Идеалы в творчестве Ф.М. Достоевского

Реферат

достоевский идеал красота

Основным в творчестве Ф.М. Достоевского как писателя-философа является построение философской антропологии, в которой дается совершенно новое решение проблемы человека. Ф. М. Достоевский переосмысливает основные принципы изображения личности в литературе. Он рассматривает человека не только в психологической плоскости, не только с точки зрения тех психологических законов, которые управляют поведением личности и которые без труда выявляются с помощью анализа его внешнего поведения, но, в первую очередь, рассматривает человека в некоем метафизическом аспекте; главным становится проникновение в глубины сознания и подсознания человека.

Достоевский всем своим творчеством доказывает, что психологический и нравственный аспекты человеческого бытия невозможно рассматривать в изолированности от метафизической составляющей, в которой человек понимается как особое бытие, как ключевой элемент онтологической структуры реальности. Н. Бердяев в своем труде «Миросозерцание Достоевского», писал, что Достоевский — величайший русский метафизик, что именно метафизический план его творчества, т.е. построение определенной метафизической конструкции, описывающей положение человека в мире, составляет ту основу, на которой вырастает художественный мир его романов и повестей.

В работе рассматривается проблема духовного идеала Ф.М. Достоевского. Этим духовным идеалом, высшим совершенством писателя был Христос и христианское вероучение. Достоевский был склонен считать, что природа Христа богочеловечна, а явление Христа — богоявление, способное привести человечество к спасению и вечной жизни.

Для Достоевского идеал, идеальное — понятие, выражающее представление о высшем совершенстве. Этим высшим совершенством, духовным идеалом у великого писателя был Христос и христианское вероучение. Еще в 1845 году Достоевский четко сформулировал свой «символ веры»: «Верить, что нет ничего прекраснее, глубже, симпатичнее, разумнее, мужественнее и совершеннее Христа, и не только нет, но и с ревнивой любовью говорю себе, что и не может быть» [7.Т. 28. Кн.1. С.176]. Достоевский был склонен считать, что природа Христа богочеловечна, а явление Христа — богоявление, способное привести человечество к спасению и вечной жизни. «Только высшее, самое высшее, не уступает настаивать писатель, только христианский идеал, его духовная красота, нравственная глубина и смыслополагающая сила освобождают человека из рассудочно-торгашеских низин жизни и спасительно преображают его жизнь» [14].

3 стр., 1440 слов

Ф.М. ДОСТОЕВСКИЙ. ДНЕВНИК ПИСАТЕЛЯ ЗА 1877 ГОД.ГЛАВА ВТОРАЯ

... последние три месяца. И испытываю почти физическую ненависть к этому человеку. Его представление о русском как об избранном, ... русского писателя, придворный (смотрящий) еврей современной России Чубайс, прекрасно понимающий их справедливость и не имеющий аргументов для их опровержения, сказал: «Вы знаете, я перечитывал Достоевского в ...

Кроме этого, Федор Михайлович верил в Христа, христианскую религию, духовно-нравственную силу русской нации, в ее стремление к гармонии и верил в самого человека: «…человек стремится на земле к идеалу, — противоположному его натуре», так как Достоевский считал, что в самой природе человека заложено вечное, неискоренимое противоборство двух начал — «я» и «не я», идеала Мадонны и идеала Содомского. «Когда человек не исполнил закона стремления к идеалу, т. е. не приносил любовью в жертву своего Я людям или другому существу (я и Маша), он чувствует страдание и назвал это состояние грехом» [11. С.14]. По этому поводу писатель вступает в спор с Н.Н. Страховым, который говорил, что «идеал прекрасного человека, указанный христианством, не умер и не может умереть в нашей душе; он навсегда сросся с нею», но Страхов не верил в современного человека, называл его «гнусным до последней степени» [11. С.16]. Достоевский не соглашался с ним, так как христианство без веры в человека было ему немыслимо, представлялось жестоким, оскорбительным.

Важно также заметить, что писатель с большой энергией в записных тетрадях середины 70-х годов подчеркивает отсутствие мистических идеалов в своем религиозном сознании: «В русском христианстве, по-настоящему, даже и мистицизма нет вовсе, в нем одно человеколюбие, один Христов образ, — по крайней мере, это главное» [8].

Согласно Достоевскому, мир и люди в нем в сущности своей прекрасны, поэтому задача искусства сродни задаче религии — помочь людям обрести духовное зрение. Религия была для него основой нравственной жизни. И это так. Макар Долгорукий, Соня Мармеладова, князь Мышкин, Алеша Карамазов — величайшие художественные воплощения христианского идеала. В них, как видим, нет мистики. Христос для них олицетворяет высшие земные добродетели: самоотверженность, гуманность, истинную высшую нравственность, гармоничную личность. Именно во Христе, по мнению писателя, человек обнаруживает свои божественные возможности и закон развития в направлении к идеальному: «После появления Христа, как идеала во плоти, стало ясно, как день, что высочайшее, последнее развитие человеческой личности именно и должно дойти до того (…) чтобы человек нашел, сознал и всей силой своей природы убедился, что высочайшее употребление, которое может сделать человек из своей личности, из полноты развития своего я — это как бы уничтожить это я, отдать его целиком и каждому безраздельно и беззаветно. И это величайшее счастье» [7. Т.20. С.172].

Христос для писателя являлся воплощением Добра, Красоты и Истины. Именно в единстве Добра, Красоты и Истины заключается специфика этико-эстетического идеала Достоевского. В.С.Соловьев писал: «В своих убеждениях он никогда не отделял истину от добра и красоты, в своем художественном творчестве он никогда не ставил красоту отдельно от добра и истины (…) Для Достоевского (…) это были только три неразлучные вида одной безусловной идеи (…) Истина есть добро, мыслимое человеческим умом; красота есть то же добро и та же истина, телесно воплощенная в живой конкретной форме. И полное ее воплощение — уже во всем — есть конечная цель и совершенство, и вот почему Достоевский говорил, что красота спасет мир» [13].

43 стр., 21019 слов

Идейная трансформация образов в романах Ф.М.Достоевского «Преступление ...

... идейно-художественного мира Достоевского носила «вселенский» характер. Достоевский, как и Гоголь, не мог воплотить ее в отдельном образе-характере и даже какой-либо замкнутой системе характеров. Писатель создавал ... высоты, которая, хотя и утрачена, но непременно должна возродиться. Писатели, шедшие за Гоголем, сохраняли гоголевскую веру в человека. И не только сохраняли, но и пропагандировали. И.А. ...

Но эпоха, в которую творил великий художник, разрушала этот идеал, поэтому ему постоянно приходилось противостоять ее воздействию. Для себя писатель определяет: «если б кто мне доказал, что Христос вне истины, и действительно было бы, что истина вне Христа, то мне лучше хотелось бы оставаться со Христом, нежели с истиной» [7.Т.28.Кн.1.С.176]. Эта мысль отразилась в последующем творчестве. По словам Джексона, «создавая образ красоты, художник делает намек на божественный идеал, лежащий за пределами человеческого существования» [15].

В его сознании идеальное совмещается с представлением о прекрасном, «положительно прекрасном». Прекрасное соответствует христианскому идеалу красоты, «прекрасное — по определению Достоевского — есть идеал. На свете есть только одно положительно прекрасное лицо — Христос, так что явление этого безмерно, бесконечно прекрасного лица уж, конечно, есть чудо» [7.Т.28.Кн.2.С.251]. В связи с этим у него зарождается идея изобразить «положительно прекрасного человека». «Труднее этого нет ничего на свете (…) Все писатели (…), кто только ни брался за изображение положительно прекрасного, — всегда пасовали» [7.Т.28.Кн.2.С.251]. Сложность изображения его, по словам художника, заключается в том, что идеал «ни наш, ни цивилизованной Европы еще далеко не выработался» [7.Т.28.Кн.2.С.251]. Он считает: такой образ наиболее полно создал Сервантес. Это Дон Кихот. «Но он прекрасен единственно потому, что в то же время и смешон» [7.Т.28.Кн.2.С.251]. Ф.М.Достоевский также отстаивал перед Тютчевым превосходство «Отверженных» Гюго над своим романом «Преступление и наказание», так как считал, что Гюго сумел в большей мере воплотить положительный идеал в образе Жана Вальжана, который «возбуждает симпатию по ужаснейшему своему положению и несправедливости к нему общества» [7.Т.9.С.189].

В числе «положительных» лиц Достоевского оказываются Мышкин, Зосима и Алеша Карамазов. С.Аскольдов отмечает в качестве главной общей особенности этих героев «уже почти полное отсутствие душевной раздвоенности». Но среди них наиболее «неустроенным» [1] оказывается Мышкин. Имея много общего, Мышкин, Зосима и Алеша Карамазов все же разные герои. Князь Мышкин, например, пришел в этот мир, в данную русскую действительность из другого мира, абсолютно чуждого России, непонятного. Мировоззрение и образ жизни Алеши строятся на отечественных основах. Он идет «изнутри самой жизни, из самых основ ее — и в этом его историческая актуальность и действенность» [9].

Классификацию «положительных» героев Достоевского дает Франтишек Каутман. Они были, считает чешский литературовед, «или необразованными, стихийно верующими страдальцами, или Дон Кихотами, неспособными существовать в нашем мире (князь Мышкин), или монахами, которые заточили себя в стены монастыря (старец Зосима), или возбуждающими надежду, но пока еще только начинающими свое поприще юношами (Алеша Карамазов)» [10].

15 стр., 7288 слов

«Проблематика ранних произведений Достоевского. Заключения о ...

... человека» всегда полна «больших» – серьезных, непростых – проблем, его переживания всегда сложны и многогранны. В ранней прозе Достоевского ... идеалам добра и красоты. Проблемам человеческой души и вопросам духовности общества в целом. Ранние повести Достоевского учат нас понимать жизнь в ... работ автора Бубер Мартин Проблема человека От автора Эта книга, в первой своей части проблемно-историческая, а ...

Однако осуществлению идеала во многом мешали сильные мира сего, в чьих руках была власть.

Идеал Достоевского связан с высшей гармонией в будущем, а вот Тургенев, например, по наблюдениям Е.Н.Беляковой, всегда «с завистью оглядывается» [2.С.79] на прошлое. Будущее Достоевского связано с решением вечных «проклятых» [3] проблем, как говорил о них сам писатель. Но четкого обозначения идеала, предполагает Е.Белякова, Достоевский не имел. Его идеал, воплощение духовного выражены лицом, Христом, все еще терпящим «от мира удары и испытывающим боль, то есть Христос — человек, еще не пришедший к абсолютному примирению с миром земным» [2. С.121]. Но в творчестве Ф.Достоевского постепенно образ Христа меняется. Так, в «Братьях Карамазовых» возникает уже образ Спасителя. Это «уже образ отстрадавшего и уже воскресшего Бога, вернувшегося в страдающий мир» [2. С.131]. Христос Ивана практически лишен человеческих черт, в нем больше божественного.

Своего «положительно прекрасного» героя Достоевский создает в романе «Идиот». Литературоведческие и художественные трактовки образа князя Мышкина иногда далеки от авторского понимания. Разные оценки князя Мышкина можно объяснить тем, что Достоевский видел в нем Христа, «положительно прекрасного» человека, но у этого Христа не было гармонического единства человеческой и божественной природы: страдания от боли человек не выдержал; смерть и невозможность воскреснуть — тот случай, когда побеждает божественное (природа).

Сам же писатель опасался, что из его идеи изобразить «положительно прекрасного человека» «будет положительная неудача». Однако роман ожидал успех. Им зачитываются до сих пор, ставят на сценах театров, экранизируют. Это касается не только одного «Идиота». Всему творчеству Ф.Достоевского дают высокую оценку не только в России, но и за рубежом. Б.Грифцов, например, говорит о небывалой самоотдаче писателя: «Такого сосредоточенного на литературной работе горения более не найти у русских писателей. И от одного этого является большая, чем в других случаях, потребность эстетически оценить его самодовлеющее, замкнутое в себе творчество, развивающееся по путям, в стороне проходящим от быта и психологии» [5].

В качестве главный особенностей Достоевского С.Гурвич-Лищинер отмечает «страстную устремленность» [6] писателя к воссозданию гармонии. С соразмерностью самой красоты, отведением ей важнейшей роли в жизни человека связывал Достоевский возможность спасения трагического мира.

В литературоведении есть мнение, что этика Ф.М.Достоевского «во многом сложилась в полемике» [12.С.216] с Кантом. Писателя и философа обыединяла проблема «нравственного оздоровления общества, соотношение религии и морали, познание сущности человеческой природы, границ свободы и обусловленности воли, диалектика разума и чувств, их роль в моральном становлении личности и познании мира» [12.С.217]. Отличало их то, что Достоевский большее значение придавал вопросам ответственности человека за свои поступки и мысли. Для писателя также огромное значение имели проблемы Бога и бессмертия. Светлые моменты жизни, ощущение счастья, радости, гармонии художник связывал с представлениями о детях. Дети в его произведениях сравниваются с «птицами небесными».

13 стр., 6500 слов

Сочинение маленькие люди в произведениях ф м достоевского человек ...

... которые основаны на социальном неравенстве и деньгах. У «маленького человека» в произведениях Достоевского есть и ... люди” в романе “Преступление и наказание” Достоевского Тема “маленького человека” является одной из главных тем в творчестве Достоевского. И конечно же, “маленькие люди ... красотой, возвышенным благородством, поэтичностью натуры. «Мечтатель», бескорыстно влюбленный во встретившуюся на ...

Всю мировую литературу Ф.М.Достоевский условно делит на несколько направлений: «литература богослужения», «литература отчаяния», «литература дела», «литература красоты». В противовес «литературе дела» писатель выдвигает «литературу красоты». Главным его желанием, стремлением было преодоление «литературы отчаяния» и утверждение «литературы красоты». Красота, — считал писатель, — «есть необходимая потребность организма человеческого, без нее человек, может быть, не захотел бы и жить на свете» [7.Т.18.С.94].

Для творчества Достоевского были важны следующие категории: «прекрасное», «гармоническое», «возвышенное», «идеал Мадонны», а также единство Красоты, Добра и Истины, которые воплощались для него в образе Христа.

«Идеал Содомский» и «идеал Мадонны», о которых идет речь у Дмитрия Карамазова, понимаются как два противопоставленных друг другу типа красоты, выделенных каким-то абсолютно неведомым образом из того, что неопределимо (т.е. буквально — не имеет предела — но следовательно и не поддается разделению), из того, что представляет собой схождение, нерасчленимое единство всех противоречий, место, где противоречия уживаются — то есть перестают быть противоречиями. Заметим, что у Достоевского слово «Содом» всегда писалось с большой буквы, непосредственно отсылая нас к библейской истории. Содом представляет собой красоту порочную, дьявольскую, хотя — по-своему привлекательную.

Но это было бы нарушением логики, совершенно не свойственным такому строгому мыслителю, каков Достоевский — и каковы, надо заметить, и его герои: перед нами не две определенные, противостоящие друг другу, красоты, а лишь и именно способы отношения человека к единой красоте. «Идеал Мадонны» и «идеал Содомский» — это у Достоевского — и в романе тому будет множество подтверждений — способы глядеть на красоту, воспринимать красоту, желать красоту.

Но если, определяя, что же есть «идеал Содомский», мы обратимся к исходным текстам, то увидим, что в Содом пришли вовсе не распутники и соблазнители, не демоны: в Содом пришли ангелы, — и это именно Их устремились содомляне «познать» всем городом.

Образ Богоматери — «грозная, как полки со знаменами», «заступница», «нерушимая стена» — вовсе не сводится к «одному типу» красоты. Ее полнота, способность вместить в себя «все противоречия», подчеркивается обилием разных типов, изводов, сюжетов икон, отражающих разные аспекты Ее действующей в мире и преображающей мир красоты.

Но когда идеал Мадонны мешает сладострастному влечению — то он становится объектом прямого отрицания и надругательства, и в этом смысле значение огромного символа приобретает сцена, пересказанная Федором Павловичем Алеше и Ивану.

Красота в высказывании Мити так же едина и всевластна и неделима, как Бог, с Которым борется дьявол, но Который Сам с дьяволом не борется. Бог пребывает, дьявол нападает. Бог творит — дьявол пытается переделать по-своему сотворенное, создать нечто в насмешку и в подражание. Но сам он не сотворил ничего, и значит — все сотворенное — благо. Оно может лишь — как красота — быть посажено в Содом.

4 стр., 1503 слов

Идеал красоты и литература

... раскрывающие отношение писателей и поэтов, художников и публицистов к идеалу красоты современного им человека. А само эстетическое воплощение этого идеала в искусстве — это лишь один из отрезков нашей ценностной шкалы, ...

Самораскрытие личностей в их красоте в ответ на явление красоты — это путь изобилия, путь превращения человека в источник благодати миру; стремление присвоить явленную другим красоту — это путь нищеты, недостатка, путь превращения человека в черную дыру, высасывающую благодать из мироздания.

Самораскрытие личностей в их красоте — это, по Достоевскому, есть способность отдать все. В «Дневнике писателя» за 1877 год именно по разлому между принципами «отдать все» и «нельзя же отдать все» будет проходить для него разлом между преображающимся и закоснелым в своем непреображенном состоянии человечеством.

Для Достоевского человек безграничен, поэтому от него можно ждать чего угодно. Ему присуща изначально данная природа: одновременное влечение к добру и злу. Митя Карамазов так говорит о феномене широкости человека: «Широк человек, даже слишком широк, я бы сузил». В этом и заключается загадочность человека. Природа человеческая полярна и антиномична до самой глубины. Именно поэтому он способен одновременно совмещать в своей душе греховность и святость. Митя в разговоре с братом Алешей говорит, что даже высший сердцем человек и с умом высоким начинает с идеала Мадонны, а кончает идеалом содомским. Еще страшнее, кто уже с идеалом содомским в душе не отрицает и идеала Мадонны.

Добро и зло уживаются в одном и том же человеке и нельзя абсолютизировать что-то одно. Корни зла Достоевский находит именно в человеческой душе. В «Дневнике писателя» он утверждает: Ясно и понятно до очевидности, что зло таится в человечестве глубже, ни в каком устройстве общества не избегните зла, ненормальность и грех исходят из нее (души) самой. Достоевский также был уверен, что и добро таится в душе человека, так как в нем (человеке) соединены божеское и дьявольское. Отсюда и стремление писателя найти в человеке человека, то есть выявить его доброе начало и способствовать его развитию.

Почти все герои романов Достоевского высказываются о пороках в человеческой натуре. Человек деспот от природы и любит быть мучителем — таково суждение Игрока («Игрок»).

Митя Карамазов констатирует, что человек подл и низок, а Иван говорит о сладострастном влечении человека к злу: Во всяком человеке, конечно, таится зверь гневливости, зверь сладострастной распаляемости от криков истязуемой жертвы, зверь без удержу. Эти высказывания указывают на исключительную сложность проблемы об источниках зла в жизни и путях искоренения его из души человека. По Достоевскому, хотя социальное и оказывает определенное формирующее влияние на человека, но оно всегда выступает как вторичное по сравнению с внутренней обусловленностью личности. Человек для писателя гораздо сложнее социальности. В «Дневнике писателя», размышляя о добре и зле, Достоевский не соглашается с лекарями- социалистами, что зло можно искоренить, изменив общественное устройство, уничтожив бедность, организовав труд. Человек для писателя не есть только психическое существо. Душа человека — это, отнюдь, не сумма психологии, которую можно вычислить. Достоевский утверждает безграничность законов человеческого духа и духовного опыта и даже их определенную неизвестность, неопределенность и таинственность. А потому, считает он, нет и не может быть еще лекарей, ни даже судей окончательных, а есть Тот, который говорит: «Мне отмщение и Аз воздам». Ему одному лишь известна вся тайна мира сего и окончательная судьба человека.

1 стр., 440 слов

Праведница матрена нравственный идеал писателя

... Матрена. 1 votes, average: 5.00 ... праведника”, а смерть Матрены – начало деградации, массового регресса и гибели нравственных устоев. Ни деревня, ни город, ни земля наша не смогут стоять без людей таких-праведников, которым была ...

Для Достоевского человек гораздо выше сознания, логики, так как в нем есть и неосознанное, бессознательное. Не только ум, но и сердце. Человек, по Достоевскому, как природное и социальное существо подчиняется внутренним и внешним воздействиям, но одновременно выпадает из причинно-следственного ряда, проявляя тот избыток духовности, который не определяется внешним. Эта встреча внутренних и внешних обусловленностей и есть, согласно писателю, проявление свободы человека, она несет в себе субъективно¬волевой выбор и ответственность. Согласно Достоевскому, широта человеческого духа, реализуясь в личности, и является доказательством и проявлением свободы человека. Предвидя посягательство на личность, он страстно призывает: Не уничтожайте личность человека, не отнимайте высокого образа борьбы и долга . Человек Достоевского склонен поступать алогично и «черту», установленную разумом, часто не признает. Поступки его героев — постоянный переход за «черту». Но бессознательное никогда не позволяет им забыться, подсознание неустанно тревожит сознание, не позволяет избавиться от трудного и мучительного для себя непонимания (вспомним Раскольникова, Кириллова, Митю, Ивана Карамазовых).

Человек способен видеть две бездны — добра и зла, может испытывать двойные мысли, против которых, как говорит князь Мышкин, ужасно трудно бороться.

Личность имеет свободу выбора между добром и злом и ответственность, таким образом, возлагается на нее. Именно в свободе человек постоянно осуществляет процесс самосознания, то есть становится личностью.

достоевский идеал красота

Тема о человеке и его судьбе у Достоевского, по убеждению Н. Бердяева, есть прежде всего — тема о свободе. В своем труде «Миросозерцание Достоевского» он пишет: «Свобода для него (Достоевского) есть и антроподицея, и теодицея, в ней нужно искать и оправдания человека, и оправдания Бога. Достоевский исследует судьбу человека, отпущенного на свободу. Его интересует лишь человек, пошедший путем свободы, судьба человека в свободе и свободы в человеке. Все его романы-трагедии — испытание человеческой свободы».

Онтология человека для Достоевского определяется желанием свободы, то есть желанием быть самим собой и стремиться к возможности индивидуального самоутверждения.

Таким образом, в первом приближении можно сказать, что Достоевский рисует нам единый процесс преображения мира, состоящий из двух взаимообусловленных шагов, многократно повторяющихся в этом процессе, захватывая все новые и новые уровни мироздания: осуществленная красота составляющих общность членов делает гармонию возможной, осуществленная гармония целого выпускает красоту на свободу…

Для Достоевского были важны критерии «прекрасное», «гармоничное», «возвыленное», «идеал Мадонны», а также единство Красоты, Добра и Истины, которые воплощались для него в образе Христа. Христос — идеал художника. Уже перед смертью Достоевский видел идеал красоты человеческой в русском народе. Он пророчил о скорой роли народа «как носителя «русского социализма» и начала братской вселенской церкви» [4].

Достоевский писал: «Идеал красоты человеческой — русский народ» [7.Т. 27.С.59].

1. Аскольдов, С. Психология характеров у Достоевского // Достоевский. Статьи и материалы/ под ред. А.С.Долинина. — Л.; М., 1924. — С.24.

2. Белякова, Е.Н. Христианская идея в художественном мире И.С. Тургенева и Ф.М. Достоевского: дис. … канд. филол. наук. — Кострома. 2000.

39 стр., 19356 слов

Образ Ив Карамазова в романе Братья Карамазовы ФМ Достоевского

... Достоевского в философском осмыслении мира. Выделяется целый ряд таких работ русских религиозных мыслителей, которые рассматривают образ Ив. Карамазова как бунтующего человека, ... чувство -бескорыстной любви к несчастным и угнетенным братьям своим, а идея- “Православное дело…поняли теперь ... как выражение коллективной русской души и ее идеала - Христа. Сюда относятся американские ученые Джексон, ...

3. Бочаров, С. Леонтьев и Достоевский. Статья 1. Спор о любви и гармонии //Вопросы литературы. — 1993. — №6. — С.153-187.

4. Грифцов, Б. Эстетический канон Достоевского // Вопросы литературы. — 2005. — №2. — С. 191-208.

5. Гурвич-Лищинер, С. Чаадаев-Герцен-Достоевский. К проблеме личности и разума в творческом сознании / // Вопросы философии. — 2004. — №3. — С. 173-221

6. Достоевский, Ф.М. Полное собрание сочинений: в 30 т.. — Л.: Наука, 1972-1990.

7. Достоевский, Ф.М. Полное собрание художественных произведений. — Л.: Наука, 1974. — Т.11. — С. 408.

8. Кайгородов, В.И. Роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» (человек, история, идеал): дис. … канд. филол. наук. — Л., 1978.

9. Каутман, Ф. Достоевский в ХХ1 веке //Достоевский и мировая культура. Альманах № 15. — М., 2000. — С.170.

10. Литературное наследство. Неизданный Достоевский. Записные книжки и тетради 1860-1881гг. — М.: Наука. 1971. — Т. 83.

11. Осмоловский О. Этическая философия Достоевского и Канта / О. Осмоловский //Достоевский и мировая культура. Альманах №12. — М., 1999.

12. Соловьев, В.С. Философия искусства и литературная критика. — М., 1991. — С.244-245.