая в дальнем дорогом», т.е. тот же «букет образов» (хотя и не полный), дают нам возможность утверждать, что этот цикл как отражение (и в определенной мере — противопоставление) двух миров: умершего — поэтического, и реального — прозаического. Отражение происходит лишь в одной плоскости, той, что именуется любовью. В эту стихию поэт был погружен всю жизнь, и без нее не было бы великого лирика России. А немеркнущей звездой, озарявшей его поэтический путь и вдохновлявшей его, был незабываемый образ этой первой и единственной.

Пусть сердцу вечно снится май

И та, что навсегда люблю я.

«Какая ночь! Я не могу…» 1925

Этими строками поэт завершает стихотворение «Какая ночь! Я не могу…», написанное на излёте жизни 30 ноября 1925 года. Поэт с полным правом мог утверждать: «Я сердцем никогда не лгу». Всё что рассказывал поэт о себе в своих стихах вплоть до мельчайших подробностей — правда.

Быть поэтом — это значит то же,

Если правды жизни не нарушить,

Рубцевать себя по нежной коже,

Кровью чувств ласкать чужие души…

«Быть поэтом это значит то же…» 1925

.2 Зинаида Николаевна Райх

Её называли демонической женщиной, которая играючи разрушила жизни двух гениальных мужчин. Кем же она была? Музой поэта? Ведущей актрисой театра Мейерхольда? Или просто женщиной, которая любила и была любима?

Фантастический сюжет жизни Зинаиды Николаевны Райх заслоняет для потомков ее уникальный путь актрисы, короткий, но исполненный и силы, и неповторимости таланта исключительного. Всего пятнадцать лет сценической деятельности, полтора десятка ролей в театре Мейерхольда.

Актриса Зинаида Райх хорошо известна тем, кто связан с историей советского театра, ее сценический путь прослеживается месяц за месяцем. Но до 1924 года такой актрисы не существовало (свою первую роль она сыграла в возрасте 30 лет).

Образ молодой Зинаиды Николаевны Есениной, жены поэта, трудно восстановить документально. Ее небольшой личный архив пропал в годы войны. До того возраста, когда охотно делятся воспоминаниями, Зинаида Николаевна не дожила.

Из воспоминаний дочери С.Есенина и З.Райх Татьяны:

«Мать была южанкой, но к моменту встречи с Есениным уже несколько лет жила в Петербурге, сама зарабатывала на жизнь, посещала Высшие женские курсы. Вопрос «кем быть?» не был еще решен. Как девушка из рабочей семьи, она была собранна, чужда богеме и стремилась прежде всего к самостоятельности.

Дочь активного участника рабочего движения, она подумывала об общественной деятельности, среди ее подруг были побывавшие в тюрьме и ссылке. Но в ней было и что-то мятущееся, был дар потрясаться явлениями искусства и поэзии. Какое-то время она брала уроки скульптуры. Читала бездну. Одним из любимых ее писателей был тогда Гамсун, что-то было близкое ей в странном чередовании сдержанности и порывов, свойственном его героям.

Она и всю жизнь потом, несмотря на занятость, много и жадно читала, а перечитывая «Войну и мир», кому-нибудь повторяла: «Ну как же это он умел превращать будни в сплошной праздник?»

Весной 1917 года Зинаида Николаевна жила в Петрограде одна, без родителей, работала секретарем-машинисткой в редакции газеты «Дело народа». Есенин печатался здесь. Знакомство состоялось в тот день, когда поэт, кого-то не застав, от нечего делать разговорился с сотрудницей редакции».[41; 41]

Существует версия, что Зинаиду Николаевну познакомил с Есениным его друг и тогдашний соратник по «крестьянской купнице» поэт Алексей Ганин (1893-1925).

Возможно, именно он, будучи уроженцем Вологодской губернии, подал поэту и Райх мысль о совместной поездке по красивейшим местам русского Севера. Случилось так, что поездка оказалась свадебным путешествием, а Генин оказался в роли свидетеля со стороны невесты при венчании Райх с Есениным в Вологде. Райх и Есенин венчались 4 августа 1917 года в Кирико-Улитовской церкви близ Вологды. Объяснить, почему поэт, создававший одну за другой богоборческие поэмы, венчался с Зинаидой Николаевной, можно, если вспомнить что декрет о гражданском браке был принят, пять месяцев спустя, 29 декабря 1917 года.

На снимке подаренном Зинаиде Николаевне поэт, жизнерадостный и вместе задумчивый, с копной вьющихся волос, запечатлён на нём рядом с Михаилом Мурашовым, Есенин сделал надпись полную нежной благодарности: «За то, что девочкой неловкой представала ты мне на пути моём. Сергей». Вглядываясь в фотографию Райх выполненную в Петрограде в начале 1917 года (где она стояла с отцом), незадолго до встречи с Есениным, можно оценить поэтическую точность этих строк: с неё смотрит юная девушка с правильными чертами лица, очаровательная, но ещё не сознающая вполне своего очарования. Иную, преображённую любовью и материнством Зинаиду Райх запечатлел объектив в 1918 году: она держит на руках новорождённую дочь и вся светиться счастьем; в её зрелой, одухотворённой красоте, в самое её позе есть нечто, заставляющее вспомнить о мадоннах кисти итальянских мастеров.

Со дня знакомства до дня венчания прошло примерно три месяца. Все это время отношения были сдержанными, будущие супруги оставались на «вы», встречались на людях. Случайные эпизоды, о которых вспоминала Зинаида Райх, ничего не говорили о сближении.

Вернувшись в Петроград, они некоторое время жили врозь, и это не получилось само собой, а было чем-то вроде дани благоразумию. Все-таки они стали мужем и женой, не успев опомниться и представить себе хотя бы на минуту, как сложится их совместная жизнь. Договорились поэтому друг другу «не мешать». Но все это длилось недолго, они вскоре поселились вместе, больше того, Есенин пожелал, чтобы Зинаида Николаевна оставила работу, пришел вместе с ней в редакцию и заявил: «Больше она у вас работать не будет».

Зинаида всему подчинилась. Ей хотелось иметь семью, мужа, детей. Она была хозяйственна и энергична.

Душа Зинаиды Николаевны была открыта навстречу людям. Ее внимательные, все замечающие и все понимающие глаза, ее постоянную готовность сделать или сказать приятное, найти какие-то свои, особые слова для поощрения, а если они не находились — улыбка, голос, все ее существо договаривали то, что она хотела выразить. Но в ней дремали вспыльчивость и резкая прямота, унаследованные от своего отца.

Первые ссоры были навеяны поэзией. Однажды Есенин и Райх выбросили в темное окно обручальные кольца и тут же помчались их искать (разумеется, с добавлением: «Какие же мы были дураки!»).

Но по мере того как они все ближе узнавали друг друга, они испытывали порой настоящие потрясения. Возможно, слово «узнавали» не все исчерпывает — в каждом время раскручивало свою спираль. Можно вспомнить, что само время все обостряло.

С переездом в Москву кончились лучшие месяцы их жизни. Впрочем, вскоре они на некоторое время расстались. Есенин отправился в Константиново, Зинаида Николаевна ждала ребенка и уехала к своим родителям в Орел…

Дочь Татьяна продолжает воспоминания:

«Я родилась в Орле, но вскоре мать уехала со мной в Москву и до одного года я жила с обоими родителями. Потом между ними произошел разрыв, и Зинаида Николаевна снова уехала со мной к своим родным. Непосредственной причиной, видимо, было сближение Есенина с Мариенгофом, которого мать совершенно не переваривала. О том, как Мариенгоф относился к ней, да и вообще к большинству окружающих, можно судить по его книге «Роман без вранья».

Спустя какое-то время Зинаида Николаевна, оставив меня в Орле, вернулась к отцу, но вскоре они опять расстались…

Осенью 1921 года она стала студенткой Высших театральных мастерских. Училась не на актерском отделении, а на режиссерском, вместе с С.М. Эйзенштейном, С.И. Юткевичем.

С руководителем этих мастерских — Мейерхольдом она познакомилась, работая в Наркомпросе. В прессе тех дней его называли вождем «Театрального Октября». Бывший режиссер петербургских императорских театров, коммунист, он тоже переживал как бы второе рождение. Незадолго перед этим он побывал в Новороссийске в белогвардейских застенках, был приговорен к расстрелу и месяц провел в камере смертников.

Летом 1922 года два совершенно незнакомых мне человека — мать и отчим — приехали в Орел и увезли меня и брата от деда и бабки. В театре перед Всеволодом Эмильевичем многие трепетали. Дома его часто приводил в восторг любой пустяк — смешная детская фраза, вкусное блюдо. Всех домашних он лечил — ставил компрессы, вынимал занозы, назначал лекарства, делал перевязки и даже инъекции, при этом сам себя похваливал и любил себя называть «доктор Мейерхольд».

Казалось бы, что, с возвращением Зинаиды Николаевны в Москву для семьи Есениных должны были наступить лучшие времена, но обстоятельства сложились так, что 1919-й год стал последним в их совместной жизни.

марта 1920 года Райх родила сына. Его назвали Константином. Крёстным отцом, по ещё неизжитой традиции стал давний друг Есениных Андрей Белый. Некоторое время Зинаида Николаевна вынуждена была оставаться с сыном в Доме матери и ребёнка, на Остоженке, 36, и это красноречивее любых слов говорит о печальных переменах в её взаимоотношениях с Есениным.

Трудно сказать, почему и когда именно произошёл разрыв. Неделикатно было бы вторгаться в сокровенный мир двух дорогих друг другу людей. Можно только предполагать, каковы были причины, побудившие их разойтись. В известной мере виновато бурное время, разруха, лишения, неустроенность быта, частые разлуки, виновато окружение Есенина, сложившееся вскоре после переезда из Петербурга в Москву, в пору его увлечения имажинизмом.

Вне сомнения одно: столкнулись два цельных сильных человеческих характера, и грянул «эмоциональный взрыв» такой силы, что отголоски его ещё долго слышались и в судьбе Есенина, и в судьбе Райх. «Никто не пожалел и не обернулся назад», — сказал в своё время поэт в «Марфе Посаднице». Нет, пожалуй, и жалели и сетовали на себя, но вернуться к прежнему не могли.

Для Зинаиды Николаевны драматизм усугублялся опасным недугом сына, которого едва удалось отстоять. Перенесённое нервное потрясение Райх в связи с тяжёлой болезнью сына не прошло бесследно и ещё долго напоминало о себе в годы, когда жизнь её могла показаться счастливой и безмятежной.

Воспоминания сына Есенина и Райх Константина также говорят нам о сложностях между любящими людьми:

«В памяти сохранилось несколько сцен, когда отец приходил посмотреть на нас с Таней. Как все молодые отцы, он особенно нежно относился к дочери. Таня была его любимицей. Он уединялся с ней на лестничной площадке и, сидя на подоконнике, разговаривал с ней, слушал, как она читает стихи.

Домочадцы, в основном родственники со стороны матери, воспринимали появление Есенина как бедствие. Все эти старики и старушки страшно боялись его — молодого, энергичного, тем более что, как утверждала сестра, по дому был пущен слух, будто Есенин собирается нас украсть.

Таню отпускали на «свидание» с трепетом. Я пользовался значительно меньшим вниманием отца. В детстве я был очень похож на мать — чертами лица, цветом волос. Татьяна — блондинка, и Есенин видел в ней больше своего, чем во мне.

Последний приход отца, как я уже сказал, состоялся за несколько дней до рокового 28 декабря. Этот день описан многими. Отец заходил к Анне Романовне Изрядновой, еще куда-то. Уезжал в Ленинград всерьез. Наверное, ехал жить и работать, а не умирать. Зачем иначе ему было возиться с огромнейшим, тяжеленным сундуком, набитым всем его скарбом. Это деталь, по-моему, существенная.

Отчетливо помню его лицо, его жесты, его поведение в тот вечер. В них не было надрыва, грусти. В них была какая-то деловитость… Пришел проститься с детьми. У меня тогда был детский диатез. Когда он вошел, я сидел, подставив руки под лампочку, горевшую синим светом, которую держала няня.

Отец недолго пробыл в комнате и, как всегда, уединился с Татьяной.

Хорошо помню дни после сообщения о смерти отца. Мать лежала в спальне, почти утратив способность реального восприятия. Мейерхольд размеренным шагом ходил между спальней и ванной, носил воду в кувшинах, мокрые полотенца. Мать раза два выбегала к нам, порывисто обнимала и говорила, что мы теперь сироты».[41]

Квартирная неустроенность, рождение сына, непохожего на отца, а может быть, просто зависть неба к неземной гармонии вернула эти на миг скрестившиеся судьбы в традиционную быль: «параллели не скрещиваются» — так написала Зинаида Райх, намечая план воспоминаний о «Сергуньке». Расстройство нервной системы, когда она рассталась с тем, кого называла «моя жизнь, моя сказка», грозило потерей рассудка. Только увлечение театром и забота Мастера — Всеволода Мейерхольда — вернули её к жизни. Репертуар театра имени Мейерхольда был поставлен в расчёте только на «Зиночку». Никаких действий и слов в театре и дома, которые доставили бы ей хоть малейшее волнение, не позволял себе Мастер. Константин Есенин позднее вспоминал, как однажды, опоздав на электричку до Болшево, они сошли на станции за семь километров от дачи и всю дорогу немолодой уже Мейерхольд бежал, не обращая внимания на усталость свою и Кости, боясь опоздать ко времени, чтобы «Зинаида Николаевна не волновалась».

В театре Мейерхольда шли пьесы классиков и современников, были намечены к постановке «Пугачёв» Есенина и «Заговор дураков» Мариенгофа, читка которых прошла в театре одновременно. Со свойственной ему откровенностью Анатолий Мариенгоф писал: «На одном из театральных диспутов Маяковский сказал с трибуны, обтянутой красным коленкором: «У нас шипят о Зинаиде Райх: она, мол, жена Мейерхольда и потому играет у него главные роли. Это не тот разговор. Райх не потому играет главные роли, что она жена Мейерхольда, а Мейерхольд женился на ней потому, что она хорошая актриса». Отчаянная чепуха! Райх актрисой не была — ни плохой, ни хорошей… Не любя Зинаиду Райх (что необходимо принять во внимание), я обычно говорил о ней: «Эта дебелая еврейская дама»… Хорошей актрисой Зинаида Райх, разумеется, не стала, но знаменитой — бесспорно». И так же искренне, как думал, говорил Мариенгоф о личных отношениях: «Кого же любил Есенин? Больше всех он ненавидел Зинаиду Райх. Вот её, эту женщину, с лицом белым и круглым, как тарелка, эту женщину, которую он ненавидел больше всех в жизни, её — единственную — и любил.

…Мне кажется, что и у неё другой любви не было. Помани её Есенин пальцем, она бы от Мейерхольда убежала без плаща и без зонтика в дождь и град». Вадим Шершеневич, тоже не считавший Зинаиду Райх талантливой артисткой, не мог не признать, что она «сумела развиться в столичную крупную актрису»: «Конечно, тут на первом месте было влияние Мастера Мейерхольда, но ни один Мастер не может вылепить что-то значительное из ничего». Михаил Чехов писал Зинаиде Райх: «Я всё ещё хожу под впечатлением, полученным мною от «Ревизора». Всеволод Эмильевич бывает гениален, и в этом трудность совместной работы с ним. Если исполнитель Всеволода Эмильевича только поймёт его — он погубит его замысел. Надо нечто большее, и это большее я увидел в Вас, Зинаида Николаевна. Что это большее в Вас — я не знаю, может быть, это сотворчество с Всеволодом Эмильевичем в данной постановке, может быть, Ваш природный талант, — не знаю, но результат поразителен. Поражает меня Ваша легкость в исполнении трудных заданий. А легкость — первый признак настоящего творчества. Вы, Зинаида Николаевна, были великолепны». Борис Пастернак признавался в поклонении в письмах: «Сегодня весь день шалый, и ни за что взяться не могу. Это — тоска о вчерашнем вечере… Я преклоняюсь перед Вами обоими, и завидую Вам, что Вы работаете с человеком, которого любите», — и написал стихотворение.

Стихов с посвящением Зинаиде Райх у Есенина нет, но есть строчки, в которых легко узнаваемы её отношения с Сергеем Есениным. Все эти стихотворения были написаны во время его поездки на Кавказ. Здесь он вдруг заявил, что у него «нет стихов о любви», и появились «Персидские мотивы» о придуманной Персии и реальной Шаганэ, стихи о России и о Зинаиде Райх:

Дорогая, шути, улыбайся,

Не буди только память во мне

Про волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ!

Там, на севере, девушка тоже,

На тебя она страшно похожа,

Может, думает обо мне…

Шаганэ ты моя, Шаганэ!

Заглуши в душе тоску тальянки,

Напои дыханьем свежих чар,

Чтобы я о дальней северянке

Не вздыхал, не думал, не скучал…

Татьяна Есенина, дочь поэта, много лет спустя раскладывала, как пасьянс, фотографии в профиль Зинаиды Райх и Шаганэ Тальян, с которой Есенин познакомился в Батуме в 1924 году, — изображения были, действительно, «страшно похожи».

апреля 1925 года появилось стихотворение «Голубая да веселая страна…» с посвящением «Гелии Николаевне» (так звала себя этим именем «какой-то актрисы», придуманным, как мне кажется, Сергеем Есениным, шестилетняя дочь Петра Ивановича Чагина Роза) и с припиской: «Гелия Николаевна! Это слишком дорого. Когда увидите мою дочь, передайте ей. С.Е.».

В марте 1925 года, приехав на месяц в Москву из Баку, Сергей Есенин написал стихотворение «Собаке Качалова», где есть строчки, которые можно отнести к Зинаиде Райх, тоже бывавшей в гостях у знаменитого артиста:

Мой милый Джим, среди твоих гостей

Так много всяких и невсяких было.

Но та, что всех безмолвней и грустней,

Сюда случайно вдруг не заходила?

Она придет, даю тебе поруку,

И без меня, в её уставясь взгляд,

Ты за меня лизни ей нежно руку

За всё, в чем был и не был виноват.

В этот же период было написано и «Письмо к женщине», прочитав которое несколько лет спустя, Константин Есенин вспомнил один из моментов отношений Зинаиды Райх и Сергея Есенина и спросил: «А что, это о том случае написано?»:

Вы помните,

Вы всё, конечно, помните,

Как я стоял,

Приблизившись к стене,

Взволнованно ходили

Вы по комнате

И что-то резкое

В лицо бросали мне…

Любимая!

Меня Вы не любили…

Зинаида Райх читала все эти стихи как свои и как чужие: они не были ей посвящены, и, хотя легко проецировались на обстоятельства её жизни, не попадали в такт её отношения к Сергею Есенину:

Не все ль равно — придёт другой,

Печаль ушедшего не сгложет,

Оставленной и дорогой

Пришедший лучше песню сложит.

И, песне внемля в тишине,

Любимая с другим любимым,

Быть может, вспомнит обо мне,

Как о цветке неповторимом.

Строки стихотворения «Письмо от матери» очень правдиво описывает ситуацию взаимоотношений Есенина и Райх:

Но ты детей

По свету растерял,

Свою жену

Легко отдал другому,

И без семьи, без дружбы,

Без причал

Ты с головой

Ушел в кабацкий омут.

Осознание этого приходит к Есенину со временем, возможно поздно, но приходит, хотя раннее отнесся несерьезно:

«Мейерхольд давно присматривался к Зинаиде Райх. Как-то на одной из вечеринок спросил у Есенина:

Знаешь, Сережа, я ведь в твою жену влюблен… Если поженимся, сердиться на меня не будешь? Поэт шутливо поклонился режиссеру в ноги:

Возьми ее, сделай милость… По гроб тебе благодарен буду».[ 6]

Она не вспоминала, а любила и помнила его всегда — всю жизнь свою и его, и смерть, и долго после его смерти, до самого своего последнего часа, когда затихла от ножевых ран. В декабре 1935 года в десятую годовщину гибели Сергея Есенина Зинаида Райх подарила свою фотографию — Зинаиде Гейман — с дарственной надписью: «Накануне печальной годовщины мои печальные глаза — тебе, Зинуша, как воспоминание о самом главном и самом страшном в моей жизни — о Сергее».

2.3 Айседора Дункан в жизни и творчестве поэта

Взаимоотношения русского поэта Сергея Есенина (1895-1925) и американской танцовщицы Айседоры Дункан (1877-1927) чрезвычайно сложные, неровные, порой загадочные. После первой встречи в Москве осенью 1921 года, Есенин и Айседора жили вместе в особняке Дункан на Пречистенке. В начале мая 1922 г. был зарегистрирован их брак, а через несколько дней молодожены отправились в свадебное путешествие по Европе и Америке. Пятнадцать бурных месяцев спустя, поэт и танцовщица вернулись в Москву в августе 1923 г. Вскоре их пути разошлись, хотя официально их брак никогда не был расторгнут. Есенин умер в декабре 1925 г., Айседора — в сентябре 1927 г.

Дора Анджела Дункан родилась 26 мая 1877 года в Сан-Франциско. Она была младшей из четырех детей учительницы музыки Мэри Грей и банкира Джозефа Дункана. Отец Джозеф Дункан обанкротился и бежал еще до рождения дочери, оставив жену с детьми без средств к существованию. Семья часто переезжала, в пять лет Айседору уже отдали в школу — за ней некому было присматривать. Но учеба казалась девочке бесполезной тратой времени.

Танец — вот чему она хотела посвящать все свое время. В тринадцать лет Айседора бросила школу и серьезно занялась танцами. Она нашла способ заработать любимым делом: собрала группу соседских детей и учила их танцевать. Айседора, бросив школу, знания черпала из личного опыта и сентиментальных романов. Это уже в юном возрасте привело ее к созданию собственной философии, которая со временем стала тем, что сегодня принято называть феминизмом. Вся жизнь Айседоры прошла под знаком борьбы за права женщин.

В 1921 году Константин Станиславский пригласил Айседору открыть в России новую школу танцев. В это время в России царили голод и разруха, но Дункан с воодушевлением готовилась вступить в новую жизнь.

На одном из приёмов, организованных в её честь, Айседора Дункан познакомилась с Сергеем Есениным. «В первом часу ночи приехала Дункан,- вспоминал Мариенгоф, — Красный; мягкими складками льющийся хитон, красные, с отблеском меди, волосы; большое тело, ступающее легко и мягко. Она обвела комнату глазами, похожими на блюдца из синего фаянса, и остановила их на Есенине. Маленький, нежный рот ему улыбался. Изадора легла на диван, а Есенин у её ног. Она окунула руку в его кудри и сказала: «Solotaia golova!». Потом, поцеловала его в губы: «Angel!»… Поцеловала ещё раз и сказала: «Tschort». В четвёртом часу утра Изадора и Есенин уехали» — версия их знакомства.[14]

До встречи с поэтом Айседора пережила трагедию. Двое её маленьких детей погибли в автомобильной катастрофе. Это была её незаживающая рана… И Айседора отдавала Есенину не только женские, но и материнские чувства. Она говорила, что Есенин напоминает ей умершего сына.

Именно материнской ласки ему не хватало, и он искал её во всех встреченных женщинах. Не случайно, все они были старше его. Разница в возрасте с Дункан была самой значительной — 18 лет. Есенину — 26, Айседоре — 43. Есенин звал её Изадора на ирландский манер, как называла она сама себя.

Танцы Айседоры сводили Есенина с ума. Особенно с шарфом. Без конца он просил её танцевать для своих друзей. «Замечательно она с шарфом танцует!» — говорил Есенин поэту Георгию Иванову.

Думается, встреча Есенина с Дункан не была пустым романом, а судя по многому, она оставила глубокий след в жизни поэта.

Художник Юрий Анненков вспоминает:

Будучи за границей со своей женой Есенин заводил много новых знакомств, встречался с русскими эмигрантами. Есть воспоминания о Есенине за границей от Франца Элленса:

«В 1922 году, во время пребывания Есенина в Париже, я познакомился с этим странным молодым человеком, угадать в котором поэта можно было лишь после длительного наблюдения. Тривиальное определение «молодой человек» не подходит к нему. Вы видели изящную внешность, стройную фигуру, жизнерадостное выражение лица, живой взгляд, и казалось, что все это изобличает породу в самом аристократическом значении этого слова. Но под этим обликом и манерой держать себя тотчас обнаруживалась подлинная натура этого человека, та, что выразилась в «Исповеди хулигана». В резких жестах руки, в модуляциях голоса, временами доходящих до крика, распознавался табунщик, мальчик нецивилизованный, свободный, полный безотчетных влечений, которого с трех лет отпускали в степь. Он мне рассказывал, как однажды его дядя, вместе с которым он жил, сел верхом на лошадь, посадил и его тоже верхом на кобылу и пустил ее вскачь. Свою первую верховую прогулку поэт совершил галопом. Вцепившись в гриву лошади, он с честью выдержал испытание.

В этом весь Есенин. Человек и поэт. Поэт, который поет:

Русь моя, деревянная Русь!

Я один твой певец и глашатай.

Звериных стихов моих грусть

Я кормил резедой и мятой.

Есенина надо искать в самих его истоках, в корнях его родины. Когда я впервые увидел его, его элегантность в одежде и совершенная непринужденность в манере держать себя на какой-то миг ввели меня в заблуждение. Но его подлинный характер быстро раскрылся мне. Эта элегантность костюма, эта утонченная изысканность, которую он словно бы нарочно подчеркивал, были не более чем еще одной — и не самой интересной — ипостасью его характера, сила которого была неотделима от удивительной нежности. Будучи кровно связан с природой, он сочетал в себе здоровье и полноту природного бытия. Думается, можно сказать, что в равной степени подлинными были оба лика Есенина. Этот крестьянин был безукоризненным аристократом».[41]

Но Есенин оказался плохим туристом. Его совершенно не интересовали достопримечательности европейских городов. Есенин проехал по всей Европе и Америке будто слепой, ничего не желая знать и видеть.

Но что интересовало жадно — это судьбы соотечественников, оказавшихся после революции на чужом берегу — без родины.

Есенина захотел увидеть живший тогда в Берлине Горький. Он просит Алексея Толстого: «Зовите меня на Есенина. Интересует меня этот поэт». Встреча произошла в пансионе Фишера, где Толстые снимали меблированные комнаты. Есенин приехал с Айседорой. Она танцевала в тесной комнате и, закончив танец, опустилась на колени перед Есениным. И, может быть, именно в этот момент родились строки: «Что ты смотришь синими брызгами?..»

Сергея Есенина она встретила, когда карьера ее была на излете, а личная жизнь катилась в пропасть: она пережила множество романов с женатыми знаменитостями (ни разу не побывав замужем), гибель двоих детей в автокатастрофе, алкоголизм, рождение еще одного ребенка от первого встречного и его смерть в младенчестве.

Есенин потерял голову от ослепительной американки, однако любовь этих двух диаметрально противоположных по восприятию мира людей, как и следовало ожидать, продлилась недолго. «Московский озорной гуляка» был человеком патриархальных представлений о семье, он Айседору любил и ненавидел, все время порываясь от нее уйти. Она же терпеливо сносила все его безумства, пьянство, загулы и проч.

Есть даже версия, что она специально оформила брак с поэтом, чтобы вырвать его из ядовитой атмосферы новой России и увезти его с собой за границу.

Однако заграница Есенина не исцелила: в Европе, отмечал поэт, пообщавшись с русскими эмигрантами, «…пьют, дерутся и плачут под гармоники жёлтую грусть. Проклинают свои неудачи, вспоминают Московскую Русь…». В Америке же Есенина и вовсе пресса называла «молодым мужем Дункан», а этого он, естественно, вынести не мог…

Есенин и Дункан возвратились в Россию в 1923 году в августе (поездка заняла 15 месяцев), а осенью разошлись.

Брак с Айседорой распался. Сделав несколько безуспешных попыток вернуть Есенина, Дункан уехала из России.

Результатом знакомства Есенина с А. Дункан и их путешествия по Европе стал цикл «Москва кабацкая». Можно взять из него любое стихотворение, например «Сыпь, гармоника. Скука… скука…». В нём сразу ощущается резкая смена интонаций, словаря, самого стиля обращения к женщине (не говоря уже о создаваемом женском образе), всей структуры и мелодии стиха:

Сыпь, гармоника… Скука… Скука…

Гармонист пальцы льёт волной.

Пей со мною, паршивая сука,

Пей со мной.

Излюбили тебя, измызгали —

Невтерпёж.

Что ж ты смотришь так синими брызгами?

Иль в морду хошь?

Как будто перед нами строки другого поэта. Дергающийся ритм, речитативный язык, вульгарная лексика, озлобленный цинизм — всё это ничем не напоминает той нежности, поэтичности, временами даже сказочности, которые звучали в его прежних стихах о любви. Здесь любовь попрана, низведена до плотского чувства, женщина обезображена, сам герой деморализован, и его прерываемая буйством тоска лишь в самом конце сменяется ноткой жалостливого раскаяния. («Дорогая, я плачу, прости… прости…»).

Едва ли, однако, все содержащиеся в стихотворении выпады, вся потрясающая его эскапада грубости и цинизма должны приниматься в своём прямом и единственном смысле. Невольно напрашивается мысль об известной нарочитости, демонстративности изображаемой поэтом картины (и употребляемой им лексики), о том, что он как бы выставляет на показ всю мерзость кабацкого омута, в которую он погрузился и который его ничуть не радует, не утешает, а наоборот — тяготит. Недаром в самом первом стихотворении цикла («Да! Теперь решено, без возврата…») это пристанище названо «логовом жутким», во втором («Снова пьют здесь, дерутся и плачут…») оно «чадит мертвячиной», а о развесёлых её обитателях сказано: «Бесшабашность им гнилью дана».

В этом логове, как показывает поэт и в других стихотворениях, нет места человеческой радости, нет и надежды на счастье. Любовь здесь не праздник сердца, она приносит человеку гибель, она губит его, словно чума:

Не гляди на её запястья

И с плечей её льющийся шёлк.

Я искал в этой женщине счастья,

А нечаянно гибель нашёл.

Я не знал, что любовь — зараза,

Я не знал, что любовь — чума.

Подошла и прищуренным глазом

Хулигана свела с ума.

«Пой же, пой. На проклятой гитаре» (1922)

Так бы и потонуло это всё в пьяном угаре, в дикой музыке грубых страстей и жестоких оскорблений, если бы не прорывы у чистой душевности, не пронзительные нотки раскаяния, которые слышаться почти в каждом из звеньев «кабацкого» цикла.

Пора расстаться с озорной

И непокорною отвагой.

Уж сердце напилось иной,

Кровь отрезвляющею брагой.

«Пускай ты выпита другим…» (1923)

Один из выдающихся современников поэта, Дмитрий Фурманов, писал: «»Москва кабацкая» веет ужасом, но пафос тут неподдельный и лиризм».

.4 «Мне бы только смотреть на тебя…» (Августа Леонидовна Миклашевская)

В августе 1923 года произошла историческая встреча поэта с актрисой Московского камерного театра. Познакомила Сергея Есенина с театральной примой Августой Миклашевской актриса Анна Никритина, жена литератора Мариенгофа. Сам поэт только что возвратился из-за границы, куда ездил вместе с Айседорой Дункан, и, не удовлетворенный поездкой «искал истину в вине».

Долго бродили по Москве, он был счастлив, что вернулся домой, в Россию. Радовался всему, как ребенок. Трогал руками дома, деревья. Уверял, что все, даже небо и луна другие, чем там. Рассказывал, как ему трудно было за границей, — пишет о том периоде их жизни Миклашевская.

Чувство вспыхнуло сразу. Вскоре Августа стала грозной соперницей Айседоре Дункан. Именно Миклашевской он посвятил знаменитый цикл «Любовь хулигана» и ряд лирических стихотворений, в том числе «Пускай ты выпита другим…»

На именном сборнике «Москва кабацкая» Сергей подписал: «Милой Августе Леонидовне со всеми нежными чувствами, которые выражены в этой книге».

Этот любовный роман — наиболее романтический и возвышенный в жизни Есенина. Ни одной возлюбленной он прежде так не поклонялся, ни одна другая не пробудила в его душе особенную творческую струю, которая выплеснулась вдруг неожиданным и для него самого целым поэтическим циклом под общим заглавием «Любовь хулигана», сложившийся у Есенина к концу 1923 года. Исходные мотивы этого цикла — сожаление о растраченных днях, отречение от кабацкого прошлого, очищение через любовь. Он клялся и обещал этой женщине то, что никогда и никому не обещал:

Я б навеки забыл кабаки

И стихи бы писать забросил,

Только б тонкой касаться руки

И волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошёл за тобой

Хоть в свои, хоть в чужие дали…

В первый раз я запел про любовь,

В первый раз отрекаюсь скандалить.

«Заметался пожар голубой…»

есенин литература любовный лирика

Поэт осуждает то, что было не любовью, а дурной страстью, похмельным бредом, безоглядной бессмысленной лихостью. Он призывает на помощь любовь возвышенную, чистую, которая рождает «слова самых нежных и кротких песен», которая воспитывает человека в преданности и постоянстве.

Чувство не было мгновенным и спонтанным. Когда их знакомили при случайной встрече на Тверской в конце лета 1923-го, Есенин едва взглянул на Августу Леонидовну. Правда, и состояние духа его не соответствовало этому моменту «Он шёл быстро, бледный, сосредоточенный… Сказал: «Иду мыть голову. Вызывают в Кремль». Разглядел и оценил её он чуть позже, встретив в своей бывшей квартире в Богословском переулке, где Мариенгоф проживал теперь с Никритиной. Как и Никритина, Миклашевская была актрисой Московского Камерного театра под руководством Таирова. Театр тогда уехал на длительные зарубежные гастроли, а они остались в Москве: Никритина потому, что Таиров не согласился взять ещё визу и на Мариенгофа , а Миклашевская не пожелала расставаться надолго со своим маленьким ещё сыном от первого (распавшегося) брака. Актрис объединило такое положение, сдружили поиски и репетиции новой театральной работы.

Как развивался этот роман? «В один из вечеров, — вспоминала много лет спустя Августа Леонидовна, — Есенин повёз меня в мастерскую Коненкова. Обратно шли пешком. Долго бродили по Москве. Он был счастлив, что вернулся домой, в Россию. Радовался всему, как ребёнок. Трогал руками дома, деревья… Уверял, что все, даже небо и луна, другие, чем там, у них. Рассказывал, как ему трудно было за границей. И вот наконец он всё-таки удрал! Он — в Москве.

Целый месяц мы встречались ежедневно. Очень много бродили по Москве, ездили за город и там подолгу гуляли. Была ранняя золотая осень. Под ногами шуршали желтые листья…

Я с вами, как гимназист… — тихо, с удивлением говорил мне Есенин и улыбался.

Часто встречались в кафе поэтов «Стойло Пегаса» на Тверской, сидели вдвоём, тихо разговаривали. Есенин трезвый был очень застенчив. На людях он почти никогда не ел. Прятал руки, они казались ему некрасивыми.

Много говорилось о его грубости с женщинами. Но я ни разу не почувствовала и намёка на грубость». [24]

Есть еще воспоминания Августы Миклашевской о «нежном», но всё еще запутавшимся Есенине:

«Чаще всего встречались в кафе, каждое новое стихотворение он тихо читал мне. В стихотворении «Ты такая ж простая, как все…» больше всего самому Есенину нравились строчки:

Что ж так имя твое звенит,

Словно августовская прохлада?..

Он радостно повторял их.

Как-то сидели Есенин, я и С. Клычков. Есенин читал только что напечатанные стихи:

Дорогая, сядем рядом,

Поглядим в глаза друг другу.

Я хочу под кротким взглядом

Слушать чувственную вьюгу.

С. Клычков похвалил, но сказал, что они заимствованы У какого-то древнего поэта. Есенин удивился: «Разве был такой?» А минут через десять стал читать стихи этого поэта и хитро улыбался. Он знал этого поэта наизусть. Есенин очень хорошо знал литературу, поэзию. С большой любовью говорил о Лескове, о его замечательном русском языке. Взволнованно говорил о засорении русского языка, о страшной небрежности к нему в те годы. Он был очень образованным человеком, и мне было непонятно, когда и как он стал таким, несмотря на свою сумбурную жизнь.

Третьего октября 1923 года, в день рождения Есенина, я зашла к Никритиной. Мы все должны были идти в кафе. Но еще накануне Есенин пропал, и его везде искали. В. Шершеневич случайно увидел его на извозчике и привез домой. Сестра Катя увела его, не показывая нам.

Он объяснял свое исчезновение тем, что «мама мучалась еще накануне с вечера».

Столкнувшись с пьянством Есенина, Августа не имела сил и времени для того, чтобы посвятить себя ему и останавливать его, Есенин не догадывался о материальных затруднениях Августы, о том, как она соглашается на любую работу, ведь у неё маленький сын. Поэтому она просто не могла себе позволить частые встречи с поэтом, романтические и бездумные выходки.

Августа Леонидовна ради мало-мальского заработка (а по тем временам и просто дополнительного продуктового пайка) выступала с чтением, декламацией, отрывками из пьес на любых утренниках и вечерах, в любых концертах, на любых сценах. Более того, драматическая актриса, она порой соглашались и на танцевально-акробатические номера, выходила на сцену в розовой балетной пачке. (Однажды в таком виде её случайно увидел В. Маяковский, и она чуть со стыда не сгорела, едва дотанцевала до конца и тут же расторгла соглашение.) Есенина же Августа приглашала лишь на серьёзные свои работы (премьера в театре «Острые углы» — инсценировка рассказа О. Генри «Кабачок и роза», репетиции в театре сатиры).

Правда и то, что её пугало поведение поэта в нетрезвом виде.

Не так уж боялась Августа Леонидовна и скандалов. И не уехала со встречи Нового года (1924), когда посреди ночи в актёрскую компанию заявилась Дункан, уже «прослышавшая» о помолвке Есенина с Миклашевской в узком кругу в кафе «Стойло Пегаса» и жаждавшая посмотреть и унизить опасную соперницу: «Я впервые увидела Дункан близко. Это была очень крупная женщина, хорошо сохранившаяся. Я, сама высокая, смотрела на неё снизу вверх. Своим неестественным, театральным видом она поразила меня. На ней был прозрачный бледно-зелёный хитон с золотыми кружевами, опоясанный золотым шнуром с золотыми кистями, на ногах — золотые сандалии и кружевные чулки. На голове — зелёная чалма с разноцветными камнями. На плечах — не то плащ, не то ротонда, бархатная, зелёная. Не женщина, а какой-то театральный король.

Она смотрела на меня и говорила:

Есенин в больнице, вы должны носить ему фрукты, цветы!.. — И вдруг сорвала с головы чалму. — Произвела впечатление на Миклашевскую — теперь можно бросить!.. — И чалма полетела в угол.

После этого она стала проще, оживлённее. На неё нельзя было обижаться: так она была обаятельна.

Вся Европа знает, что Есенин был мой муш, и вдруг — первый раз запел про любоф — вам, нет, это мне! Там есть плохой стихотворень: «Ты такая ж простая, как все…» Это вам!

Болтала она много, пересыпая французские фразы русскими словами и наоборот».

Миклашевская не вспыхнула, не вспылила и выиграла эту женскую микродуэль: «Уже давно пора было идти домой, но Дункан не хотела уходить. Стало светать. Потушили электричество. Серый, тусклый свет всё изменил. Айседора сидела согнувшаяся, постаревшая и очень жалкая:

Я не хочу уходить, мне некуда уходить… У меня никого нет… Я одна…»[41]

Августа была не одна. Она была с сыном. И постоянной близости с ней хотел знаменитый поэт Сергей Есенин. Почему же она не спешила и опасалась отдать ему свою руку всецело и навсегда? Кое о чём мы уже знаем, о многом же другом Миклашевская в своих воспоминаниях попросту умолчала. Может быть, и хотела утаить, а может, посчитала излишним: внимательный читатель догадается и так, по самим стихам Есенина, ей посвящённым, ею навеянным. Как не понять, что она ему постоянно твердила поначалу (проверяя его чувства?), что ему нужна не такая, как она, не актриса, а простая хорошая женщина. Ведь потому-то поэт, продолжая объясняться в любви и не споря с ней, уверял:

Ты такая ж простая, как все,

Как сто тысяч других в России.

Знаешь ты одинокий рассвет,

Знаешь холод осени синий.

«Ты такая ж простая, как все…»

Правда, тут же себе противоречил, через две строчки отмечая: «Твой иконный и строгий лик, По часовням висел в рязанях». Разве это «простая»?

Августа ему внушала, что ей уже 32, она старше его на четыре года, что отдала она свою молодость, свежесть, душу и тело другому, что она как бы выпита и опустошена своим прошлым. А Есенин, не дрогнув, отвечал ей на это в своих стихах так:

Пускай ты выпита другим,

Но мне осталось, мне осталось

Твоих волос стеклянный дым

И глаз осенняя усталость.

О, возраст осени! Он мне

Дороже юности и лета.

Ты стала нравиться вдвойне

Воображению поэта.

«Пускай ты выпита другим…»

Но, по-видимому, эти внутренние мотивы раздражения, комплексы, как мы бы сейчас сказали, были у Августы Леонидовны постоянными. И в следующих стихотворениях Есенин заклинает её снова и снова: «Это золото осеннее, Эта прядь волос белесых — Всё явилось, как спасенье Беспокойного повесы». Уверяет что его ничуть не пугает то, что «Чужие губы разнесли Твоё тепло и трепет тела». Но она всё медлила и медлила с решительным шагом. А время и обстоятельство работали уже против них. Она была завалена работой, он повредил руку и попал на два месяца в больницу, а потом — по литературным и денежным делам то и дело уезжал из Москвы. Встречи стали всё реже и реже. Увидев Августу однажды на улице, Есенин соскочил с извозчика, подбежал к ней и сказал: «Прожил с вами уже всю нашу жизнь. Написал последнее стихотворение». И тут же тихо прочитал ей:

Вечер чёрные брови насопил.

Чьи-то кони стоят у двора.

Не вчера ли я молодость пропил?

Разлюбил ли тебя не вчера?

«Вечер чёрные брови насопил…»

Разве тут говориться о конце любви, разве так разлюбливают и прощаются? И комментировать-то не надо, достаточно прочитать дальше. По сути дела, это новая клятва и гимн всё той же любви:

Позабуду я мрачные силы,

Что терзали меня, губя.

Облик ласковый! Облик милый!

Лишь одну не забуду тебя.

Пусть я буду любить другую,

Но и с нею, с любимой, с другой,

Расскажу про тебя, дорогую,

Что когда-то я звал дорогой.

«Вечер чёрные брови насопил…»

И конечно же, это не был ещё разрыв. Окончательного прощания отношений между поэтом и Августой Леонидовной вообще никогда не произошло. Есенин проподал из её жизни, а потом снова неожиданно появлялся, часто лишь затем, чтобы несколько минут молча посмотреть на неё.

2.5 «Шаганэ ты моя, Шаганэ…»

К своему Востоку Есенин шел исподволь и сознательно в течение целого ряда лет. Он был глубоко убежден в том, что древневосточная классическая литература — необходимая для совершенствования поэтического мастерства учеба. «Я еду учиться, — писал он. — Я хочу проехать даже в Шираз и, думаю, проеду обязательно. Там ведь родились все лучшие персидские лирики. И недаром мусульмане говорят: если он не поет, значит, он не из Шушу, если он не пишет, значит, он не из Шираза». Эту восточную поговорку Есенин использует затем в стихотворении персидского цикла «Руки милой — пара лебедей…»:

Если перс слагает плохо песнь,

Значит, он вовек не из Шираза.

Побывать в Персии поэту не удалось. Его «Персидские мотивы» написаны под впечатлением поездок на Кавказ в 1924-1925 годах, и для них характерны основные мотивы есенинского творчества. Главная из них — тема любви. Любви в широком смысле слова, не только к женщине, но и к России, к жизни, к природе, к Востоку.

Есенинские «Персидские мотивы» — своеобразное осуществление ранней и давней мечты поэта написать книгу «Стихи о любви». Поэтому по мере написания новых стихотворений цикла поэт неоднократно делал их перестановку. Располагая произведения не по хронологическому, а по сюжетному принципу, Есенин таким образом раскрывает историю любви своего лирического героя.

По сравнению с прежними произведениями любовь в «Персидских мотивах» выступает в романтическом ореоле. Поэт щедро использует здесь традиционные художественные символы персидской лирики (соловей, луна, кипарис, флейта, Коран, чадра, шальвары, такие имена и названия, как Саади, Хайям, Фирдоуси, Шираз, Тегеран, Багдад, Хороссан, Босфор и др.).

В «Персидских мотивах» немало параллелей с классическими образцами восточной поэзии. Но Восток в есенинском цикле — лишь романтический фон того лирического повествования, главным героем которого является русский поэт, рязанец. Отсюда употребление типично русских разговорных слов и выражений в «восточных» стихотворениях: «незадаром», «нынче», «страшно похожа», «угощай, да не очень», «дела нет», «сроду не пел» и т. д. Любовь к России явственно присутствует в каждом стихотворении «Персидских мотивов». Однако если в открывающем цикл стихотворении «Улеглась моя былая рана…» память о родине — противопоставление русских обычаев чуждым поэту средневековым нормам морали («Мы в России девушек весенних, На цепи не держим, как собак, Поцелуям учимся без денег, Без кинжальных хитростей и драк»), то в стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ…» — глубокая ностальгическая тоска по родным полям и «дальней северянке».

Образ ржаного русского поля, встречающийся в четырех из пяти строф стихотворения, становится его своеобразной метафорой, символом далекой родины. Рассказывая о самом дорогом, любимом для него, поэт прибегает к гиперболе («Потому что я с севера, что ли, Что луна там огромней в сто раз…»), сознательно, как мастер высочайшего класса, виртуозно владеющий родним языком, нарушает нормы грамматики: «Я готов рассказать тебе поле…». Как известно, грамматическая норма требует употребления в данном контексте глагола «рассказать» с предлогом «о» (рассказать о поле).

Однако «рассказать поле» — выразительнее, глубже, экспрессивнее, чем общепринятое литературное «рассказать о поле», оно сближается по значению с глаголом «высказать» — высказать душу. А стихия души и сердца в есенинском поэтическом мире — важнейшая. Вспомним в этой связи его сокровенное:

И душа моя — поле безбрежное —

Дышит запахом меда и роз

«Несказанное, синее, нежное…» (1925)

Характерную особенность «Персидских мотивов» составляют лирические повторы — своеобразные средства усиления эмоциональной выразительности. Неоднократно поэт использует лексическое или строфическое «кольцо» — композиционно-стилистический прием, традиционный в восточной поэзии. Все пять строф стихотворения «Шаганэ ты моя, Шаганэ!..» — интереснейшие примеры строфического кольца.

Есенинские «Персидские мотивы» — это не только и не столько живые впечатления от увиденного и пережитого. Поэт так глубоко проникся прелестью этого неповторимого мира, что сам отчасти поверил в то, что побивал в Персии. В трех из четырех известных вариантов автобиографии он указывает на это обстоятельство: «Сергей Есенин» (1922), «Автобиография» (1923), «Автобиография» (20 июня 1924).

Ах, и я эти страны знаю,

Сам немалый прошел там путь…,

— писал поэт о небывшей Персии в стихотворении «Эта улица мне знакома…» (1923).

Имя Шаганэ упоминается в шести из шестнадцати стихотворений цикла.

Известно, что поэт давно уже собирался создать цикл стихов о женщине. Нина Осиповна Грацианская, из Ростова, вспоминает, что в 1922 году, когда она упрекнула Есенина в исключении из драматической поэмы «Пугачев» женских ролей, он ответил:

О женщине еще скажу, это обещаю, обязательно скажу.[41]

В 1923 году он опубликовал цикл стихов «Любовь хулигана». Эти стихи примыкали к «Москве кабацкой». Год спустя поэт почувствовал, что оторвался наконец от этой темы, стал писать по-новому. По-иному он хотел написать также и о любви. На Кавказе он приступил к осуществлению этого замысла. Шаганэ, с которой Есенин встретился в этот период, была сначала обычным увлечением поэта. Но она выбрала и отстояла как раз ту форму взаимоотношений, которая всего больше соответствовала взгляду его на женщину: чистому, уважительному, целомудренному. И тогда поэт увидел в ней черты душевной красоты, которые могли бы остаться незамеченными, если бы дело шло тем обычным порядком, когда взаимоотношения между ним и его поклонницами переходили известную грань и конец их становился однообразно повторяющимся. Эти черты соответствовали его представлению о прекрасном, под их впечатлением он и написал знаменитые «Персидские мотивы», обессмертив женщину, ставшую прообразом персианки Шаги.

Душевная чистота, предостерегшая Шаганэ от ложного шага при встрече с Есениным, помогла ей избежать ошибок и при записи воспоминаний.

«Персидским мотивам» жить в веках. Без конца будут припадать люди к этому источнику нежности и красоты и восхищаться женщиной, ставшей прообразом для героини стихов.

Воспоминания самой Шаганэ (от 29.01.1959 г.) о встречах с поэтом:

«Как-то в декабре 1924 года я вышла из школы и направилась домой. На углу я заметила молодого человека выше среднего роста, стройного, русоволосого, в мягкой шляпе и в заграничном макинтоше поверх серого костюма. Бросилась в глаза его необычная внешность, и я подумала, что он приезжий из столицы.

…В Батуме я снимала одну комнату вместе с сестрой Катей, 23-летней девушкой, тоже учительницей. Нашей непосредственной соседкой была массажистка Елизавета Васильевна Иоффе, которая дружила с нами, особенно с Катей. Она знакома была с Повицким, журналистом.

В тот же день вечером Иоффе ворвалась к нам в комнату со словами: «Катра, Катра, известный русский поэт хочет познакомиться с нашей Шаганэ». Есенин с Повицким были в это время у нее. Мы пошли. От нас и гостей в крохотной комнатке Иоффе стало невозможно тесно. После того как мы познакомились, я предложила всем идти гулять в парк. Больше подробностей этой первой встречи я не могу вспомнить. На следующий день Есенин с Повицким опять зашли и предложили нам принять участие в литературном вечере, где мы могли бы встретить и других их знакомых. Вечер должен был состояться на квартире Повицкого, в которой жил и Есенин. Мы решили прийти.

…На следующий день, уходя из школы, я опять увидела его на том же углу. Было пасмурно, на море начинался шторм. Мы поздоровались, и Есенин предложил пройтись по бульвару, заявив, что не любит такой погоды и лучше почитает мне стихи. Он прочитал «Шаганэ ты моя, Шаганэ…» и тут же подарил мне два листка клетчатой тетрадочной бумаги, на которых стихотворение было записано. Под ним подпись: «С. Есенин». (Автограф утрачен. Как сообщила Ш. Тальян, его попросили, чтобы сфотографировать для работы о Есенине, и не вернули).

Есенин прочитал еще два стихотворении, которые, как он пояснил, были написаны им в Тифлисе («Улеглась моя былая рана…», «Я спросил сегодня у менялы…»).

Конечно, я задала ему тут же вопрос: кто же такая Лала? Он ответил, что это имя вымышленное. Тогда я не поверила, но много лет спустя поняла, что это было правдой.

В одну из последующих наших встреч, которые теперь происходили почти ежедневно, он прочитал новое стихотворение «Ты сказала, что Саади…».

…Когда Есенин встречал меня в обществе других мужчин, например моих коллег-преподавателей, то подходил сам, знакомился с ними, но уходил обязательно со мной.

Всегда приходил с цветами, иногда с розами, но чаще с фиалками. Цветы сам очень любил.

января он принес книжку своих стихов «Москва Кабацкая» (Ленинград, 1924 г.), с автографом, написанным карандашом: «Дорогая моя Шаганэ, Вы приятны и милы мне. С. Есенин. 4.I.25 г., Батум».

Вместе с книжкой он принес фотографию, на которой на берегу моря запечатлены он, Повицкий и еще двое незнакомых мне мужчин, с написанным на обороте стихотворением «Ты сказала, что Саади…». Над стихотворением была надпись: «Милой Шаганэ», а под стихотворением подпись: «С. Есенин». Текст стихотворения состоял из четырех строф, как в первой публикации его. (Автограф утрачен. Как сообщила Ш. Тальян, его взяли одновременно с автографом стихотворения «Шаганэ ты моя, Шаганэ.», чтобы сфотографировать для работы о Есенине, и не вернули).

…Сергей Александрович любил приходить по вечерам, пить чай с мандариновым вареньем, очень понравившимся ему. Когда я отсылала его писать стихи, он говорил, что уже достаточно поработал, а теперь отдыхает. Если он не встречался со мною на улице, то непременно приходил к нам домой.

Как-то я заболела, а сестра уходила на службу. Все три дня, пока я болела, Сергей Александрович с утра являлся ко мне, готовил чай, беседовал со мной, читал стихи из «Антологии армянской поэзии». Содержание этих разговоров мне не запомнилось, но можно отметить, что они были простыми, спокойными. Есенин взял себе на память мою фотографию, причем он сам ее выбрал из числа других. Это снимок 1919 года. Я снята в гимназической форме. На обороте карточки я своей рукой сделала надпись. В другой раз он сказал мне, что напечатает «Персидские мотивы» и поместит мою фотографию. Я попросила этого не делать, указав, что его стихи и так прекрасны и моя карточка к ним ничего не прибавит.

…Незадолго до отъезда он все чаще и чаще предавался кутежам и стал бывать у нас реже. Вечером, накануне отъезда, Сергей Александрович пришел к нам и объявил, что уезжает. Он сказал, что никогда меня не забудет, нежно простился со мною, но не пожелал, чтобы я и сестра его провожали. Писем от него я также не получала.

С. А. Есенин есть и до конца дней будет светлым воспоминанием моей жизни.

Шаганэ Тальян 1959. 29.1. г. Ереван».

Шаганэ — умна и серьёзна и в то же время жизнерадостна и весела. С ясной улыбкой, с песней, как птица, встречает она утро жизни. Шаганэ реальна и потому ещё, что на неё «страшно похожа» девушка, которая живёт на севере и хорошо известна поэту. Вместе с тем и отношение Есенина к персиянке получает новую форму выражения. В стихотворении, например, нет риторических объяснений в любви. И в то же время от строки к строке, от строфы к строфе постепенно усиливается лирическая насыщенность «Шаганэ ты моя, Шаганэ «. Происходит то же, что в разговорной речи случается со словом «любимая». Часто повторяемое, избитое, оно в устах влюблённого обладает неизъяснимой привлекательностью, убедительностью и совершенной новизной.

Чувства поэта обострены и изменчивы, «как волнистая рожь при луне». И в этой напряжённости и неустойчивости эмоций вся его жизнь:

Эти волосы взял я у ржи,

Если хочешь, на палец вяжи —

Я нисколько не чувствую боли.

Я готов рассказать тебе поле.

Про волнистую рожь при луне

По кудрям ты моим догадайся.

Дорогая, шути, улыбайся,

Не буди только память во мне

Про волнистую рожь при луне.

«Шаганэ ты моя, Шаганэ!..»

Четвёртое стихотворение цикла «Ты сказала, что Саади…» было написано 19 декабря 1924 года. В нём развивается тема любви. В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ!..» чувства поэта к персиянке ясны, хотя они не выражены прямой речью. Оно построено на противопоставлении подзадоривающей шутки персиянки и серьёзного ответа лирического героя. Стихотворение выражает ревнивое чувство восхищения поэта красотой Шаганэ. Чтобы передать это восхищение Есенин прибегает к излюбленному в персидской поэзии сравнению красоты возлюбленной с красотой розы — лучшего цветка сада: все розы должны быть уничтожены, чтобы они не могли соперничать с Шаганэ:

Я б порезал розы эти,

Ведь одна отрада мне —

Чтобы не было на свете

Лучше милой Шаганэ.

«Ты сказала, что Саади…»

На его взгляд, Шаганэ была как-то очень восточна внешне, подвижна и жизнерадостна. Она любила подшутить над увлечением поэта старыми персидскими классиками, над отношением этих классиков к женщине.

В стихотворении «Никогда я не был на Босфоре…» поэт ведёт разговор с персиянкой, здесь имя Шаганэ заменено местоимением «ты». Поэт говорит в первых строках, что увидел в её глазах «море, полыхающее голубым огнём»:

Никогда я не был на Босфоре,

Ты меня не спрашивай о нём.

Я в твоих глазах увидел море,

Полыхающее голубым огнём.

«Никогда я не был на Босфоре…»

Поэтому, ему всё равно что он не видел Босфора, и не важно, что глаза у реальной Шаганэ — карие. Печаль от того, что не состоялась поездка в Багдад, легко искупается радостью, что есть красавица Шаганэ. Поэт сравнивает глаза любимой с морем, видит в них голубое пламя, то удивительное сияние что восходит к небу над чёрным морем в жаркий полдень, говорит о красивом стане её, обращается к неё ласковыми словами. К Шаганэ здесь отнесены совершенно изумительные в истории любовной поэии строки:

Я сюда приехал не от скуки —

Ты меня, незримая, звала.

И меня твои лебяжьи руки

Обвивали, словно два крыла.

«Никогда я не был на Босфоре…»

В шестом стихотворении цикла «Свет шафранный вечернего края…» — так же, как и в пятом, не называется имени Шаганэ, оно заменено местоимением «ты». Ведущая тема этого стихотворения — борьба с чадрой. Поэт говорит, обращаясь к Шаганэ:

Мне не нравится, что персияне

Держат женщин и дев под чадрой

«Свет вечерний шафранного края…»

Вся тональность стихотворения — мягкая, сердечная — свидетельствует о добром и уважительном отношении поэта к Шаганэ. Он ласково и нежно зовёт её «дорогая».

января 1925 года поэт пишет Вержбицкому запоздалые строки: «Завёл новый роман». Это, конечно, сказано к слову. По существу, никакого романа нет: охотно встречаются уважающие и хорошо понимающие друг друга люди.

— 20 февраля 1925 года Есенин уехал из Батуми. Они расстались. В памяти поэта навсегда осталась молодая батумская учительница — девочка-мать, которой он был обязан чудесным чувством гордой дружбы-любви. Под этим впечатлением он и создал героиню цикла персиянку Шаганэ, обессмертив женщину, ставшую её прообразом.

Окончание работы над стихотворениями «В Хоросане есть такие двери…» и «Голубая родина Фердуси…» происходило уже в Москве. Эти стихотворения объединены общей темой прощания с Персией и персиянкой Шаганэ. Есенин вновь возвращается к имени персиянки Шаганэ, чередуя его с местоимением «ты». Он ласково говорит о «Задумчивой пери», о том, что голос её — «нежный и красивый», что она дала ему, поэту, «красивое страдание». Конкретизируя образ персиянки, он вводит в характеристику отношений с нею мотивы романа, отмечает, что не смог найти пути к сердцу персиянки; он озадачен, спрашивает, «зачем и кому», ему, поэту, песни петь, если равнодушна к ним Шага:

Ни к чему в любви моей отвага.

И зачем? Кому мне песни петь? —

Если стала неревнивой Шага…

«В Хоросане есть такие двери…»

В стихотворении «Голубая родина Фирдуси…» Есенин продолжает чередовать имя Шаганэ с местоимением «ты». Поэт называет персиянку «Дорогая Шага», надеется, что она не сможет забыть приезжего «уруса», уверяет её сам, что «навеки» забыть не сумеет, потому и дальше будет рассказывать о ней в стихах своих. Конкретизируя и углубляя в персиянке черты из жизни батумской учительницы, поэт, знающий её трудную судьбу, говорит, полемизируя с её настроением:

Я твоих несчастий не боюсь,

Но на всякий случай твой угрюмый

Оставляю песенку про Русь:

Запевая, обо мне подумай,

И тебе я в песне отзовусь…

«Голубая родина Фирдуси…»

Но на этом цикл «Персидские мотивы» не закончился. В период с 6 по 8 августа 1925 года написано стихотворение «Руки милой — пара лебедей…». Есенин возвращается в нем к образу персиянки Шаганэ:

Пел и я когда-то далеко

И теперь пою про это снова,

Потому и дышит глубоко

Нежностью пропитанное слово.

«Руки милой — пара лебедей…»

Вновь зовёт Есенин персиянку «милой Шагой». В стихотворении он совершенствует образ «Лебяжьих рук». Теперь он говорит: «Руки милой — пара лебедей».

Стихотворение «Отчего луна так светит тускло…» является промежуточным звеном любовной лирики персидского цикла. Поэт обращается к кипарисам и цветам с вопросом: «Отчего луна так светит тускло?». Не получает от них ответа и горько жалуется о том персиянке Лале. Лишь роза рассказывает поэту об измене Шаганэ:

Лепестками роза расплескалась,

Лепестками тайно мне сказала:

«Шаганэ твоя с другим ласкалась,

Шаганэ другого целовала.

Говорила: «Русский не заметит…

Сердцу — песнь, а песне — жизнь и тело…

И он заключает:

Оттого луна так тускло светит,

Оттого печально побледнела.

«Отчего луна так светит тускло…»

Есенин и Тальян расстались в феврале 1925 года в тёплых и дружеских отношениях. С тех пор они не виделись. Эпизод с изменой Шаганэ был придуман поэтом для завершения романа с персиянкой. В стихотворении «Руки милой — пара лебедей…» он развил эту тему, спросив:

Я не знаю, как мне жизнь прожить:

Догореть ли в ласках милой Шаги

Иль под старость трепетно тужить

О прошедшей песенной отваге?

2.6 «Вы мне близки, как друг…» (Галина Артуровна Бениславская)

Галина Артуровна Бениславская (1897-1926) — журналистка, литературный работник.

Об истории жизни Г.А. Бениславской рассказывает ее близкая знакомая Я.М. Козловская: «Галинина мать — грузинка, отец — обрусевший француз, Карьер. Так как мать психически заболела, то ее сестра Нина Поликарповна Зубова (по фамилии первого мужа), врач по профессии, решила взять Галю к себе и удочерить. Ее муж, тоже врач, Артур Казимирович Бениславский стал приемным отцом Гали. Он ее очень полюбил и окружил вниманием и заботой. С Галей я дружила с четвертого класса гимназии и до ее смерти. Под моим влиянием и влиянием моих родителей (они старые большевики) Галя в мае 1917 года вступила в партию. Окончив в 1917 году гимназию и стремясь к самостоятельности (с приемными родителями у нее возникли политические разногласия), она уехала в Харьков и поступила там на естественный факультет университета. Вскоре Харьков заняли белые. Галя мечтала выбраться из города и направилась в сторону расположения советских войск. Белые ее арестовали, и ее спас случай. Когда Галю привели в штаб белых, она совершенно неожиданно встретила там своего приемного отца Бениславского. Он сказал, что это его дочь, и ее тут же освободили. Позже она попросила Бениславского помочь ей перебраться через линию фронта. И хотя он не разделял ее взглядов, в нем победила любовь к приемной дочери, и он выдал ей удостоверение сестры милосердия Добровольческой армии. С этим удостоверением она добралась до наших войск, и тут ее арестовали наши. Подозрения вызвало удостоверение сестры милосердия. Из беды ее выручил мой отец, на которого она сослалась. Он дал телеграмму, в которой сообщал, что она член партии и преданный революции человек. Приехав в Москву, она стала работать в Чрезвычайной комиссии, у Крыленко. Ее рекомендовал ему мой отец. Галя там работала с 1919 по 1923 годы. В 1923 году она перешла на работу в газету «Беднота», где я была ответственным секретарем редакции. В «Бедноте» Галя работала до конца своей жизни» (журн. «Литературная Грузия». Тбилиси, 1969, № 5-6, с. 187-189).

В Москве Г.А. Бениславская часто бывала на литературных вечерах и концертах. На одном из таких вечеров она услышала выступление Есенина, которое произвело на нее большое впечатление. В конце 1920 года в кафе «Стойло Пегаса» состоялось их личное знакомство. Вскоре Г.А. Бениславская вошла в круг близких ему людей. После возвращения из зарубежной поездки и разрыва с А. Дункан Есенин жил у нее, в Брюсовском переулке, здесь же жили и его сестры — Катя и Шура. Летом 1925 года Есенин порвал отношения с Г.А. Бениславской. Она тяжело переживала это, лечилась от нервного расстройства, на время уезжала из Москвы. Не было ее здесь и во время похорон поэта. В декабре 1926 года она покончила с собой на могиле Есенина.

Г.А. Бениславская была знакома с Есениным на протяжении пяти лет, но действительно заметное место в его жизни, в жизни его семьи она занимала в 1924-м и первой половине 1925 г. «Галя милая! — писал ей Есенин 15 апреля 1924 года. — Повторяю Вам, что Вы очень и очень мне дороги. Да и сами Вы знаете, что без Вашего участия в моей судьбе было бы очень много плачевного». В этот период она активно занималась литературными делами Есенина. Он доверял ей вести переговоры с редакциями, заключать договора на издания. Письма Есенина к Г.А. Бениславской полны поручений и разного рода просьб: подобрать стихи для тех или иных изданий, сообщить литературные новости. Немало внимания она уделяла организации материальной стороны жизни поэта, его быта. Но все же не следует, как это иногда делается, преувеличивать роль, которую Г.А. Бениславская играла в жизни Есенина, вряд ли справедливо говорить о «безграничном доверии» поэта к ней или о ее «плодотворном влиянии». Дело было сложнее.

Во всех письмах Есенина к Г.А. Бениславской ощутима та дистанция, ближе которой он не допускал ее к своим делам, к своему творчеству. Литературные советы, которые она нередко давала, он, как правило, оставлял без внимания. А в одном из писем в связи с ее замечаниями о «неотделанности» формы «Поэмы о 36» резко заметил: «Не говорите мне необдуманных слов, что я перестал отделывать стихи. Вовсе нет. Наоборот, я сейчас к форме стал еще более требователен. Только я пришел к простоте…». Г.А. Бениславская чувствовала, что Есенин далеко не во всем готов был следовать ее советам. «Вы ведь теперь глухим стали, — писала, например, она Есенину 6 апреля 1924 года, — никого по-настоящему не видите, не чувствуете. Не доходит до Вас. Поэтому говорить с Вами очень трудно (говорить, а не разговаривать).

Вы все слушаете неслышащими ушами; слушаете, а я вижу, чувствую, что Вам хочется скорее кончить разговор».

В своих отношениях с Есениным она претендовала не просто на роль друга, но на роль друга единственного. А для Есенина личная и творческая независимость была одной из высочайших ценностей, он ее всегда отстаивал. Безусловная самоотверженность Г.А. Бениславской, ее безоглядная преданность и любовь к Есенину порой превращались в свою противоположность. И определенный интерес ее воспоминаний отчасти в том и состоит, что с их помощью лучше и полнее можно представить себе ту обстановку, в которой немалое время пришлось жить поэту, тот остракизм, которому были подвергнуты все его друзья и знакомые.

Эти взгляды Г.А. Бениславской нашли отражение в том предельном субъективизме, с которым она пишет, по сути дела, о всех знакомых. Она уделяет много места рассказам о том, как самые разные лица из окружения Есенина пытались всяческими способами разрушить их отношения, оторвать Есенина от нее. Она обвиняет в этом и имажинистов, и П.В. Орешина с А.А. Ганиным, и Н.А. Клюева, и А.М. Сахарова, и даже сестру поэта Екатерину Александровну. Болезненная субъективность Г.А. Бениславской наложила значительный отпечаток на то, в каком свете предстают перед нами в ее воспоминаниях А.К. Воронский, Н.А. Клюев, А. Дункан, И. Вардин и другие лица. Это, разумеется, должно постоянно учитываться при обращении к ее воспоминаниям.

Воспоминания были написаны в 1926 году. Судя по пометам на рукописи, Г. А. Бениславская поначалу намеревалась построить их не в хронологическом порядке, а написать нечто вроде отдельных картин из жизни Есенина. Потом она отказалась от этого замысла и попыталась придать воспоминаниям хронологическую последовательность, приписала страницы о выступлениях Есенина в консерватории и Политехническом музее, о первых встречах с ним. Но работу над воспоминаниями она не завершила. Отдельные страницы находятся вне связи с текстом, встречаются пропуски и несогласованные между собой отрывочные записи.[41]

Галя долго хранила в тайне свое чувство, хотя виделась с Есениным чуть ли не каждый день на поэтических вечерах, в кафе «Стойло Пегаса», где собирались поэты, в книжной лавке, которой заведовали Есенин и его друг Анатолий Мариенгоф. Она очень страдала от того, что Есенин женат. А когда узнала, что он разводится, ей вдруг стало страшно. Словно почувствовала, как в ее жизнь вторглось что-то роковое и неотвратимое. Однако она упорно отказывала поэту в близости, с особой теплотой даря ему исключительно свою дружбу.

Дождливым октябрем 1923 года американская танцовщица Айседора Дункан ждала в Ялте приезда своего мужа Сергея Есенина. Неожиданно она получила загадочную телеграмму: «Писем, телеграмм Есенину больше не шлите. Он со мной. К вам не вернется никогда. Галина Бениславская». Тут же последовал ответ: «Получила телеграмму, должно быть, твоей прислуги Бениславской… прошу объяснить… очень люблю. Изадора». Есенин телеграфировал: «Люблю другую, женат и счастлив». Этой весточки Айседора не получила, днем раньше уехав из Крыма. Позже она узнала, что Галина вовсе не прислуга, а секретарша в газете «Беднота», дочь французского студента и грузинки.

А жизнь Сергея Есенина катилась по своим рельсам. Стихи, выступления, компании, женщины… Галя видела и знала многое, но чувствовала — эти женщины Есенина не трогают. Но когда любимый женился на Айседоре Дункан и уехал за границу, Галя тяжело заболела и долго лечилась от неврастении в санатории.

Из дневника Г. Бениславской: «Уехал, улетел с Айседорой. Она вернется — так ответили в студии — через год. Значит, и он тоже. Как же ждать, когда внутри такая засуха? Я опять больна. Опять тоска по нем, опять к каждой мысли прибавляется неотвязное ощущение его. Вот, как верная собака, когда хозяин ушел — положила бы голову и лежала бы, ждала его возвращения».

Есенин вернулся из-за границы в 1924 году — нездоровый, измученный, озлобленный. Жить ему было негде, и Галя предложила поселиться у нее. В небольшую комнатку вскоре приехали из деревни и есенинские сестры Катя и Шура. Началась жизнь, с одной стороны, счастливая, потому что любимый человек был рядом и стал фактически ее мужем, с другой же — полная нечеловеческого напряжения и самоотверженности. Есенина, которому нельзя было пить (после первой же рюмки он становился невменяемым), одолевали «друзья»-собутыльники. Бениславская без единого слова упрека разыскивала его по злачным местам и уводила домой. Он распускал кулаки и страшно ругался…

Из дневника Г. Бениславской: «Поехали в деревню на свадьбу его двоюродного брата. С. пил исступленно и извел всех. Самодурствовал, буянил, измучил окружающих и себя. У меня уже оборвались силы. Я уходила в старую избу хоть немного полежать, но за мной тотчас же прибегали: то С. зовет, то с ним сладу нет. На рассвете разбудил меня, сам надел Катино платье, чулки и куда-то исчез. Плясал на улице ряженым, пошел к попу (тот лежал, говорят, при смерти), всех там перепугал. Потом пропал. Я уехала в Москву одна. Приезжаю — в комнате нет его вещей. Приехал первым, и кто-то ему сказал, что я изменяю ему со всеми его друзьями…»

Галя, насколько могла, ограждала Сергея от трудностей быта, от многочисленных знакомых, которые стремились неделями жить за его счет, его же и спаивая. Денег не хватало. Издательства, платившие хорошие гонорары, печатали только новые стихи. А под алкоголем стихи не писались, становилось все трудней и трудней. У Сергея все круче менялся характер — все чаще прорывались болезненная мнительность, подозрительность, буйность и хамство. Если раньше он затихал при Гале и старался в ее присутствии сдерживаться, то теперь «тормоза» отказывали. Общие друзья удивлялись ее выдержке, терпению и силе духа.

«Она отдала Есенину всю себя, ничего для себя не требуя и, уж если говорить правду, не получая», — вспоминал много лет спустя Анатолий Мариенгоф. А между тем сил — и душевных, и физических — оставалось все меньше.

Из дневника Г. Бениславской: «Пришли Аксельрод с «плеядой», зовут его пить. Меня демонстративно не замечают. Бегу следом. Сергей уже был пьян, его подхватили и чуть не под руки увели, оставив меня одну. Трудно передать мое самочувствие. Непривычная к этим трущобам, одна среди полупьяных и совсем пьяных, наглых, сальных физиономий… Поили его со всех сторон. Вдруг вижу, Сергей встревоженно приподнимается: «Галя, где Галя?» Подхожу. Он, так жалобно: «Мне надо ехать домой. Иначе мозг кончится…»

Последние месяцы жизни поэта стали для Гали новым испытанием. Есенин уехал на Кавказ, а по приезде женился на Софье Андреевне Толстой, внучке великого писателя. В тоске Галя позволила любить себя давнему своему поклоннику — сыну Льва Троцкого. Ей не нужен был он — но, как воздух, требовались тепло и ласка. Кто осудит? Никто, кроме нее самой, — она по-прежнему безоглядно любит Сергея. А тот пишет ей убийственные слова: «Милая Галя, Вы мне близки как друг, но я Вас нисколько не люблю как женщину».

Перед роковым отъездом в Ленинград Есенин позвонил ей: «Галя, приезжайте на Николаевский вокзал». Она не приехала. Зачем? Все ясно, она не будет мешать ему. Смертная телеграмма застала ее в занесенной снегами деревне, куда она уехала после очередного нервного потрясения. На похороны она не попала.

После гибели любимого человека Галина «отрезала себя» от всего живого и жила прошлым. Все, что не касалось Есенина, ее не интересовало. Она привела в порядок бумаги Сергея, которые оставались в ее архиве, написала воспоминания о нем. А через год, в таком же вьюжном декабре, в каком хоронили ее любовь, она застрелилась на его могиле… Предсмертная записка Гали: «Самоубилась» здесь; хотя и знаю, что после этого еще больше собак будут вешать на Есенина. Но и ему, и мне это будет все равно. В этой могиле для меня все самое дорогое…»

Что желать под житейскою ношею?

Проклиная удел свой и дом,

Я хотел бы теперь хорошую

Видеть девушку под окном.

Чтоб с глазами она васильковыми,

Только мне — не кому-нибудь —

И словами, и чувствами новыми

Успокоила сердце и грудь.

2.7 Последняя жена поэта (Софья Андреевна Толстая)

Софья Андреевна Толстая-Есенина (1900-1957) познакомилась с Есениным в марте 1925 года и вскоре стала его женой. Она с исключительной бережностью относилась ко всему, связанному с жизнью и творчеством Есенина, сохранила много документов последнего периода его жизни. В значительной степени благодаря ей до нас дошел целый ряд произведений Есенина. Среди них цикл коротких стихотворений, продиктованных Есениным в ночь с 4 на 5 октября 1925 года («Снежная замять крутит бойко…» и пр.).

Только в ее списках известны стихотворения: «Кто я? Что я? Только лишь мечтатель…», «Сани. Сани. Конский бег…», «Ты ведь видишь, что небо серое…» и др.

После смерти Есенина она усиленно собирала его рукописи, письма, воспоминания о нем. Многие документы были ею скопированы, и эти копии подчас остались единственным источником текста, поскольку подлинные письма и автографы стихотворений, хранившиеся у разных владельцев, оказались впоследствии утраченными. По существу, она явилась организатором Музея Есенина, существовавшего в 1926-1929 годах. Собранные в этом музее рукописи и документы, перешедшие потом в ЦГАЛИ, ГЛМ и ИМЛИ, явились основой есенинских собраний этих государственных хранилищ.

С.А. Толстая-Есенина не оставила воспоминаний о поэте. Однако в ряде подготовленных ею материалов и в ее письмах содержатся мемуарные свидетельства, подчас являющиеся единственным источником сведений об обстоятельствах создания некоторых произведений Есенина. В 1946 году было напечатано ее вступление к впервые публикуемым стихотворениям Есенина, в котором она рассказала о том, как в октябре 1925 года возник цикл коротких, «зимних» стихотворений Есенина. В 1940 году она готовила к изданию сборник стихотворений и поэм Есенина, к которому написала обширный комментарий (в его подготовке принимала участие также Е.Н. Чеботаревская).

Издание не состоялось, но рукопись комментария сохранилась. В нем также содержатся сведения мемуарного характера. Все эти материалы многократно использовались в различных изданиях Есенина, начиная с Собрания сочинений в 5-ти томах. М., 1961-1962. Но собраны вместе и самостоятельно изданы они не были. К ним присоединено письмо С.А. Толстой-Есениной к М. Горькому от 15 июня 1926 года — важный источник сведений об отношении Есенина к нему.

Очевидно и понятно, что Есенин снова пытается обрести семью, знаменитого сына. Он выбрал женщину и моложе себя на пять лет, и в жилах которой текла кровь величайшего писателя мира. Но, очевидно, решение Сергея созрело быстро, он не успел как следует узнать характер своей будущей жены. Она заведовала библиотекой Союза писателей. Она была сверх меры горда, требовала соблюдения этикета и беспрекословного согласия с ее мнением. Она умела все это непринужденно скрывать за своим радушием, вежливостью. Эти качества были прямо противоположны простоте, великодушию, благородству, веселости, озорству Сергея.

Есенин гордился тем, что породнился с Толстым, женившись на его внучке Софье. В начале 1925 года поэт познакомился с внучкой Льва Толстого Софьей. Как и большинство интеллигентных девиц того времени, она была влюблена в поэзию Есенина и немножко в самого поэта. 29-летний Сергей робел перед аристократизмом и невинностью Софьи. Однажды летом в липовой аллее в парке к ним подошла цыганка:

Эй, молодой, красивый, дай денежку, судьбу узнаешь!

Есенин рассмеялся и достал деньги.

Свадьба у тебя скоро будет, кучерявый! — рассмеялась цыганка.

В июле 1925 года состоялась скромная свадьба. Сонечка была готова, как и ее знаменитая бабушка, посвятить всю жизнь мужу и его творчеству. Все было на удивление хорошо. У поэта появился дом, любящая жена, друг и помощник. Софья занималась его здоровьем, готовила его стихи для собрания сочинений. И была абсолютно счастлива. А Есенин, встретив приятеля, отвечал на вопрос: «Как жизнь?» — «Готовлю собрание сочинений в трех томах и живу с нелюбимой женщиной».

Есенин продолжал жить жизнью, где всегда находилось место пьяным кутежам и любовным интрижкам с поклонницами.

Что случилось? Что со мною сталось?

Каждый день я у других колен,

писал он о себе.

Но встреча с замечательным человеком, С.А. Толстой, была для Есенина не проходным явлением. Любовь Софьи Андреевны к Есенину была нелегкой. Вообще это его последнее сближение было иным, чем его более ранние связи, включая и его роман с Айседорой Дункан. Однажды он сказал приятелю:

Сейчас с Соней другое. Совсем не то, что прежде, когда повесничал и хулиганил…

Но что другое?..

Он махнул рукой, промолчал.

С.А. Толстая была истинная внучка своего деда. Даже обликом своим поразительно напоминала Льва Николаевича. Она была человеком широким, вдумчивым, серьезным, иногда противоречивым, умела пошутить, всегда с толстовской меткостью и остротой разбиралась в людях.

Я понимаю, что привлекло Есенина, уже уставшего от своей мятежной и бесшабашной жизни, к Софье Андреевне. Это были действительно уже иные дни, иной период его биографии. В этот период он стремился к иной жизни. В 1924 году были написаны «Песнь о великом походе», «Поэма о 36» (о «клокочущем пятом годе»).

В том же году появилась баллада о двадцати шести комиссарах, стихотворение о Ленине: «Еще закон не отвердел…» Тогда же (1925) было опубликовано большое программное стихотворение «Мой путь». Это был взгляд в будущее и в то же время оглядка на прошлое.

Ну что же?

Молодость прошла!

Пора приняться мне за дело,

Чтоб озорливая душа

Уже по-взрослому запела…

И пусть иная жизнь села

Меня наполнит новой силой…

В этом же самом 1925 году Есениным была написана поэма «Черный человек» (трагическое содержание ее известно).

Но уважение к своей последней жене, даже какая-то боязнь её, непременно чувствуется в его письмах к Толстой:

.7 (?) июля 1925 г. Москва.

«Соня. Прости, что обидел. Ты сама виновата в этом. Я в Гизе, еду «Красную Новь», «Огонек» и позвоню. Сергей».

.До 25 июля 1925 г. Москва.

«Не знаю, что сказать. Больше ты меня не увидишь. Ни почему. Люблю, люблю».

.До 26 ноября 1925 г. Москва.

«Дорогая Соня, я должен уехать к своим. Привет Вам, любовь и целование. С.»

Любовь была трудная, горькая. Позже, в письме к матери, Софья Андреевна напишет: «Потом я встретила Сергея. И поняла, что это большое и роковое. Как любовник он мне совсем не был нужен. Я просто полюбила его всего. Остальное пришло потом. Я знала, что иду на крест, и шла сознательно, потому что ничего в жизни не было жаль. Я хотела жить только для него. Я себя всю отдала ему. Я совсем оглохла и ослепла, и есть только он один. Если вы любите меня… то я прошу вас ни в мыслях, ни в словах никогда Сергея не осуждать и ни в чем не винить. Что из того, что он пил и пьяным мучил меня. Он любил меня, и его любовь все покрывала. И я была счастлива, безумно счастлива… Благодарю его за все, и все ему прощаю. И он дал мне счастье любить его. А носить в себе такую любовь, какую он, душа его родили во мне, — это бесконечное счастье».

Ей выпал горький жребий: пережить ад последних месяцев жизни с Есениным. А потом, в декабре 1925-го, ехать в Ленинград за его телом. Друг Софьи Андреевны, поэт Максимилиан Волошин, писал ей из Крыма: «Милая Соня, весть о гибели Есенина, которая лишь сегодня дошла до Коктебеля, глубоко потрясла меня — и, быть может, не столько судьбою запутавшегося и растерявшего себя «слишком русского человека», даже не извечным трагическим концом русского поэта, сколько роком, тяготеющим над твоей жизнью, над выбором твоего сердца, дорогая, бедная Соня… Если тебе сейчас нужны уединение, молчание и верные друзья — приезжай к нам. Всем сердцем с тобой».

Женщин, любивших его, было много, а любви в его жизни было мало. Сам Есенин объяснял это так: «Как бы ни клялся я кому-либо в безумной любви, как бы я ни уверял в том же сам себя, — все это, по существу, огромнейшая и роковая ошибка. Есть нечто, что я люблю выше всех женщин, выше любой женщины, и что я ни за какие ласки и ни за какую любовь не променяю. Это — искусство…»

Раздел 3. Жизнь и творчество С.А. Есенина в школьном и вузовском изучении

.1 Изучение жизни и творчества С.А. Есенина в школах Украины с русским языком обучения

Первое знакомство учащихся средних классов с творчеством С.А. Есенина предусмотрено в 5 классе, где в рамках темы детства и родной природы в произведениях художественной литературы (на изучение которой отводится 3 часа), наряду с произведениями И.А. Бунина, предусмотрено и изучение одного из есенинских стихотворений — «Бабушкины сказки», «Пороша», «С добрым утром» (по выбору учителя).

Учитель обращает внимание на глубокий лиризм поэзии Есенина, наличие в ней фольклорных элементов, связанных с одухотворением и очеловечиванием природы, некоторые особенности его поэтического языка.

Знакомство школьников с творчеством Есенина продолжается в 9 классе. На этом этапе учащиеся знакомятся с основными фактами биографии поэта, изучают такие его стихотворения, как «Песнь о собаке», «Каждый труд благослови, удача…», «Я иду долиной» (2ч.).

Предметом изучения является тема природы в творчестве поэта, анималистические персонажи как выражение безграничной любви Есенина к родине, поэтизация русской деревни. Исследуются народно-песенные истоки лирики Есенина.

В 12 классе на новом уровне, с обобщением ранее изученного, происходит знакомство учащихся с биографией и творчеством С.А. Есенина. Внимание школьников сосредоточено на таких есенинских произведениях, как «Гой ты, Русь моя родная…», «Не бродить, не мять в кустах багряных…», «Не жалею, не зову, не плачу…», «Неуютная жидкая лунность…», «Отговорила роща золотая…», «Шаганэ ты моя, Шаганэ!..», «О красном вечере задумалась дорога…», «Собаке Качалова», «Русь бесприютная», «Письмо к матери», «Исповедь хулигана» и некоторых других стихотворениях (по выбору учителя).

Предметом особого разговора является глубокая любовь поэта к родине, к природе родного края, присущее ему сострадание и милосердие ко «всему живому», предельная искренность и лиризм стихов. Старшеклассники должны познакомиться не только с народно-песенной основой лирики поэта, но и со сложностью и неоднозначностью восприятия Есениным революции и происходящих в стране перемен, а также с его философскими стихотворениями, отразившими характерное для зрелого Есенина ощущение быстротечности жизни, бренности бытия. Рассматривая творчество поэта в широком литературном контексте, учитель обращает внимание и на проблему влияния творчества Есенина на русскую поэзию XX века.

В своей дипломной работе мы предлагаем разработку плана-конспекта урока, посвященного творчеству С.А. Есенина, для 12 класса.

План-конспект урока

Тема: «Всепроникающий лиризм — специфическая чета поэзии С.А. Есенина»

Тип урока: Урок- исследование

Цели урока:

Обучающие: познакомиться с произведениями С.А. Есенина о Родине, гармонии человека и природы, любовной лирикой.

Развивающие: развивать активное, творческое, ассоциативное мышление, устную речь, умение анализировать, сравнивать, делать умозаключение.

Воспитательные: воспитывать любовь к Родине, природе, способствовать пониманию глубины чувств лирического героя к женщине, матери.

Оборудование: интерактивная доска, презентация, портрет С.А. Есенина, сборники стихов поэта, рисунок «Ассоциации — образы есенинской лирики», выставка книг о творчестве С.А. Есенина «Поэтический мир С.А. Есенина».

Методические приемы: эвристическая беседа, анализ стихотворений, сообщения учащихся.

Эпиграф:

В стихах моих читатель должен

главным образом обращать внимание

на лирическое чувствование…

С. Есенин

Ход урока:

1.Оргмомент.

2.Вступительное слово учителя:

Сергей Есенин оставил нам чудесное поэтическое наследство. Его талант раскрылся особенно ярко и самобытно в лирике. В поэзии Есенина нас покоряет удивительная гармония чувства и слова, мысли и образа, единство внешнего рисунка и стиха с внутренней эмоциональностью. «В стихах моих, — писал поэт в 1924 году, — читатель должен главным образом обращать внимание на лирическое чувствование». У поэта было свое собственное мироощущение, и поэтому его чуткое сердце так неповторимо ведет поэтический диалог с природой, родной землей, любимой женщиной, матерью, человеческой душой. Глубоким лиризмом проникнуто все его творчество: и стихотворения о судьбе Родины, о природе, и стихи о любимой.

Обратимся к основной теме есенинского творчества — теме Родины.

Родина, Россия была для Есенина началом всех начал. Даже имя её он произносил с восхищением. «Россия… какое хорошее слово… и «роса», и «сила», и «синее что-то». Это им сказано: «Нет поэта без Родины». Для нее берег он самые заветные эпитеты. Слово «Русь» было для него любимой рифмой.

Послушаем стихотворение «Гой ты, Русь, моя родная».

(Ученик наизусть читает стихотворение.)

Учитель задает вопросы учащимся:

) Какой образ возникает в стихотворении?

) Что значит для поэта Родина?

) Что же открывается взору лирического героя?

) Каково отношение поэта к Родине?

) Вспомните Блока, у которого образ родины ассоциировался с женщиной, женой, — «Пускай заманит и обманет…» А какая у Есенина Русь?

Учитель:

Можно найти еще много схожего в творчестве двух поэтов. У обоих прослеживается образ пути, дороги. Но Русь есенинскую нельзя спутать ни с какой другой.

) Как вы думаете, с помощью чего достигается неповторимость есенинских стихов о Родине?

) Что еще помогает поэту создать художественный образ стихотворения?

) Какое ощущение оставляет это стихотворение?

Учитель:

Дома вы читали стихи о природе. Что же вы заметили?

(Опрос учащихся. Ученики читают отрывки из стихов о природе и комментируют их. Делают вывод о том, что своей плавностью, тональностью есенинский стих приближается к народной песне, романсу.)

Сообщение ученика на тему «Песенная популярность С.А. Есенина»:

Одна из главнейших, определяющих черт поэзии Сергея Есенина — полная слитность с народной жизнью. Родная земля дала ему большее — народный взгляд на жизнь, наделила народной мудростью, теми представлениями о добре и зле, о правде и кривде, о счастье и несчастье, которые вырабатывались народом в течение столетий.

С детства в его душу впитался обиход родного села, с песнями, поверьями, частушками, которые он слышал и которые были родником его творчества. Владел этим неоценимым богатством он свободно и непринужденно. Сергей Есенин говорил и пел теми словами, которыми поет народ. И его собственные стихи стали этой песней, песней нежной и ласковой, грустной и раздольной, вобравшей в себя все многообразие чувств и переживаний народа.

Одно из ранних стихотворений Есенин назвал «Подражание песне» («Ты поила коня из горстей в поводу, отражаясь, березы ломались в пруду»), одно из последних — «Песня» («Есть одна хорошая песня у соловушки — песня панихидная по моей головушке»).

Есть еще «Песнь о собаке» («Утром в ржаном закуте, где златятся рогожи в ряд, семерых ощенила сука, рыжих семерых щенят»), «Песнь о хлебе» («Вот она, суровая жестокость, где весь смысл — страдания людей! Режет серп тяжелые колосья, как под горло режут лебедей»).

Для создания этих стихов Сергей Есенин брал поэтику народного песенного творчества, ту первозданную красоту народного взгляда на жизнь, который с такой полнотой выразился в песне.

О песенном складе его стихов говорит название его первого стихотворного сборника — «Радуница». Связывают его с циклом весенних народных песен, которые так и назывались радовицкими или радоницкими весняками. Они показывают весеннюю озорную радость молодой, пробуждающейся жизни.

Чтобы добиться лирической мелодичности Есенин использует силлабо-тонические метры и зачастую четырехстопный хорей, как, например, в стихотворении «Гой ты, Русь, моя родная…»:

Хаты — в ризах образа…

Не видать конца и края —

Только синь сосет глаза.

Есенинский хорей романсово протяжен, богат пиррихиями, особенно на первой строфе, что придает ему интонационную плавность и напевность, лирическую музыкальность и задушевную мягкость. Лирическая нежность есенинских хореев создается также различными приемами — анафорами и синтаксическим параллелизмом, повторами и перечислениями:

Много я видел и много я странствовал,

Много любил я и много страдал,

И оттого хулиганил и пьянствовал,

Что лучше тебя никого не видал.

Напевность стиха подчеркивается кольцевым обрамлением, повторяющим основной мотив стихотворения:

Низкий дом с голубыми ставнями,

Не забыть мне тебя никогда —

Слишком были такими недавними

Отзвучавшие в сумрак года, —

так начинает поэт свое знаменитое стихотворение. Концовка такова:

Потому так и днями недавними

Уж не юные веют года…

Низкий дом с голубыми ставнями,

Не забыть мне тебя никогда.

Есенин часто использует афористические концовки. Например:

Оттого и дороги мне люди,

Что живут со мною на земле.

Использует он наряду с простыми и сложные рифмы, несущие смысловую нагрузку:

… и крик в повесе —

И кротких песен.

Именно нежность, лиричность, задушевность, обилие метафор, эпитетов, особых синтаксических конструкций является секретом песенной популярности Сергея Есенина. Его стихи — «Клен ты мой опавший…», «Выткался на озере алый свет зари…», «Русь», «Не жалею, не зову, не плачу…», «Письмо матери» — стали романсами, которые исполняются и по сей день.

(Звучит романс «Отговорила роща золотая».)

Вопросы к учащимся:

)Какой образ возникает в начале стихотворения?

)Какие художественные приемы использует автор?

)Каково настроение произведения?

)Каковы ключевые образы второй строфы?

)Как нарисованы в третьей и четвертой строфах прошлое и настоящее?

)Почему именно «не жаль»?

)Какие образы помогают представить роль цвета в этом стихотворении?

Учитель:

Обратите внимание на слова:

Как дерево роняет тихо листья,

Так я роняю грустные слова.

В них заключена главная особенность есенинской пейзажной лирики. Осыпающая осенняя роща оказывается прямым двойником лирического «я» — человек и природа как бы прорастают друг в друге. Слитный образ человека-дерева здесь держится идеей «узловой завязи» (как любил говорить Есенин).

Строки «Как дерево роняет тихо листья, так я роняю грустные слова» возвращают нас к началу стихотворения. «Роща золотая» — это и сам поэт, и его поэзия, потому и «не обгорят рябиновые кисти, от желтизны не пропадет трава».

)Каково внутреннее состояние лирического героя в последней строке?

(С жизнью поэт прощается «негромко, вполголоса». В начале стихотворения фраза «отговорила роща золотая» звучит с логическим ударением на слове «отговорила», а в заключительной строфе возникает иной акцент: «Скажите так… что роща, золотая отговорила милым языком». Логическое ударение теперь падает на «милым» — то есть на то слово, которое хочется услышать от людей.)

Учитель:

Назовите основные черты природного мира в лирике Есенина.

Ответы учеников:

) очеловечивание природы;

) уподобление растительного мира животному;

) диалогически «обратная связь» между человеком и природой;

) чередование различных состояний природного мира ( «Синь то дремлет, то вздыхает»);

) мелодичность, близость к народной песне, романсу.

Учитель:

Стихи Есенина о любви обладают большой притягательной силой. В них он открывал свою душу. В лучших словах Есенина «Заметался пожар голубой», «Не бродить, не мять в кустах багряных…» тончайшее чувство любви будто бы перелилось в песенное слово и стало музыкой. А сколько лиризма в его изумительном цикле «Персидские мотивы».

Сообщение ученика на тему «Образно-стилевые особенности цикла «Персидские мотивы»:

В 1921 году Есенин совершил поездку в Среднюю Азию. Это была его первая встреча с Востоком. На улицах Ташкента он прочувствовал своеобразие древней восточной поэзии, ее легендарных мастеров — Хайяма, Хафиза, Навои, Фирдоуси, Саади.

В 1924-1925 годах Есенин подолгу жил в Азербайджане и Грузии. Как близкого, родного человека принимают Есенина в свой круг грузинские поэты — Тициан Табидзе, Паоло Яшвили, Георгий Леонидзе, Сандро Шанишниашвили.

Под впечатлением от поездок в Среднюю Азию и на Кавказ Есенин создал замечательный цикл стихов «Персидские мотивы». В него вошли 15 стихотворений. Главная тема цикла — тема любви. Любви не только к женщине, но и к Родине — к России, к жизни, к природе, к Востоку.

Почти в каждом произведении упоминается о «дорогой Шаге». В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ» поэт обращается в персиянке, придавая поэтическому образу определенные жизненные черты.

В декабре 1924 года в Батуме Есенин познакомился с армянской учительницей Шаганэ Нерсесовной Тальян. Между ними завязалась дружба, они часто встречались, бродили по улицам Батума. Поэт рассказывал ей о России, родном селе, матери, своей жизни.

Цикл «Персидские мотивы» был написан под влиянием двух культур. Автор щедро использует традиционные художественные символы персидской лирики (соловей, луна, кипарис, Коран, чадра, такие имена и названия, как Саади, Хайям, Фирдоуси, Шираз, Багдад, Хороссан, Босфор).

Но все же лирические герой цикла — русский поэт, рязанец, отсюда употребление русских разговорных слов и выражений: «незадаром», «страшно похожа», «сроду не пел».

«Персидские мотивы» — песнь жизни и любви. Пленительна красота восточной природы, ласков южный ветер, легко поэту с любимой, но думы о Родине и здесь не покидают его. И главной героиней цикла становится Родина. Есенин пишет:

Как бы ни был красив Шираз,

Он не лучше рязанских раздолий.

В стихотворении «Улеглась моя белая рана…» память о Родине проявляется в противопоставлении русских обычаев чуждым поэту средневековым нормам морали Востока. В стихотворении «В Хороссане есть такие двери….» — это тоска по Родине, без которой счастье для поэта немыслимо:

Персия! Тебя ли покидаю?

Навсегда с тобою расстаюсь?

Из любви к родимому мне краю

Мне пора обратно ехать в Русь.

Характерную особенность произведений этого цикла составляют лирические повторы — своеобразные средства эмоциональной выразительности. Неоднократно поэт использует лексическое или строфическое «кольцо»» — композиционно-стилистический прием, традиционный в восточной поэзии:

Хороша ты, Персия, я знаю,

Розы, как светильники горят

И опять мне о далеком крае

Свежестью упругой говорят.

Хороша ты, Персия, я знаю.

Использование повтора дает возможность только в перемене интонации раскрыть особую душевную наполненность, строй своей поэтической мысли:

Свет вечерний шафранного края,

Тихо розы бегут по полям.

Спой мне песню, моя дорогая,

Ту, которую пел Хаям.

Тихо розы бегут по полям.

Тихо розы бегут по полям .

Сердцу снится страна другая .

Я спою себе сам, дорогая,

То, что сроду не пел Хаям.

Тихо розы бегут по полям.

Строка становится похожа на морскую волну. Она набегает, бьет в берег, отходит, и вот на смену ей стремится уже другая, такая же, как бы неотличимая от первой, но уже наполненная другим смыслом, другими чувствами. Иногда даже контрастными первым. Поэт не дает ответа, какой должна быть первая строка «Тихо розы бегут по полям» — задумчивой? веселой? грустной? тихой? Здесь нет единственного и категорического решения. Есенин как бы оставляет читателю возможность досочинить, дофантазировать. Он как бы приглашает нас к сотворчеству, дает простор читательской воле и интуиции, простор чувству человека, разрешая ему придать строке стихотворения тональность, созвучную его душевному состоянию и настрою.

В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ» первая строфа составлена из начальных и заключительных строк всех строф. Таким образом, стихотворение напоминает венок сонетов, с той разницей, что магистральный стих помещен здесь не в конце, а в начале произведения.

Важную структурно-семантическую роль в стихотворении «Я спросил сегодня у менялы…» выполняют вопросы. Первые три строфы заканчиваются вопросами:

Как сказать мне для прекрасной Лалы

По-персидски нежное «люблю»?

Я спросил сегодня у менялы

Легче ветра, тише Ванских струй,

Как назвать мне для прекрасной Лалы

Слово ласковое «поцелуй»?

И еще спросил я у менялы,

В сердце робость глубже притая,

Как сказать мне для прекрасной Лалы,

Как сказать ей, что она «моя»?

Следующие три строфы — ответы на поставленные вопросы.

Чтобы передать свои мысли и чувства, поэт широко использует олицетворения («звенит тальянка», «розы бегут по полям», «сердцу снится», «отзвенел сад»), оригинальные метафоры («свет шафранного края», «месяца желтая прелесть», «золото холодное луны», «золото волос»), эпитеты («прекрасной Лалы», «лебяжьи руки», «лунным светом», «лунное золото», «скитальческая судьба»).

Его сравнения очень романтичны и нежны: «руки милой — пара лебедей», «нежность, как песни Саади». А мелодичный рисунок стихотворений цикла создается пронзительной напевностью поэтических строк.

Есенинские «Персидские мотивы» — это не только живые впечатления от увиденного и пережитого, это великое творение, которое можно назвать гимном чистой и непорочной любви.

(Ученик читает стихотворение «Шаганэ ты моя, Шаганэ…» )

Учитель:

В жизни каждого человека есть особая любовь — это любовь к матери. Стихи, обращенные к матери!.. Сколько русских поэтов прикасались к этой священной теме, и только, пожалуй, Некрасову и Есенину удалось со всей непосредственностью и теплотой передать в стихах неизбывное сыновнее чувство к матери.

Самое задушевное «Письмо к матери». Давайте его прочитаем.

(Ученик читает стихотворение «Письмо к матери».)

Учитель:

О первом чтении Есениным стихотворения «Письмо к матери» писатель Иван Евдокимов вспоминал: «Помню, как по спине пошла мелкая, холодная оторопь, когда я услышал:

Пишут мне, что ты, тая тревогу,

Загрустила шибко обо мне,

Что ты часто ходишь на дорогу

В старомодном ветхом шушуне.

Я искоса взглянул на него: у окна темнела чрезвычайно грустная и печальная фигура поэта. Дальше мои впечатления пропадают, потому что зажало мне крепко горло; таясь и прячась, я плакал…»

Учитель:

Каковы ваши впечатления от этого стихотворения?

Ученик анализирует стихотворение С. Есенина «Письмо к матери»:

Стихотворение «Письмо к матери» было написано Есениным в 1924 году Оно представляет собой лирическое поэтическое обращение к самому дорогому человеку — матери. Самая настоящая, верная, взаимная и преданная любовь связывает этих двух людей, освещая жизнь поэта. Он признаётся, что мать «одна мне несказанный свет», и, судя по её волнениям, она тоже очень переживает за судьбу любимого единственного сына. Сквозь всё творчество Есенина проходит этот светлый образ матери — наделенный индивидуальными чертами, он вырастает в обобщенный образ русской женщины — сказочный облик той, которая не только подарила весь мир, но и осчастливила песенным даром.

Название стихотворения очень информативно. Оно и даёт нам указания на жанровую принадлежность — письмо, и называет его адресата — мать. Эти сведения позволяют нам сделать вывод о глубоко личном характере стихотворения, о его интимности.

Тема произведения — материнская и сыновняя любовь.

Идея стихотворения тесно переплетается с темой. Поэт не только не только показывает истинную любовь матери, но и изображает душевное состояние лирического героя — сына.

Сюжет стихотворения плавен, начинается с приветствия матери и несколько раз перетекает в ретроспективное повествование — воспоминания. Композиция тоже построена по схеме письма: вступление («Ты жива ещё, моя старушка? Жив и я. Привет тебе, привет!»), динамично развивающийся сюжет подходит к кульминации («И молиться не учи меня. Не надо!»), и затем — к развязке («Так забудь же про свою тревогу…»).

Связующим звеном, придающим целостность композиции, является рефрен — повторяющиеся строчки «что ты часто ходишь на дорогу в старомодном ветхом шушуне». Кольцевая композиция придаёт завершенность всему произведению.

Основных образов два — мать и сын. Олицетворяющая добро и свет мать противопоставляется сыну, который всё же «не такой уж горький пропойца», чтоб, её не видя, умереть. Мы понимаем, что внутренний мир свой поэт готов открыть только перед родным, близким человеком, признаваясь даже в том, что «по-прежнему такой же нежный». Перед остальными же он остаётся всё таким же непонятным повесой — поэтом. Может, именно поэтому так мечтает поскорее «воротиться в низенький наш дом». Образ матери здесь представлен чистым, светлым, заботливым, отрадным.

Прекрасная рифма, пятистопный ямб создают особый ритм всего стихотворения, который отражает душевное состояние лирического героя. Обилие средств художественной выразительности: метафоры («струится свет»), эпитеты («кабацкая драка», «ранняя утрата»), инверсии, просторечные слова («саданул», «шибко») придают колоритность, анафора способствует ритмическому разнообразию так же, как и синтаксический параллелизм.

Верность, постоянство чувства, сердечная преданность, неистощимое терпение обобщены и подчеркнуты Есениным в образе матери. В «Письме к матери» сыновьи чувства выражены с пронзительной художественной силой: «Ты одна мне помощь и отрада, ты одна мне несказанный свет!»

Учитель:

Вы должны были найти в стихотворениях Есенина упоминания различных видов деревьев и нарисовать их. Попытаемся составить букет из цветов и веточек деревьев.

Черемуха душистая,

С весною расцвела

И ветки золотистые

Что кудри завила.

Улыбнулись сонные березки,

Растрепали шелковые косы.

Шелестят зеленые сережки,

И горят серебряные росы.

Под венком лесной ромашки

Я строгал, чинил челны.

Уронил кольцо милашки

В струи пенистой волны.

Учитель:

В стихотворениях Есенина упоминается более 20 видов деревьев и около 20 видов цветов.

3. Вывод по уроку:

О чем бы ни писал поэт: о Родине, любви, природе, — пишет он искренне, с душой. У него врожденное чувство гармонии. Сколько людей согревало свои сердца у чудесного костра поэзии Есенина, сколько наслаждалось задушевными звуками его лиры! Он покоряет наши сердца любовью к человеку, верой в лучшие порывы его души. Пусть он покорит и ваши сердца.

4. Домашнее задание:

Написать небольшое сочинение на тему: «Мое любимое стихотворение С.А. Есенина».

3.2 Изучение жизни и творчества С.А. Есенина в вузовском курсе литературы

На филологических факультетах высших учебных заведений биография и творчество С.А. Есенина изучаются в курсе истории русской литературы ХХ века. Вузовский курс литературы предполагает достаточно широкое ознакомление студентов-филологов с историей изучения жизни и творчества поэта, различными аспектами его личностной и творческой биографии, а также с дискуссионными проблемами есениноведения.

В своем дипломном сочинении мы предлагаем конспект лекции, посвященной есенинскому творчеству, а также разработку внеаудиторного мероприятия для студентов-филологов, посвященного теме любви в творчестве С.А. Есенина.

Лекция

Тема лекции: «Творческий путь С.А. Есенина и художественное своеобразие его лирики»

Цели и задачи лекции: раскрыть творческий путь С.А. Есенина и художественное своеобразие его лирики; исследовать истоки творчества поэта; развивать интерес к личности и творчеству С. Есенина; способствовать развитию творческих и познавательных способностей студентов; воспитывать чувство любви к Родине, духовно-нравственную культуру студентов.

Оборудование: портрет С.А. Есенина, сборники стихотворений поэта; слайды с изображением картин русской природы; высказывания поэтов и писателей о творчестве С. Есенина.

План лекции:

1.«Бесконечная легенда» (слово о Сергее Есенине и его роли в русской литературе).

2.Периодизация творчества Есенина.

.Любовь в жизни С.А. Есенина

.Последний год жизни и тайна смерти С.А.Есенина

Литература:

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/diplomnaya/jenschinyi-esenina/

1.Базаров В.Г. Сергей Есенин и крестьянская Россия. — Л., 1982.

2.Бишарев О. Тайна смерти Есенина. — М., 1993.

.Гулин А.В. «В сердце светит Русь…» (Духовный путь Сергея Есенина) // Литература в школе. — 2001. — №4.

.Гусляров Е., Карпухин О. Есенин в жизни. — Калининград, 2000.

.Дункан Айседора. Моя жизнь. Моя Россия. Мой Есенин. — М., 1992.

.Есенин С.А. Материалы к биографии. — М., 1993.

.Занковская Л.В. Новый Есенин. — М., 1997.

.Куняевы Станислав и Сергей. Жизнь Есенина. — М., 2002.

.Прокушев Ю. Сергей Есенин. Образ. Стихи. Эпоха. — М., 1978.

.Прокушев Ю. Воспоминания о смерти С. Есенина. — М., 1965.

.Русское зарубежье о Есенине: В 2-х томах. — М, 1993.

.Тайна смерти Есенина — М., 1994.

.Товарищи по чувствам, по перу… Сергей Есенин в Грузии. — Тбилиси, 1986.

.Хлысталов Э. Тринадцать уголовных дел Сергея Есенина. — М., 1994.

.Шешуков С. Неистовые ревнители. — М., 1984.

В поэмах и стихотворениях С. Есенина за строками, полными радости и грусти, нам открывается истинно русский поэт, как будто рождённый и взлелеянный самой матушкой-землёй, беззаветно влюблённый в отчий край, в родную природу. Перед нами предстаёт самобытная и интересная личность с чертами необычного характера, драматизмом переживаний, чистотой стремлений и песенностью чувствований. Будто бы предугадывая свой преждевременный уход, Есенин кратко описал свою жизнь в стихотворении «Мой путь». Строка » Стихи мои, спокойно расскажите про жизнь мою» позволяет нам увидеть весь жизненный путь поэта, ибо в своих стихах он предстаёт перед нами открытым и предельно искренним.

Если близко познакомиться с творчеством Есенина, то можно увидеть напряжённые поиски поэтом места в жизни, услышать его раздумья о том, «…куда несёт нас рок событий». Поэт верил в светлое будущее: «Я думаю, как прекрасна земля и на ней человек». Сердце гениального поэта испытывает воистину «космические» эмоциональные, нравственные перегрузки. На совесть его неодолимо ложатся тревоги, заботы Отчизны, людские слёзы и печаль, светлые и радостные мгновения счастья народного. Жизнь его — духовные подвиг. Пока такой поэт рядом, далеко не всегда его современники сознают эту истину, лишь со временем открывается она сполна потомкам, во всём значении и величии. Так было когда-то и с гениальным Пушкиным, Лермонтовым так позднее случилось и с великим Блоком и Маяковским, так было с С. Есениным.

Судьба и личность С. Есенина

Гений всегда народен.

А. Блок

Сергей Есенин родился 21 сентября 1895 года, в Рязанской губернии в селе Константиново, в доме деда, Никиты Есенина, которого давно уже не было в живых. В трехлетнем возрасте, Сергей был отдан на воспитание родителям матери — Титовым. Дед Фёдор, был известен всей округе как весёлый, умный и своенравный мужик. Сыновья Титова жили своими семьями, и в доме оставались трое: дед, бабка и внук — Сергей. Старики очень любили мальчика, обхаживали его и приобщали к духовным интересам. «Я рос в атмосфере народной поэзии» — рассказывал Есенин. Бабка, которая меня баловала, была очень набожна, собирала нищих и Колек, которые распевали духовные стихи. Ещё большее значение имел дед, который сам знал множество стихов наизусть и хорошо разбирался в них.

Воспитываясь в старообрядческой, религиозной семье, Сергей однако не проникся верой в Бога и не питал особого интереса к церковной службе. «В Бога, я, верил мало, да и в церковь ходить не любил», — признавался он потом.

В пять лет, Серёжа научился читать. «Книга, не была у нас исключительным и редким явлением, как в других избах. Насколько я себя помню, помню и толстые книги в кожаных переплётах», — вспоминал поэт. Особенно приобщился мальчик к литературе с девяти лет, когда поступил в Константиновское земское четырёхгодичное училище. В мае 1909 года Есенин окончил училище с похвальным листом за «Хорошие успехи и отличное поведение».

Слагать стихи Есенин стал лет с восьми или девяти. На стихотворчество толкнула его атмосфера народной песенной поэзии, которая окружала его в детские годы.

В мае 1912 года Есенин окончил Спас-Клепиковскую школу. Он был выпущен с аттестатом «Учителя школы грамоты». Сергей уехал в Москву. Он хотел заняться литературным образованием. Осенью 1913 года, Есенин поступил вольнослушателем на историко-философский факультет академического отделения народного университета имени Шанявского. В университете, Есенин принимал участие в работе литературного кружка. Кружковцы увидели, что перед ними незаурядный поэт с большими творческими задатками. Через полтора года он уехал в деревню. Вернулся уже после того, как началась первая мировая война. Ещё в Константинове Есенин видел, какое опустошение приносит война русской деревне: с плачем и стонами провожали на фронт мужиков, часть урожая погибла под дождём.

Повесили под окнами сотские

Ополченцам идти на войну.

Загыгыкали бабы слободские,

Плач прорезал кругом тишину.

<…>

По селу до высокой околицы

Провожал их огулом народ.

Так показал поэт русскую деревню первых дней войны. А когда стало известно о разгроме русских войск в Восточной Пруссии, о многих тысячах жертв, он легко вообразил себе трагедию женщин, потерявших на фронте мужей, кормильцев, отцов своих детей. Об этом он написал поэму «Галки», но она не была опубликована. Было опубликовано лишь стихотворение «Узоры»:

Девушка в светлице вышивает ткани,

На канве в узорах копья и кресты.

Девушка рисует мертвых на поляне,

На груди у мертвых — красные цветы.

Новый этап развития Есенина связан с петроградским периодом жизни. Весной 1915 года Есенин приезжает в Петроград и сразу же посещает Блока, читает ему свои стихи. Эта встреча навсегда врезалась в память Есенина; позже он писал, что Блок научил его «лиричности». В одном из своих писем, Блок назвал Есенина «Талантливым крестьянским поэтом».

В феврале 1916 года вышел в свет из печати сборник стихов «Радуница». В нем было 33 стихотворения — лучшие из написанных поэтом, в основном произведения 1914-1915 годов. Они давали представление о характере таланта поэта, об основных мотивах его творчества. Простота языка, близость к фольклору, задушевность, непосредственность чувств — это отличало Есенина от других поэтов.

Большую роль в становлении поэта сыграла заграничная поездка Есенина. Он побывал в Германии, Италии, во Франции, Бельгии, в Америке. Но что поразило Есенина — это индустриальный быт Европы и Америки, высокая и совершенная техника, намного облегчающая жизнь человека.

-1925 годы были самыми плодотворными в творчестве Есенина. Он обретает самую устойчивую позицию в оценке советской действительности. В стихотворении «Русь уходящая» (1924) поэт без тени сожаления говорит о том старом, что отмирает и уходит в прошлое в советской деревне, и противопоставляет ему нарождающееся новое. Ещё более отчётливо и категорично эта тема звучит в стихотворении «Русь советская»(1924).

Поездки в родное село, происшедшие перемены в нём приводят поэта к раздумьям о собственном творчестве. Есенин испытывает острое чувство обиды за то, что в родных местах он словно иностранец, как пилигрим угрюмый. Ему даже кажется, что его поэзия здесь больше не нужна.

Есенин, который во многом отказался от своих прошлых взглядов и настроений, чувствовал в 1924-1925 годов необходимость по-новому сказать о революции, не так, как говорил о ней в своих поэмах 1918-1919 годах, написанных в духе Христианской символики.

В 1924 году он пишет «Песнь о великом походе» — поэму о защите Петрограда от белогвардейских полчищ Юденича. В этом произведении ярко выразилось то новое, что стало особенно характерным для творчества Есенина последних лет. Сохраняя свою привязанность к исконно русскому, поэт сочетает её с не менее глубокой привязанностью к новой революционной эпохе. Национальная основа поэмы ощущается во всём; в тематике, ритмике, лексике, образной системе.

Есенина всё более увлекает историко-революционная тематика. Он пишет «Балладу о двадцати шести», посвящённую Бакинским комиссарам, небольшую поэму «36» — о политических ссыльных, борцах против самодержавия.

Так Есенин на расстояньи увидел то большое, что совершалось в ходе революции. Так много волновавший его вопрос о судьбах крестьянской России получает конкретно-историческое разрешение. Самым крупным и значительным произведением на эту тему является его поэма «Анна Снегина» (1925).

Поэма «Анна Снегина» — лучшее и самое убедительное опровержение ошибочных суждений критиков, будто стихи Есенина о советской действительности лишены лиризма. Она говорит о том, что поэт не только полностью сохранил, но и намного улучшил своё лирическое дарование. Поэма даёт развитие лирической темы в созвучии с общественными думами и чувствами автора, и это движение в том же направлении, в котором развивалась лирика Маяковского.

В последние три года жизни Есенина явно привлекает и так называемая философская лирика, которую точнее можно определить, как лирику житейских раздумий. В эту пору Есенин много размышляет над жизнью. Он критически оценивает прошлое, Учитывает опыт пережитого, задумается над будущим.

Поэт был прав, когда говорил о том, что его лирика жива одной большой любовью к Родине, к национальным истокам нашла выражение не только в содержании произведений, но и в характере поэтического мышления поэта, в художественной форме его произведения. Это, прежде всего, обнаруживается в глубокой внутренней связи его поэзии с народным устно-поэтическим творчеством.

Как и в народном творчестве, у Есенина почти нет пейзажных стихов, но в то же время и нет стихотворений, в которых бы так или иначе не ощущалась связь с миром природы. Поэт постоянно обращается к образцам природы в тех случаях, когда высказывает самые сокровенные мысли о себе, о своем месте жизни, о своем месте в прошлом, настоящем и будущем. Нередко в его стихах природа настолько сливается с человеком, что сама оказывается как бы отражением каких-то человеческих чувств, а человек, в свою очередь, представляет как частица природы.

У русской природы Есенин позаимствовали многие краски своей поэзии. Трудно назвать другого русского поэта, у которого краски сыграли бы такую же большую роль, как в творчестве Есенина. Часто мы встречаемся в поэзии Есенина с синим и голубым цветами. Это не просто индивидуальная привязанность поэта к таким краскам.

Сергей Есенин — один из величайших русских поэтов, развивающих замечательную и своеобразную традицию русского стиха — напевность. Лирика Есенина целиком пронизана песенной стихией. «Засосал меня песенный плен», — писал о себе поэт, подчеркивая эту особенность своих произведений. «Степным пеньем» назвал поэт свое творчество.

В последние годы жизни поэта все теснее становились его связи с советской литературой. Есенин стремился ближе стать к советским читателям, жить единой жизнью с ними.

Когда в 1924 году группа крупнейших советских писателей-«попутчиков» обратились с письмом в центральный комитет партии, Есенин также подписал это письмо, в котором, в частности, говорилось: «Писатели советской России, мы убеждены, что наш писательский труд и нужен, и полезен ей». Вместе с тем Есенина не переставали тревожить беспокойные, мучительные мысли. Рядом с произведениями, в которых Есенин, выражал стремление понять новую эпоху, найти в ней свое место, в его стихах последнего года жизни звучат и мотивы осуждения неправильно прожитой жизни. Расшатанное здоровье заставило Есенина лечь на лечение в больницу для нервнобольных.

Трагическим свидетельством тяжелого угнетенного состояния поэта является его поэма «Черный человек». Это разговор Есенина с мрачным пришельцем, который имеет страшную власть над поэтом. Он смеется над ним, издевается над его стихами, гнусавит, как «над усопшим монах». Страх и тоска охватывают поэта, он не в силах оказать ему сопротивление. «Черный человек» — двойник поэта, он живет в нем и его нельзя уничтожить, не убив себя. Так наступало предвестие конца.

Пытаясь вырваться из этого мрачного состояния, Есенин решает резко переменить обстановку — он переезжает в Ленинград, забрав вещи и рукописи, но, будучи не в силах справиться с самим собой, кончает жизнь самоубийством 27 декабря 1925 года.

Трагическая смерть, безусловно, была связана с внутренним неуравновешенным состоянием поэта, которое было непосредственной причиной его гибели. Но когда уже не стало поэта — это мгновенная катастрофа.

Русская литература прошлого проявила немало усилий для разрешения вопроса о «власти земли» над крестьянином в условиях социальной несправедливости. Есенин — первый крестьянский поэт, сделавший попытку внутренне преодолеть эту «власть земли». Его опыт не прошел бесследно в советской поэзии, его, несомненно, учитывали многие поэты.

Значение творчества Есенина для советской поэзии было понятно далеко не сразу. Многие современники поэта вообще отрицали его, пустив в обиход оскорбительное слов «есенинщина», подразумевая под ним пессимизм, упадочничество, аморальность. Лишь немногие по достоинству сумели тогда оценить талант Есенина.

Поэзия Есенина не только не утратила своего эстетического и идейно нравственного значения для современности, но и обрела свою силу. Многие советские поэты высоко оценивали поэтическое наследие Есенина, брали на вооружение его творческие достижения. Лирика Есенина противостоит разного рода формалистическим экспериментам, бессмысленной игре словами и звуками, тем поэтическим шарадам и ребусам, которыми порою увлекаются некоторые поэты.

Демократическая, народная сущность лирики Есенина теснейшим образом связана с традициями русской поэзии. Есенину было незнакомо чувство национальной исключительности. Он мечтал о том времени, «когда пройдет вражда племен», когда «людская речь в один язык сольется». И в тоже время у поэта было сильно развито национальное чувство. В 20-е годы поэзия Есенина объективно противостояла пренебрежению к русской классике, которое наблюдалась у некоторой части литераторов и у целых литературных групп. Творчество Есенина учило и учит дорожить традициями национального искусства. Всепоглощающая забота о судьбах народных, о счастье родины, пристальное внимание Есенина к устному поэтическому творчеству и до сегодняшнего дня являются поучительным примером для советских поэтов.

Периодизация творчества Есенина

-период (июль 1912 года — октябрь 1917года).

Приезд в Москву. «Суриковский кружок». Учеба в университете. Работа в типографии. Публикация первых произведений. («Там, где капустные грядки…», «Воробышки», «Пороша», «Лебёдушка», «С добрым утром», «Ус» и другие).

-период (октябрь 1917 года — июль 1918года).

Поэтический взлёт Есенина. Вступление в боевую дружину, стихотворения «Небесный барабанщик», «Пришествие», «Преображение», «Иорданская голубица», «Сельский часослов».

-период (июль 1918 года — ноябрь 1918года).

Раздумья поэта о событиях, происходящих в России. Активизация крестьянских выступлений. Формирование творческого кредо С. Есенина («Ключи Марии»).

Безумная популярность и одиночество поэта (поэмы «Товарищ», «Инония»).

Общение в Москве с А. Белым. Напряжённая творческая работа. Возвращение к теме Родины. Сомнения Есенина в правильности хода революции.

-период (ноябрь 1918 года — конец 1920 года).

Знакомство с А. Мариенгофом. Вступление Есенина в группу имажинистов. Разгром партии левых эсеров. Слежка за Есениным («Сорокоуст»).

Вступление в профессиональный союз писателей. Арест по анонимному доносу.

-период (начало 1921 года — май 1922 года).

Предчувствие надвигающегося голода (стихотворение «Хлеб»).

Всплеск народного сопротивления большевизму (поэма «Пугачёв»).

Работа над поэмой «Страна негодяев».

-период (май 1922 года — август 1923 года).

Пребывание за границей с А. Дункан. Впечатления от поездки. Публикация первой автобиографии. Возвращение в Россию.

-период (август 1923 года — ноябрь 1923 года).

Встреча С. Есенина с Л. Троцким. Второй арест Есенина.

-период (ноябрь 1923 года — декабрь 1925 года).

Создание цикла «Персидские мотивы», поэмы «Анна Снегина». Травля поэта. Роковая роль исторической поэмы «Песнь о великом походе». Последнее посещение Госиздата. Выезд из Москвы в Ленинград. Смерть поэта.

Любовь в жизни и творчестве Есенина

О любви Есенин пишет уже в самых ранних своих стихах («Подражание песне», «Ты поила коня из горстей в поводу…», 1910).

Любовь к женщине — лишь одна из сторон проявления чувства ко всему земному, любимая часто представляется в образе природы: «Зацелую допьяна, изомну, как цвет», а природа — одушевлена: «Выткался на озере алый цвет зари» (1919); «Зеленая прическа, Девическая грудь, О тонкая березка, Что загляделась в пруд?». Любовью пронизана вся природа: «В цветах любви весна — царевна, По роще косы расплела… И я, как страстная фиалка, Хочу любить, любить весну» («Чары», 1913-1915).

В 1916 году молодой поэт написал маленькую поэму «Мечта» и дал ей многозначительный подзаголовок «Стихи о любви». В поэме он изобразил идеальный образ, который притягивает его к себе не телесной статью, не чувственностью, а именно душевной красотой и какой-то неотмирной духовностью…

Тихий отрок, чувствующий кротко,

Голубей целующий в уста, —

Тонкий стан с медлительной походкой

Я любил в тебе, моя мечта.

Он влюблен в этот образ, как пушкинский рыцарь в святую Деву; он для него нечто более значительное, нежели Прекрасная дама для Александра Блока.

Ты шепнула, заслонясь рукою:

«Посмотри же, как я молода.

Это жизнь тебя пугала мною,

Я же вся как воздух и вода».

Для Есенина такой образ Жизни, в которой есть место светлым чувствам — и нет места темным страстям. И когда он пишет: «Была ты песня и мечта» или «Но она мне как песня была», — понимаешь, что самые светлые воспоминания жили в душе поэта о тех женщинах, которых он любил, но которые ласково говорили ему «Нет» («Но девушка в белой накидке сказала мне ласково «Нет»).

Именно образ такой женщины, приблизившийся к нему и удалившейся от него, оставался для поэта «мечтой» и «песней».

Мечтой о любви согреты многие строки ранних стихов Есенина. Чист, непосредственен образ лирического героя этих стихов. Ничто пока не омрачает его взора, «васильками светится» его сердце. Таинственно влечет и манит его девичья красота. Он озорно грозится синеокой красавице сорвать фату и увести «под склоны вплоть до маковой зари».

Далеко не все эти стихотворения художественно совершенны и самостоятельны. Есть среди них стихи, написанные с явным подражанием Кольцову («Темна ноченька, не спится…», «Хороша была Танюша, краше не было в селе…»).

Есть стихи, навеянные песенными, народными мотивами («Подражание песне», «Под венком лесной ромашки…»), лирически поэтизирующими деревенскую любовь. «Он, помню, — замечает один из современников поэта, — рассказывал… какая бывает любовь в деревне, лирически ее идеализируя. Тут было дело не в личных признаниях… Эта тема была только поводом вспомнить о рязанских девушках и природе. Ему хотелось украсть этим лиризмом самые родные ему и навсегда любимые предметы, образы, пейзажи в глазах тех, кто не может знать их так, как он».

Одним из первых стихотворений, где явственно обозначался самостоятельный подход молодого поэта к лирической теме, было «Выткался на озере алый цвет зари…» Это стихотворение, написанное юным поэтом, которому к тому времени едва ли исполнилось шестнадцать лет, по-настоящему есенинское. В нем отчетливо проявилось столь характерное для поэзии Есенина в дальнейшем «буйство глаз и половодье чувств».

В стихах о любви, относящихся к 1918-1919 годам, обозначились уже чисто есенинские мотивы, сливающие воедино поэзию любви с поэзией природы, передающие высокую одухотворенность чувства и его целомудренность. Таково стихотворение «Зеленая прическа…», построенное на сравнении девушки с тонкой, заглядевшейся в пруд березкой, ее кос — с ветвями, пронизанными лунным гребешком; далее следует рассказ самой березки о том, как однажды, звездной ночью, к ней подошел пастух.

Основная загадка есенинской любовной лирики, может быть, и кроется в том, что при всей своей разгульной жизни, при всем «хулиганстве», при всем том, что много девушек он «перещупал, много женщин в углах прижимал», — поэт не отдал темным страстям свою юношескую мечту об идеальном женском образе, созданном в самых целомудренных глубинах души. Дойти до черты — но не переступить её, ибо… «если тронуть страсти в человеке, то, конечно, правды не найдешь». Спасая этот внутренний свет, Есенин выработал свою философию понимания человека. Человек для него — неизбежное вместилище тьмы и света, дьявольского и божественного, плотского и духовного…

Среди малоизвестных стихотворений Есенина есть одно, обращённое к царевнам, дочерям государя императора Николая II. В 1917 году Есенин служил санитаром в Царскосельском лазарете, где часто бывали императрица и её дочери. Поэт был поражен добротой души, заботой царевен, которые стремились облегчить участь раненых. Он пророчески видел судьбу молодых царевен в багровом зареве заката. С Анастасией, самой младшей из царевен, прелестной, веселой красавицей, лукавой шалуньей, после своего выступления в лазарете Есенин беседовал. У него навсегда осталось в памяти восхищение от встречи: «Гуляли с Настенькой по саду, милое создание!»

О тех женщинах, с кем сводила его судьба, можно много рассказывать. Каждая из них неповторимо, по-своему, соприкоснулась с любовью, дружбой поэта.

Можно начать с Анны Сардановской, внучки священника, вместе с которой Есенин учился в епархиальном училище. Юношеская влюбленность. О ней он напишет значительно позднее. Анне Сардановской Есенин посвятил стихотворение «За горами, за желтыми долами…», опубликованное впервые в 1916 году, и стихотворение «Зачем зовешь…», относящееся к 1911-1912 годам. Имя героини — Анна — в поэме «Анна Снегина» звучит как-то особенно поэтично, ласково, многозначно.

Ревниво и настороженно юноша оберегал свои отношения с семейством местной молодой помещицы Лидии Кашиной, несмотря на то, что она мать двоих детей, замужняя женщина, была на десять лет старше его, Есенин, несомненно, испытывал чувства более сердечные, нежели почтительные или уважительные. Кашина умерла от рака в 1937 году (она, так же как и Есенин, была похоронена на Ваганьковском кладбище), не оставив о Сергее Александровиче ни единой строки воспоминаний, о чем приходится только сожалеть.

А пока Есенин заполнен новыми энергиями — энергиями надежд, энергиями творчества — и новым чувством к молодой секретарше из эсеровской газеты Зинаиде Райх.

Райх была чрезвычайно интересной и обаятельной женщиной, обладавшей в очень большой степени тем необъяснимым качеством, которое по-русски называется «поди сюда», а на Западе известно под именем sex appeal (сексапильности).

Всегда она была окружена большим кругом поклонников, многие из которых демонстрировали ей свои пылкие чувства в весьма откровенной форме. Райх любила веселую и блестящую жизнь. Он ревновал Райх ко всем, к кому только можно было ревновать, иногда даже и к женщинам»… Так что, может быть, Есенин не так уж и был не прав, обращаясь, по-видимому, к своей бывшей жене в стихотворении «Письмо к женщине».

Зинаида Райх была самой любимой из близких Есенину женщин. Так, по крайней мере, не колеблясь, утверждают родные поэта, и Зинаида Николаевна очень любила Есенина, как утверждают очевидцы их отношений. И её, как и первого сына поэта, постигла ужасная участь: в 1939 году она была зверски убита в собственной квартире. Расстрелян был в Бутырках и свидетель их свадебного путешествия вологодский поэт Алексей Ганин.

В стихах Есенина нет прямого упоминания имени Зинаиды Николаевны, но он напишет ей стихотворение за стихотворением, одно лучше другого. Например, «Письмо к женщине». Его сын Константин в своих воспоминаниях подтвердил сцену объяснения отца с матерью, характер и тональность разговора. И «Собака Качалова» — это тоже для Райх. Стихотворение «Вечер черные брови насопил…», хоть и включено поэтом в цикл «Любовь хулигана», который принято связывать с именем А. Миклашевской, всё-таки посвящено Зинаиде Николаевне. И, наконец, стихотворение «Цветы мне говорят — прощай…», написанное за два месяца до гибели поэта, обращено опять к ней.

Положение круто изменилось в пресловутом «кабацком» цикле («Москва кабацкая»).

Можно взять из него любое стихотворение, например «Сыпь, гармоника. Скука… скука…». В нем сразу ощущается резкая смена интонаций, словаря, самого стиля обращения к женщине (не говоря уже о создаваемом женском образе), всей структуры и мелодики стиха. Как будто перед нами строки другого поэта. Дергающий ритм, речитативный язык, вульгарная лексика, озлобленный цинизм — всё это ничем не напоминает той нежности, поэтичности, временами даже сказочности, которые звучали в его прежних стихах о любви. Здесь любовь попрана, низведена до плотского чувства, женщина обезображена, сам герой деморализован, и его прерываемая буйством тоска лишь в самом конце сменяются ноткой жалостливого раскаяния. («Дорогая, я плачу, прости… прости…»).

Есенин встречался с обожавшей его Надеждой Вольпин и с Галиной Бениславской, когда в 1921 году в России появилась прославленная актриса, танцовщица с мировым именем Айседора Дункан, пылавшая революционным романтизмом, решившая открыть в России танцевальную школу. Она встретилась с Есениным в мастерской художника Якулова. Поэт поразил её воображение. Зная по-русски несколько слов, она произнесла: «Ан-гел, ан-гел». Затем гладила его волосы, заглядывала в васильковые глаза, а он целовал ей руки… Она была, бесспорно, талантливой женщиной. Кроме того, возраст брал свое. В 1921 году Айседоре было уже 43 года. Оба в это время были страшно по-человечески одиноки. Есенин окончательно расстался с Зинаидой Райх. Оба они — и Дункан, и Есенин — отличались редкой широтой, душевной щедростью и мотовством. И оба они были по существу бездомными людьми. Их встреча была, что называется, предрешена. И потянулись они друг к другу не столько как мужчина и женщина, сколько как два человека сходного душевного склада. Каждый из них ценил в другом нечто высшее, чем собственно мужское или женское… Есенин читал ей стихи, и они пытались «разговаривать»… Разговаривали больше жестами и взглядами, оба уверенные в том, что прекрасно друг друга поняли. Айседора Дункан полюбила Есенина. В ней поэт видел талантливую, умную актрису. «В её улыбке была заря, в движениях тела — аромат зеленого луга», — писал Андрей Белый. Чувства их бушевали, это была большая страсть как с его, так и с её стороны.

Если Айседора Дункан, помимо всего прочего увидела в Есенине сходство со своим погибшим малолетним сыном, то для Есенина не меньшее значение имело ощущение не столько женской, сколько материнской ласки, которой ему так не хватало в детстве. И едва ли случайно то, что все женщины, оставившие глубокий след в жизни поэта, были старше его по возрасту. После юношеского романа с Анной Сардановской Есенин подсознательно тянулся к женщинам, способным дать ему именно материнскую заботу и нежность. Лидия Кашина, Анна Изряднова, Зинаида Райх, Августа Миклашевская — все они были старше его. Разница в возрасте Дункан и Есенина измерялась 18-ю годами.

Мечта о «чистой» любви — один из сквозных мотивов лирики Есенина. Сложная гамма эмоций сопровождает страдание, вызванное то жаждой любви, то сознанием её неосуществимости. Ранняя золотая осень 1923 года подарила Есенину встречу с женщиной, которой поэт посвятил шедевры любовной лирики, прекрасные лирические стихотворения «Заметался пожар голубой…», «Дорогая, сядем рядом…», «Мне грустно на тебя смотреть…», включенные в цикл «Любовь хулигана». Сохранился поэтический сборник Есенина с подписью «Милой Августе Леонидовне со всеми чувствами, которые выражены в этой книге».

Августа Леонидовна Миклашевская, актриса Камерного театра, прекрасная, нежная, красивая женщина. Познакомила актрису с Есениным жена Мариенгофа — Нюша Никритина. По свидетельству друзей, «…какой-то умиротворённый, непривычно спокойный Есенин и Миклашевская под тонкой синеватой вуалью — зрелище блоковское. В 1923 году состоялась помолвка Августы Миклашевской с Есениным, но к вечному союзу она не привела. Судьба распорядилась иначе. В одну из редких встреч на улице он сказал ей: «Прожил с вами уже всю нашу жизнь».

Самое яркое свидетельство глубоких, светлых чувств и мыслей поэта вписано в изумительный цикл лирических стихотворений, написанных на Кавказе, «Персидские мотивы» (1924-1925).

В «Персидских мотивах» любовь — не «чувственная дрожь», не «вспыльчивая связь», а теплота и нежность есенинского сердца, высказанные в ласковых словах, обращённых к восточной красавице. «Персидские мотивы» — попытка обрести согласие с самим собой и с миром. Романтический сюжет о любви северянина и южанки Есенин воспринял через поэзию Пушкина и Лермонтова. Стихи написаны на Кавказе, но на темы, сюжеты, тональность, сам образ любви повлияла персидская лирика. Любимая в персидской лирике превосходит своей красотой саму природу, она исключительна.

В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ…» поэт обращается к персиянке, придавая поэтическому образу определённые жизненные черты. В декабре 1924 года в Батуме Есенин познакомился с армянской учительницей Шагане Нерсессовной Тальян. Отношения их были чистыми, душевными, целомудренными. Поэт рассказывал ей о России, родном селе, матери, сестрах, своей жизни, читал стихи. Она с волнением слушала, понимала и принимала их. Прямота, убежденность, с которой она отстаивала свои взгляды, трогали его. Шаганэ много рассказывала поэту о себе. Одиннадцати лет она лишилась матери, девятнадцати — отца. Была замужем за любимым человеком, но муж умер. Шаганэ осталась с ребенком на руках. Её непростая жизнь взволновала Есенина. Шаганэ была ему по душе, с ней было легко, спокойно, интересно. Душевная чистота, нравственная рассудительность предостерегали эту женщину от более близких отношений с поэтом. Нас обычно влечёт к человеку, похожему на того, воспоминания о котором дороги сердцу. Есенин и Шаганэ расстались в феврале 1925 года, сохранив в сердцах добрые воспоминания. Через два месяца поэт вернулся в Москву.

«Персидские мотивы» — одно из лучших созданий Есенина, а «Шаганэ…» — одно из лучших стихотворений цикла. Музыкальная композиция придает ему особое очарование и делает еще более выразительной сложную игру чувств и мыслей.

Стихотворения конца 1925 года (вскоре Есенин погибнет) проникнуты грустью, разочарованием, ностальгией по утраченному счастью. Поэзия Есенина, как и его короткая жизнь, поражает нас своей обнаженной искренностью, обостренной тоской чувств, поведавшей нам о том, что омрачало, волновало, радовало его душу. Кто из нас не находил в его стихах близкое сердцу чувство или верное слово для выражения собственных переживаний!

Последний год жизни и тайна смерти

Завершающее место в лирике Есенина занял «зимний» цикл стихотворений. В нем преобладает зимний ландшафт — таков его внешний, чисто зрительный признак.

В течение трех месяцев, почти до самой смерти, Есенин не оставлял этой темы и написал двенадцать стихотворений, в которых отразилась русская зимняя природа. Весь цикл выдержан в образах русской зимы, но в образах не раздумчивых и спокойных, а метельных, буйных, вихревых: «Плачет метель, как цыганская скрипка»; «а за окном под метельные всхлипы, в диком и шумном метельном чаду, кажется мне — осыпаются липы» и др. Все это признаки психологических состояний. Снежная метель — это смятение сердца, снежный вихрь — это время, умчавшее счастье и радость, а серебряный ветер — вестник бодрости, жизни, удачи.

Снежная равнина, белая луна,

Саваном покрыта наша сторона.

И березы в белом плачут по лесам.

Кто погиб здесь? Умер? Уж не я ли сам?

Поэт осмысливает свою жизнь, контрастирует необратимость времени и неизбежность смерти. Эти стихи — выражение вечного, непреложного закона круговращения бытия, заставляющего каждого человека оглянуться на свое прошлое.

Все успокоились, все там будем,

Как в этой жизни радей не радей,-

Вот почему так тянусь я к людям,

Вот почему так люблю людей.

Вот от чего я чуть-чуть не заплакал

И, улыбаясь, душой погас, —

Эту избу на крыльце с собакой

Словно я вижу в последний раз.

«Зимний цикл» — последний аккорд есенинской лирики. Прозвучал он в самый канун рокового спада сил, который кончился для поэта трагически. Тем значительнее, мудрее звучащие в нем в прослойке с грустными нотами- жизнелюбивые. Гуманистические мотивы. Чтобы выразить всю гамму этих чувств, поэт, как и прежде, обратился к природе. И в полном слиянии с нею пропел свою последнюю песнь. На смену плодотворнейшему периоду литературной деятельности Есенина, на смену радостным, светлым дням его жизни пришла новая, теперь уж кратковременная полоса душевного кризиса. Есенин вновь попал под влияние богемы — гнилой, отравленной среды, которую запечатлел в образе гнусавого «черного человека»; эта зловещая, мрачная тень является к поэту напоминать и твердить, что он «пропойца и забулдыга», «скандальный поэт» рождающий «дохлую томную лирику» (поэма «Черный человек», закончена в 1925году).

Именно такую славу пытались создать Есенину его пресловутые друзья, опять втянули его в алкогольную муть непутевых вечеров и скандалов. Не прибавила ему ни покоя, ни радости и последняя женитьба на Софье Андреевне Толстой, внучке Л.Н. Толстого. Своему другу Есенин писал: «Все, на что я надеялся. О чем мечтал, идет прахом. Видно, в Москве мне не остепениться. Семейная жизнь не клеится, хочу бежать! Куда? На Кавказ».

Находясь на Кавказе, поэт думал, что, возвратившись в Москву, начнет жить по-другому. Но в Москве многое повторилось. К осени 1925 года осложнилось физическим здоровьем поэта. У него явно были расшатаны нервы. 6 ноября Есенин был принят на лечение в психоневрологическую клинику. Но через месяц он ушел оттуда, не долечившись, и уехал в Ленинград. Физически он был очень слаб. Но и здесь его не оставили в покое. Он снова очутился в той обстановке, от которой бежал. Есенину говорят, что он сочиняет стихи-однодневки, что он исписался.

В его поздней поэзии звучит мотив грусти, сожаления об ушедшей молодости, растраченных силах. В его стихах отразились и личные переживания, и сложное время, в которое жил поэт. О его жизни известно довольно таки мало, сам поэт не распространялся о своей жизни, считаю что «Вся его автобиография — в стихах». Его жизнь не менее загадочна, чем смерть, но если о первой говорят свободно, то вторую тему стараются не затрагивать. Было ли самоубийство — официальная версия гибели поэта, — или Есенин был умышленно убит в ночь с 27 на 28 декабря 1925 года? Все газеты писали о самоубийстве великого поэта: одни боялись высказать другую точку зрения, другие просто не хотели. К тому же, перед смертью Есениным было написано прощальное стихотворение, и при его образе жизни такой финал был вполне предсказуем, особенно для его недоброжелателей. Те немногие, кто заподозрил неладное, боялись об этом говорить. Мать поэта, очевидно, сердцем чувствовала, что сын ушел из жизни не по своей воле. Она заказала по нему панихиду, а, как известно, самоубийц не отпевают.

Этот период был тяжелым для Есенина, несмотря на пессимизм и разочарование в жизни он был не способен уйти из жизни, не закончив все то, чего он так хотел достичь. Он недавно женился в очередной раз, его супругой стала внучка Толстого, и он очень гордился этим родством. В Ленинграде его ждала работа над журналом, продолжение работы над сборником сочинений.

Поэт остановился в ведомственной гостинице «Англетер», он специально просил никого не пускать к нему в номер, так как за ним может следить милиция из Москвы. Номер в гостинице ему снимает Георгий Устинов, причем, что особенно интересно, за собственные деньги. Поведение Есенина не было похоже на обычное: он не пил, боялся быть один (в последние дни чувство одиночества в нём обострилось), постоянно носил с собой пистолет и озирался по сторонам-совсем не типичное поведение для человека, приехавшего отдохнуть перед праздником. Так же жена управляющего гостиницей в последствии вспоминала о том, что в тот злополучный вечер в гостинице появились работники ОГПУ, с какой целью опять же неясно.

Санитар Казимир Маркович Дубровский так описал увиденное утром 28 декабря в 5-м номере «Англетера»: (рассказывал он это, правда, уже через много лет, пережив несправедливый арест, заключение в лагере и как бы все еще опасаясь проронить лишнее): «Там на полу лежала скатерть, битая посуда. Все было перевернуто. Словом, шла страшная борьба…», «в номере С. Есенина были следы борьбы и явного обыска. На теле были следы не только насилия, но и ссадины, следы побоев. Кругом все разбросано, раскидано, битые разбросанные бутылки, окурки…» После обыска номера исчезли и стихи, которые, по словам Толстой, он забрал в Ленинград. Ещё одна немаловажная деталь: вел это дело агент уголовного розыска 1-й бригады Ф. Иванов, занимавшейся только расследованием убийств.

Весть о гибели поэта тяжелой болью отозвалась в сердца миллионов людей. Процессия в несколько тысяч человек сопровождала катафалк до здания дома печати, где был установлен гроб. 31 декабря 1925 года состоялись похороны. С.А. Есенин был похоронен на Ваганьковском кладбище.

Память Есенина увековечена в ряде мест, связанных с его жизнью, литературной работой.

Заключение

Тема любви — одна из основных тем творчества Есенина. О любви поэт пишет уже в самых ранних своих стихах («Подражание песне», «Ты поила коня из горстей в поводу…», 1910).

Мечтой о любви согреты многие строки ранних стихов Есенина. Чист, непосредственен образ лирического героя этих стихов.

В 1916 году молодой поэт написал маленькую поэму «Мечта» и дал ей многозначительный подзаголовок «Стихи о любви». В поэме он изобразил идеальный образ, который притягивает его к себе не телесной статью, не чувственностью, а именно душевной красотой и какой-то неотмирной духовностью…

Далеко не все ранние стихотворения Есенина художественно совершенны и самостоятельны. Есть среди них стихи, написанные с явным подражанием Кольцову («Темна ноченька, не спится…», «Хороша была Танюша, краше не было в селе…»).

Есть стихи, навеянные песенными, народными мотивами («Подражание песне», «Под венком лесной ромашки…»), лирически поэтизирующими деревенскую любовь. Одним из первых стихотворений, где явственно обозначался самостоятельный подход молодого поэта к лирической теме, было «Выткался на озере алый цвет зари…»

В клепиковский период уже начинают проявляться некоторые характерные черты поэтического стиля Есенина. Опираясь на фольклорные традиции, молодой поэт стремится к овеществлению и олицетворению образов, что станет в дальнейшем очень характерным для его стиля. В ранних стихах Есенина часто встречается метафора в такой ее разновидности, как олицетворение. Например: «вьюга с ревом бешеным стучит по ставням», «месяц в облачном тумане водит с тучами игру», река тихо дремлет», зарница «распоясала… в пенных струях поясок».

В стихах о любви, относящихся к 1918-1919 годам, обозначились уже чисто есенинские мотивы, сливающие воедино поэзию любви с поэзией природы, передающие высокую одухотворенность чувства и его целомудренность.

Конечно, невозможно рассматривать тему любви в творчестве поэта без разговора о тех женщинах, с которыми сводила его судьба. Каждая из них неповторимо, по-своему, соприкоснулась с любовью и дружбой поэта. Среди них Анна Сардановская, Лидия Кашина, Зинаида Райх, Айседора Дункан, Августа Миклашевская, Шагане Тальян, Софья Толстая…

Самое яркое свидетельство глубоких, светлых чувств и мыслей поэта вписано в изумительный цикл лирических стихотворений, написанных на Кавказе, «Персидские мотивы» (1924-1925).

Главной темой цикла является тема любви. «Персидские мотивы» — попытка обрести согласие с самим собой и с миром. В «Персидских мотивах» любовь — не «чувственная дрожь», не «вспыльчивая связь», а теплота и нежность есенинского сердца, высказанные в ласковых словах, обращённых к восточной красавице. Романтический сюжет о любви северянина и южанки Есенин воспринял через поэзию Пушкина и Лермонтова. Стихи написаны на Кавказе, но на темы, сюжеты, тональность, сам образ любви повлияла персидская лирика. Любимая в персидской лирике превосходит своей красотой саму природу, она исключительна. Есенин создал образ голубой и весёлой страны, которой перестала быть Россия. Ранее Россия ассоциировалась в лирике Есенина с «голубой страной», страной — идеалом, мечтой («Голубеет небесный песок», «В голубой купается пыли»).

После революции голубой цвет почти исчез из его лирики: «Закат обрызгал серые поля», «Принакрытые сереньким ситцем, Этих северных бедных небес». Теперь выдуманная Персия («Голубая родина Фирдуси») соответствовала идеалу: «Хорошо бродить среди покоя, Голубой и ласковой страны». «Персидские мотивы» — противовес «Москве кабацкой». «Персидские мотивы» — одно из лучших созданий Есенина, а «Шаганэ…» — одно из лучших стихотворений цикла. Музыкальная композиция придает ему особое очарование и делает еще более выразительной сложную игру чувств и мыслей.

Из трех циклов стихотворений, которые проанализированы в нашей работе, больше всего внимание исследователей привлекал цикл «Любовь хулигана».

Обобщая сказанное ими, можно выделить следующие черты поздних лирических стихотворений С.А. Есенина: адресованность стихов, их диалогизированность, наличие вымышленного адресата; противопоставление старого — новому в себе и в героях стихотворений; изобретение новой строфики, афористичность строк; тенденция к возрождению, к новизне. С точки зрения фоники стихи поэта отличаются большим разнообразием аллитераций. Причем эти аллитерации имеют некую функциональную нагруженность: разные темы вызывают к жизни разные звуки. Например, аллитерация на л связана с темой любви.

Таким образом, можно выделить несколько отличительных черт поэзии Есенина в целом: метафоричность, обилие олицетворений; самобытность, сложность образов; частое использование аллитераций, звукописи; обилие цветовых эпитетов; наличие анималистических персонажей. Любая из этих характеристик является визитной карточкой поэта и свойственна не только поздней, но и ранней поэзии Есенина. Не случайно эти черты нашли продолжение в лирике поэтов ХХ века. В целом, поздняя лирика Есенина производит впечатление некоторого прорыва, шага вперед, качественного изменения, но при этом основные, фундаментальные черты есенинской поэзии в ней сохраняются и продолжают развиваться

Литература

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/diplomnaya/jenschinyi-esenina/

.Азадовский К.М. Есенин // Русские писатели. 1800-1917. Биографический словарь. Т. 2. — М., 1992.

.Атюнин И.Г. Рязанский мужик — поэт-лирик Сергей Есенин, ИМЛИ, рукописный отдел, ф.32, № 4.

.Бухарова З.Б. Сергей Есенин. Радуница // Нива: Ежемесячные лит. и поп.-науч. прилож. к журн. «Нива» за 1916 г. Т. 2. — Пг. № 5. Май. Стб. 148-150.

.Воронова О.Е. Сергей Есенин и русская духовная культура. — Рязань, 2002.

.Воронова О.Е. Современные принципы интерпретации творчества С.А. Есенина // Издания Есенина и о Есенине. Итоги открытия, перспективы: Сб. науч. тр. — М., 2001.

.Грибанов Б.Т. Женщины, любившие Есенина. М., 2002.

.Жизнь Есенина. Рассказывают современники. — М., 1988.

.Заборова Р.Б. Из архивных разысканий о Сергее Есенине // Русская литература. — 1970. — № 2.

.Занковская Л.В. Новый Есенин. Жизнь и творчество поэта без купюр и идеологии. — М., 1997.

.Занковская Л.В. Творчество Сергея Есенина в контексте русской литературы двадцатых годов XX века. — М., 2002.

.Захаров А.Н. Есенин // Русские писатели. Биобиблиографический словарь. Под ред. П.А. Николаева. Т. 1. А-Л. — М., 1990. — С. 296-298.

.Захаров А.Н. Научная есениниана: Предварительные итоги. К 100-летию со дня рождения С.А. Есенина // Библиография. — М., 1995. № 1. С. 71-85.

.Захаров А.Н. Поэтика Есенина. — М., 1995.

.Игнатьев В.А. Счастье в поэзии и в жизни С.А. Есенина. — М., 2002.

.Карохин Л.Ф. Алексей Ганин — друг Сергея Есенина. — СПб., 1999.

.Карохин Л.Ф. С. Есенин и Иванов-Разумник: «Человек, перед которым я не лгал…». — СПб., 1998.

.Карохин Л.Ф. Сергей Есенин в Царском Селе. — СПб., 2000.

.Коновалов Д. Солотчинскне были. — М.: Московский рабочий, 1971.

.Кошечкин С.П. Весенней гулкой ранью… — М.: Дет.лит., 1984.

.Кузнецов В. Тайна гибели Есенина: По следам одной версии. — М., 1998.

.Куняев С.Ю., Куняев С.С. Сергей Есенин. — М., 1995.

.Куняевы Станислав Юрьевич и Сергей Станиславович. Жизнь Есенина. Снова выплыли годы из мрака… — М., 2001.

.Лагуновский А. Тайна гибели Есенина // Вопросы литературы. — 1999. — Ноябрь-декабрь. — С. 286-290.

.Лукьянов А. Сергей Есенин. Тайна жизни. (Мужчина — миф).

— Ростов н/Д, 1999.

.Мамлеев Ю. В поисках России // Русский рубеж: Спец. вып. еженедельника «Литературная Россия». Вып. 3- 1991. — С. 15.

.Мамлеев Ю. Духовный смысл поэзии Есенина // Столетие Сергея Есенина. — М., 1997. — С. 30-31.

.Марченко А. Сергей Александрович Есенин // Смирнова Л.А., Турков А.М., Марченко А.М. и др. Русская литература XX века: В двух частях. Часть I. — М.: Просвещение, 1994. — С. 143-174.

.Мой век, мои друзья и подруги. Воспоминания Мариенгофа, Шершеневича, Грузинова. — М., 1990.

.Морохов Ф.А. Трагедия Есенина — поэта-пророка. — СПб., 2001.

.Нагайцева Т.Н. Сергей Есенин // Русская литература XX века: Пособие для старшеклассников, абитуриентов и студентов. Под ред. Т.Н. Нагайцевой. — СПб, 1998. — С.114-142.

.»Оттого и дороги мне люди…» (споры о Есенине: правда и вымысел) // С.А. Есенин: Творческая индивидуальность. Художественный мир. — Рязань, 1982. — С. 134-146.

.Пашинина B.C. Неизвестный Есенин: Литература факта и документа. — Сыктывкар, 2000.

.Поэзия С. Есенина в англоязычных исследованиях (К. Пономарев и др.) // С.А. Есенин: Поэзия. Творческие связи: Межвузовский сб. науч. трудов. — Рязань, 1984. — С. 170-178.

.Поэзия С. Есенина в оценке современного англоязычного литературоведения // Сергей Есенин: Проблемы творчества. Вып. 2. — М., 1985. — С. 173-187.

.Поэзия С. Есенина в оценке современного зарубежного литературоведения и критики (США, Великобритания, Канада, Новая Зеландия).

Автореф. дис. … канд. филол. наук. — М., 1981.

.Поэзия С. Есенина в странах английского языка // В мире Есенина: Сб. статей. — М., 1986. — С. 637-645.

.Прокушев Ю. Сергей Есенин. Образ. Стихи. Эпоха. — М., 1978.

.Прокушев Ю.Л. Есенин — это Россия. — М., 2000.

.Русское зарубежье о Есенине. Воспоминания, эссе, очерки, рецензии, статьи: В 2 т. М., 1993.

.С.А. Есенин в восп. совр.: В 2-х томах. Т.1. — М.: Худ.лит, 1986.

.С.А. Есенин в восп. совр.: В 2-х томах. Т.2. — М.: Худ.лит, 1986.

.С.А Есенин. Собр. соч. в пяти томах. Т.3. — М.: Худ.лит., 1967. — С.323

.Самоделова Е.А. Историко-фольклорная поэтика С.А. Есенина. — Рязань, 1998.

.Сергей Есенин: Науч. ст. и материалы. — Киев, 1996.

.Сердобинцева Г.М. Есенин: Статьи. — Рязань, 2001.

.Сидорина Н. Фальсификация века // Русский вестник. — 1992, 11 марта.

.Смерть Сергея Есенина. Документы, факты, версии: Материалы комиссии Всероссийского писательского Есенинского комитета по выяснению обстоятельств смерти поэта. — М., 1996, 2004.

.Солнцева Н.М. Сергей Есенин. — М., 1998, 2000.

.Столетие Сергея Есенина: Международный симпозиум. Есенинский сб. Вып. 3. — М., 1997.

.Харчевников В.И. С.А. Есенин и русская поэзия начала XX века: Автореф. дис. д-ра филол. наук … — Л., 1982.

.Шубникова-Гусева Н.И. Поэмы Есенина: От «Пророка» до «Черного человека». Творческая история, судьба, контекст и интерпретация. — М., 2001.

.Шубникова-Гусева Н.И. С.А. Есенин в жизни и творчестве. — М., 2002.

.Эвентов И. Три поэта. В.Маяковский, Д.Бедный, С.Есенин: Этюды и очерки. — Л., 1984.

.Эвентов И.С. Сергей Есенин. Биография писателя. — Л., 1978.

.Юшина О.И. Поэзия С. Есенина в оценке современного зарубежного литературоведения и критики…: Автореф. дис. … канд. филол. наук. — М, 1984. — С. 1-2.

.Юшина О.И. Поэзия С. Есенина в современном зарубежном литературоведении и критике //Актуальные проблемы современного есениноведения. — Рязань, 1980. — С. 69-77.

Исследования на иностранных языках

1.Canadian-American Slavic Stadies. (USA).

— 1998, (32) № 1-4.

.Davies Jessie. The Poetic Soul of Russia — Sergei Esenin (1895-1925).

Biographical and Critical sketches to commemorate the centenary of the poet’s birth. — Lincoln Davies, Formby, 1995 (Биографические и критические очерки).

.Revue Etudes slaves, Paris, LXVII/1, 1995.

4.Serghei Esenin: Sentenar (Сергей Есенин: 100-летие со дня рождения. 1895-1995).

— Бухарест, 1997.

.W krugu Jesienina. — Warszawa, 2002.

Аннотация

Магистерская выпускная работа посвящена проблеме установления адресатов и художественной специфики любовной лирики С.А. Есенина. В работе рассмотрена история изучения жизни и творчества поэта, охарактеризованы специфические черты современного этапа в есениноведении. В основном разделе работы прослежена эволюция темы любви в творчестве Есенина в связи с адресатами его любовной лирики, предложен анализ некоторых стихотворений данного тематического ряда, предпринята попытка выявить художественное своеобразие есенинской любовной лирики. В методическом разделе работы даны рекомендации по изучению жизни и творчества С.А. Есенина в школьном и вузовском курсах литературы. В ней предложен план-конспект урока-исследования для 12 класса на тему «Всепроникающий лиризм — специфическая черта поэзии С.А. Есенина», а также конспект вузовский лекции «Творческий путь С.А. Есенина и художественное своеобразие его лирики».

Анотація

Магістерська випускна робота присвячена проблемі встановлення адресатів та художньої специфіки любовної лірики С.О. Єсеніна. У роботі розглядається історія вивчення життя та творчості поета, охарактеризовані специфічні риси сучасного етапу у єсенінознавстві. В основному розділі роботи простежена еволюція теми любові у творчості Єсеніна у звязку з адресатами його любовної лірики, запропонований аналіз деяких віршів цього тематичного ряду, здійснена спроба виявити художню своєрідність есенінської любовної лірики. У методичному розділі роботи надані рекомендації щодо вивчення життя та творчості С.О. Єсеніна у школі та вузі. У ній запропонована розробка уроку-дослідження для 12 класу на тему «Всепросякаючий ліризм як специфічна риса поезії С.О. Єсеніна», а також конспект вузівської лекції «Творчий шлях С.О. Єсеніна і художня своєрідність його лірики».

Annotation

graduation work is devoted to the consideration of the problem to adressees and artistic peculiariry of amorous lyric poetry of S.A. Esenin. The history of researching his life and creative work were rated in this work, there were described specific strokes of state-of-the-art phase at the esininknowledging. In basic chapter of this work was drilled down the development of topic of love in the creative work of Esenin in association with his adressees his amorous lyric, there was suggested the analysis of some poems at the given topical family, there was launched the effort to reveal the artistic singularity of Esenin amorous lyric. In the methodical chapter of this work were given recommendations about studying his life and creative work in the scholastic and academical courses of literalure. In this chapter was suggested the design-abstract of lesson-investigation for 12category at school on topic «Ever-present lyrism is specific stroke of poetry of S.A. Esenin», and also there was given the abstract to academical prelection on topic «The creative way and artistic singularity of lyric poetry of S.A. Esenin».