Вассиан Патрикеев и его сочинения

Сочинение

На протяжении XV в. Московское государство переживало эволюцию института вотчинного землевладения. Развитие товарно-денежных отношений приводило к потребности князей и бояр в деньгах, которые можно было получить путем продажи и заклада вотчинных владений. Действовали традиционные правовые нормы, запрещавшие вотчинникам приобретать земли в чужих княжествах. Сокращались площадь черносошных крестьянских земель, изымаемых князем в пользу государственного земельного фонда, использовавшегося, например, для раздачи поместных владений. Таким образом, в общем земельном фонде страны доля частного вотчинного землевладения неуклонно падала. В то же время православная церковь, обладавшая правом экстерриториальности при покупке новых земель, полной свободой в распоряжении своими вотчинами, а также накапливавшая значительные денежные средства в результате торговли, ростовщичества и «вкладов по душе», увеличивала площадь своих земельных владений. Статистика по началу XVI века неизвестна, но во второй половине XVI в. церковь владела приблизительно одной третью всех обрабатывавшихся земель 1 .

Рост церковного и монастырского землевладения влиял на положение различных социальных страт. Черносошные крестьяне лишались земель, захватывавшихся церковью. Зачастую эти захваты, свершившиеся де-факто, уже после оформлялись де-факто как княжеские пожалования. Монастыри также имели вотчинные дворы в городах, постепенно эти дворы превращались в слободы с освобождением их жителей от несения тягла. Это увеличивало налоговую нагрузку на остальных посадских жителей 2 . Все это в совокупности с необходимостью государства в увеличении поместного земельного фонда, связанной с начало формирования дворянского сословия как опоры государства поставило к началу XVI века вопрос о секуляризации церковных и монастырских земель.

С изменением характера поземельных отношений неразрывно связан кризис в среде монашества, осознанный самим монашеством во второй половине XV в. В монастыри, наиболее прославленные подвижническими подвигами местных монахов, стекались земли т.н. вкладчиков «по душе», желавших, чтобы знаменитые подвижники молились о спасении их душ. Наделение монастырей землями и селами приводило к тому, что монастыри становили активными субъектами экономических отношений. Вместо того, чтобы проводить часы в молитве, монахи занимались торговлей, контролировали ход промыслов и земельных работ, занимались финансовыми операциями и т.п. Разрушался идеальный образ монаха-аскета, монаха-подвижника. Подобное несоответствие между действительностью и идеалами монашества заставило само монашество говорить о кризисе.

14 стр., 6924 слов

Кирилло-Белозерский монастырь и русская аристократия

... на формирование: земельных владений; архитектурного облика и обустройства монастыря; Исследовать роль и место Кирилло-Белозерского монастыря в судьбах русских ... документации, историки относят к середине XVI в. По отношению к синодиками, обиходниками или кормовым книгам, которые ... обитель стала рассматриваться как крупный феодал - собственник земли. Можно выделить труды таких исследователей как С. Б. ...

К началу XVI века в русском монашестве сформировалось два различных течения, каждое со своим отношением к вопросу церковного землевладения и со своим видением пути к преодолению кризиса монашества. Оба этих движения имели своих лидеров: Нил Сорский был духовным лидером нестяжательства, осуждавшего стяжание монастырями земельных владений; Иосиф Волоцкий возглавлял движение иосифлян, позиционировавшее монастырь как субъект хозяйственной деятельности и доказывавшее, что наличие у монастыря вотчинных владений является необходимым условием его существования. Первоначально полемика велась только в среде монашества. Однако государство, со своей стороны, имело собственный интерес в решении вопроса монашеского землевладения. Церковный собор 1503 года, на котором обсуждался вопрос церковного землевладения, был, по сути, противостоянием движений нестяжательства и иосифлянства при непосредственном участии государства.

Преемником Нила Сорского на «посту» духовного лидера нестяжателей стал Вассиан Патрикеев. Он продолжил борьбу против монастырских стяжаний и движения иосифлянства (не только по вопросам землевладения, но и по другим, например, по вопросу отношения к еретикам), прошел через этапы сотрудничества и противостояния с великокняжеской властью.

Целью данной работы является характеристика движения нестяжательства, анализ его истоков, а также анализ изменений позиции государства по отношению к нестяжательству и вопросу церковного землевладения, которые привели к осуждению нестяжательства на церковном соборе 1531 г. и установлению сотрудничества государства с иосифлянами. Так как движение нестяжательства неразрывно связано с личностями Нила Сорского и его последователя Вассиана Патрикеева, представляется целесообразным в данной работе провести анализ их взглядов и творчества. Помимо анализа собственно движения нестяжательства, имеет смысл уделить внимание движению иосифлян, так как вопрос церковного и монастырского землевладения в первой половине XVI века решался в ходе полемики между этими двумя движениями.

^

Проблема нестяжательства как исторического явления была поднята историками еще в XIX в. Среди исследователей можно назвать С.М. Соловьева, В.О. Ключевского, А.С. Павлова, В.С. Иконникова. Была поднята следующая проблема: являлось ли нестяжательство движением политическим или духовным? Первой точки зрения придерживался А.С. Павлов, считавший, что в начале XVI в. существовало две политических партии, имевших соответствующие политические программы: партия нестяжателей и партия иосифлян. В.О. Ключевский, напротив, считал, что деятельность Нила Сорского была обусловлена лишь религиозно-нравственными побуждениями. Отношение к нестяжательству также зависело от политических пристрастий исследователей. Если Павлов в своей работе «Исторический очерк секуляризации церковных земель в России» пытался связать движение нестяжателей с государственной политикой, видя в нестяжателях предшественников и сторонников государства в вопросе монастырского вотчиновладения, то либеральное направление было склонно видеть в нестяжателях своих предшественников, опираясь, в частности, на полемику иосифлян и нестяжателей по вопросу о еретиках.

7 стр., 3352 слов

Читать онлайн «Преподобные Нил Сорский и Иннокентий Комельский. Сочинения»

Завещание Нила Сорского Часть III. Сочинения преп. Иннокентия Комельского «Общительное /общежительное безмолвие» Иннокентия Комельского: Полемика с Нилом Сорским? Заметка «Яко добро есть писати святыя книгы» и «Завет» Иннокентия Комельского «Надсловие», «Пристежение» и сочинение «О внутреннем делании» преподобного Иннокентия Комельского. Часть IV. Приложения. ...

Новое освещение получил этот вопрос в марксистской историографии, сыграл свою роль марксистский подход к изучению истории. Проблема противостояния государства, нестяжателей и иосифлян рассматривалась через призму социальной и классовой борьбы. Так Б.А. Рыбаков видел корень противостояния нестяжателей и иосифлян в борьбе различных прослоек класса феодалов за землю. Схожие мысли высказывал и Б.Д. Греков, видевший в призывах нестяжателей к секуляризации церковных земель попытки отвести таким образом надвигающуюся опасность от боярских земель, которым угрожало включение в поместный земельный фонд. В 1940-х годах мысль о том, что нестяжательство использовалось боярством для ограничения власти великого князя, была доминирующей. Иными словами, марксистская историография стремилась видеть в нестяжателях выразителей интересов не монашества, а других социальных групп, в частности, боярства. апеллируя в том числе к происхождению Вассиана Патрикеева.

В позднейшей советской историографии (Н.А. Казакова, А.А. Зимин) социально-экономическим аспектам проблемы также уделяется наибольшее влияние. Современным работам по проблеме нестяжательства присуща большая многогранность и неангажированность. Например, в докладе используется работа Е.В. Романенко «Нил Сорский и традиции русского монашества», в которой реконструированы взгляды нестяжателей.

Отдельно стоит упомянуть о фундаментальном труде И.К. Смолича «Русское монашество», который, например, дает нам ясное представление о причинах кризиса в среде монашества.

Помимо названной реконструкции взглядов нестяжателей, стоит назвать и другие достижения историографии по вопросу о нестяжательстве. Например, благодаря работам Я.С. Лурье, рассматривавшему нестяжательство как контрреформационное движение, противостоявшее движениям реформационным, еретическим, были преодолены представления о якобы критическом отношении нестяжателей к церковным традиции и авторитету. Благодаря находке и анализу нового источника, «Слова иного», были обнаружены различия между позициями нестяжателей и великокняжеской власти.

^

Основными источниками, дающими нам представление о сути движения нестяжательства, являются сочинения Нила Сорского и Вассиана Патрикеева, его духовных лидеров. До нас дошли два основных произведения Нила Сорского, сходных по содержанию: более раннее «Предание», переработанное позднее в «Устав» (также называемый «11 глав»).

В них даны самые общие правила монашеской жизни, в каком-то смысле морально-этические рекомендации Нила Сорского монашествующим, и его рассуждения о том, каким должно быть монашеское послушание. Для сочинений Нила Сорского является характерным обоснование необходимости отказа от стяжаний в пользу достижения описанного в них монашеского идеала. Также важны публицистические сочинения Вассиана Патрикеева, последователя Нила. Среди них можно отметить относящееся к 1515 г. «Прение с Иосифом», содержащее среди прочего сведения о соборе 1503 г., «Собрание некоего старца, направленное на воспоминание своего обещания», содержащее обличение иноческих пороков, «Слово ответно противу клевещущих истинну еуангельскую и о иноческом житии и устроении церковном», содержащее множество отсылок к житиям святых, подтверждающим изначальную нестяжательность монастырей, «Слово о еретиках», проповедующее гуманное отношение к еретикам (неприменение смертной казни, необходимость их обращения к покаянию и т.п.) и другие. Для сочинений Вассиана характерно наличие обширной «доказательной базы» (жития святых, решения Вселенских соборов, Евангелие и т.п.).

12 стр., 5654 слов

Русские православные монастыри

... Развитие дикой природы, рост населенных пунктов и основание новых монастырей стали свидетелями возрождения национальной жизни как в социальной, так и в духовной сферах. Результаты этого процесса ... два пункта основной части, заключение, список использованной литературы. 1. Русские православные монастыри: исторический аспект Первые монастыри появились на Руси тогда, когда монашество прошло уже ...

Также, в отличие от Нила Сорского, который лишь констатировал наличие кризисных явлений, связанных со стяжаниями монастырей, и осуждал их, однако не предлагал конкретных решений проблемы, Вассиан Патрикеев требовал от великого князя проведения секуляризации монастырский вотчин «здесь и сейчас». Обычно цитируют слова Вассиана из полемического «Прения с Иосифом»: «Аз великому князю у манастырей села велю отъимати и у мирских церквей» 1 .

О полемике иосифлян и нестяжателей и соборе 1503 г. рассказывают многочисленные публицистические источники XVI в. Среди них, например, «Письма о нелюбках», написанные неизвестным последователем иосифлян в 1530-х гг. со слов Дионисия Звенигородского и Нила Полева, бывших пострижениками Иосифо-Волоколамского монастыря. Нелюбками автор называет распри между последователями Нила Сорского и Иосифа Волоцкого. Первая нелюбка – конфликт на соборе 1503 г., вторая – полемика после смерти Нила в связи с выступлением Вассиана Патрикеева против церковного землевладения, третья – спор между Иосифом и Вассианом о судьбе еретиков, четвертая и последняя — конфликт из-за дела Дионисия и Нила Полева, обвинивших в ереси белозерских старцев и сосланных за это великим князем по настоянию Вассиана.

Другой важный для нас источник – созданное в середине XVI в. «Житие Иосифа, составленное неизвестным». Оно содержит информацию о соборе 1503 г. Собор также освещен в «Слове ином», еще одном памятнике публицистики XVI в.

Стоит отдельно сказать несколько слов об еще одном источнике, «Соборном докладе». По сути своей этот источник является посланием великому князю от церковных иерархов, содержащим обширную аргументацию в пользу церковного землевладения с привлечением исторического опыта и ссылок на священное писание. Изначально считалось, что источник является докладом собора великому князю, отсюда его название. Однако, по мнению Н.А. Казаковой, это не доклад, а выписка из протокола собора, возможно, адресованная взошедшему на престол после смерти Ивана III Василию III 1 .

Источники, относящиеся к собору 1503 г., можно разделить на три типа в соответствии со степенью ангажированности их авторов тем или иным движением. Один полюс – источники, авторство которых принадлежит нестяжателям, например «Прение с Иосифом» Вассиана Патрикеева. Другой – проиосифлянские источники, например, «Житие Иосифа». Где-то посередине находятся источники, принадлежащие перу иосифлян и в то же время отличающие большей нейтральностью, объективностью и уважением к позиции и заслугам заволжских старцев. Таковы, к примеру, «Письма о нелюбках».

^

Движение нестяжательства имеет как духовные истоки, уходя корнями в ранневизантийские учения, так и исторические предпосылки своего возникновения на территории Московского княжества в рассматриваемый период времени.

41 стр., 20392 слов

Иосиф Бродский. Часть 7. Проза

... для русского читателя Бродского очерк-воспоминание о детстве и юности, в котором отразилась советская эпоха. Сознательное детство Иосифа пришлось на послевоенное ... годы, семейная, мы были больше американцами, чем сами американцы.» Жизнь в сссрии была серая, нищая и однообразная, поэтому ... помнят. Вот одно из самых ранних воспоминаний, описанное в эссе под названием «Трофейное»: «А к концу блокады была ...

Практика т.н. «умной молитвы» появляется еще в первом тысячелетии, патристика того времени уже содержит многие идеи, которые в XIV в. оформятся в учение исихазма. Центральной идеей этого учения является утверждение о том, что в процессе умно-сердечной молитвы, очистившись от посторонних помыслов и избавившись от соблазнов, возможно узреть несотворенное и невещественное влияние Бога, Божественный свет, и посредством Божьей благодати, целиком пронизывающей наш мир, приблизиться к экстатическому слиянию с Божественным началом. Эти идеи нашли подробное теоретическое обоснование в сочинениях св. Григория Паламы, стараниями которого в 1351 г. исихазм стал официальной доктриной православной церкви. На учение Паламы опирались учения поздневизантийских мистиков, занимавшихся поиском формы организации монашеской жизни, наиболее способствующей приближению к слиянию с Божественным. С этими учениями связано возникновение общежитийного монастыря.

Оформившийся к началу XVI в. дуализм в среде монашества по отношению к вопросу церковного стяжания уходит корнями во времена зарождения русского монашества в XI в. Уже тогда сформировались два основных пути появления новых монастырей на Руси 1 . В свою очередь, оба этих пути пришли на Русь из Византии. При первом пути монастырь основывается «сверху», по инициативе князя, становившимся ктитором основанного монастыря. Монастырь получал от князя земли, деньги и другие дары. Такими были, например, основанные Ярославом Мудрым в Киеве монастыри св. Георгия и св. Ирины. При этом ктитор получал довольно широкие права на монастырь, например, право передачи монастыря своим наследникам, в этом случае монастырь становился родовым ктиторским1 . Монастыри этого типа преобладали на Руси в домонгольскую эпоху. Второй путь — основание монастыря «снизу» монахами-подвижниками из аскетических устремлений. Так, в 1051 г. будущий митрополит Илларион, бывший тогда священником в селе Берестов под Киевом, покинул полный суеты многолюдный Берестов, где располагалась княжеская дружина, и вырыл для себя пещерку на холме к югу от Киева на правом берегу Днепра, где и обосновался. Это стало первым шагом к основанию Печерского монастыря.

XIV-XV вв. — время монашеской колонизации на Руси. Происходила она следующим образом: одинокий подвижник удалялся в дремучий лес, чтобы в одиночестве предаться аскезе, молитве, посту и борьбе с искушениями; затем, прослышав о праведнике, к нему присоединился новый боголюбец, и они начинался спасаться вдвоем; постепенно прибывали все новые и новые ищущие спасения, так одиночный скит превращался в обитель, за стенами которой впоследствии появлялись крестьянские поселения 2 . Таким образом, монастырь становился центром хозяйственной жизни, притом, что изначально братия стремилась к уединению и укрытию от мира. Был необходим способ уберечь монахов от соблазнов и искушений, подстерегавших их в мирской жизни. Таким способом в XIV в. стал переход от особножительского устава к киновии — монашескому общежитию. В качестве примеров можно назвать Троице-Сергиев и Кирилло-Белозерский монастыри. При киновии никто из братии не имеет личного имущества, все работают на монастырь, молитва и трапеза – общие, монастырские послушания распределяются настоятелем и т.п.3

12 стр., 5561 слов

Жизнь и творчество Иосифа Бродского

... Аркадьевича Гордина, литератора, «Рыцарь и смерть, или Жизнь как замысел: О судьбе Иосифа Бродского». в ней содержатся интервью с Бродским, с самим Гординым, его рассказы об их общении ... творчество такого человека, являясь практически его современниками. Итак, в своем реферате я постараюсь осветить биографию Иосифа Александровича, а также рассмотреть его творческий путь. Для подготовки своей ...

К концу XV в. участие монастырей в экономической жизни стало еще более активным (см. введение).

В общественном сознании образовался разрыв между образом монастыря как общины монахов, спасающихся в посте и молитве, и между реальным положением вещей, при котором обмирщавший монастырь являлся субъектом товарно-денежных отношений, занимался помыслами, владел землями с крестьянами и т.п. В связи с этим можно говорить о кризисе монашества на рубеже XV-XVI вв. Нил Сорский и Иосиф Волоцкий предложили два различных пути преодоления этого кризиса. Иосиф пропагандировал укрепление монашеского общежития, укрепление дисциплины путем строгого соблюдения обрядовой стороны монашеской жизни и сочетание принципа личного нестяжания иноков с коллективным стяжанием монастыря, владеющего землями и селами. Идеалом Нила был скит, где монахи питаются собственным трудом и не стяжают вотчин и богатств, пребывая большую часть времени в уединении и состоянии умной молитвы.

^

Центральная идея учения Нила Сорского в целом совпадает с идеями исихастов. Его идеал – избавление от страстей и соблазнов и сосредоточение на созерцательной и безмолвной умной молитве, при которой «не молитвою молится ум, но превыше молитвы бывает; и в обретении лучшаго молитва оставляется, и в изступлении бывает, и ни хотениа имать чего». В этом состоянии монах должен пребывать большую часть времени, находясь в уединении в своей келье. Нил приводит слова святых Григория Синаита и Симеона Нового Богослова: «…о молитве… прилежно попечение имети, всех помысл ошаася в неи, аще мощно; не точию злых, но и мнимых благых… и искати в сердце Господа, еже есть умом блюсти сердце в молитве и внутрь сего всегда обращатися» 1 . Этот идеал диктует необходимость ограничение сообщение монаха с внешним миром, являющимся источником страстей, мешающих полностью погрузиться в состояние умного делания.

В «Предании» Нил Сорский пишет о принципе монашеского нестяжания. По его мнению, инок должен питаться от трудов рук своих: «Сие же от святыхъ отець опаснѣ предано есть намъ яко да отъ праведныхъ трудовъ своего рукодѣлиа и работы дневную пищу и прочаа нужныя потребы Господь и Пречистаа Его Мати, яже о насъ устраяетъ: не дѣлаяи бо, рече апостолъ, да не ясть. Пребывание бо и потреба наша отъ сихъ хощетъ строитися» 2 . Монах не может пользоваться даровым чужим трудом: «Стяжания же, иже по насилию от чюжихъ трудов събираема, вносити отнюдъ нѣсть намъ на ползу». Таким образом, Нил Сорский отрицает возможность владения селами для монастыря.

Нужно отметить, что нестяжание Нила и вытекающая из него невозможность монастырского вотчиновладения не являются политической программой по отбору земель у монастырей. В своем произведении «О мысленном делании» он не раз повторяет, что нестяжание является обязательным условием для духовной жизни, умного делания и молитвы монаха. «Умная молитва» Нила, осуществление его идеи, близкой исихазму, о слиянии с Богом подразумевают отсутствие попечений о земном, мирском 3 . В пятой главе «Устава» Нил пишет: «А еже от места имя имети добреиша монастыря и множаишеи братии, сие гордыни мирских, рекоша отци, или по удержавшему ныне обычаю, от стяжании сел и притяжании многих имении, и от предспеания в явльниих к миру». Таким образом, обычай гордиться богаствами монастыря приравнивается Нилом к мирской гордыне, что есть греховно1 .

9 стр., 4261 слов

Переславский Никитский монастырь

... в XVI веке. Этот век стал веком расцвета монастыря. В 1520-х годах Никитский монастырь привлек к себе внимание великого князя Василия III, который повелел возвести в обители новую каменную ... в Никитском монастыре давно - настолько давно, что к 1528 году он уже пришел в совершенную ветхость и был, согласно повелению великого князя Московского Василия Иоанновича, разобран. Василий Иоаннович ...

Если в «Уставе» Иосифа Волоцкого, созданного им для Иосифо-Волоколамского монастыря, присутствует мельчайшая регламентация всех аспектов монашеского общежития, то «Устав» Нила содержатся лишь самые общие правила монашеской жизни. В качестве образца для своего «Устава» Нил Сорский избрал старинный синайский типикон со свойственной ему простотой. «Устав» также имеет сходство с «Преданием» Саввы Освященного, греческим монастырским типиконом середины первого тысячелетия. По мнению Н. Казаковой, это свидетельствует о симпатии Нила к раннемонашескому образу жизни и о его равнодушии к внешней обрядовой стороне монашеской жизни 2 .

Интересно сравнить названия глав уставов Иосифа и Нила. У Иосифа главы, называются, например, «О пищи и питии», «О одеждах и обущах», «О еже не беседовати на трапезе». У Нила – «О слезах, како подобает творити хотящим обрести сия», «О различии нашего борениа и победы на осмь началнеиших помысл страстных и прочих» и т.п. Это наглядно свидетельствует о том, что для Иосифа в центре внимания стояла обрядовая сторона монашеской жизни, а для Нила – внутренняя духовная жизнь иноков.

Итак, Нил Сорский отрицает идеал Иосифа: многолюдный богатый монастырь, владеющий селами. Каков же идеал самого Нила? В одиннадцатом слове своих «Глав» он сравнивает три различных варианта монашеского устройства: отшельничество, скитничество и общежитие. Он приходит к выводу о целесообразности «среднего пути»: «…с единемь или множае с двема братома житие». Этот путь оптимален, т.к. два-три инока вместе могут поддержать друг друга в борьбе с искушениями, страстями и бесами и наставлять друг друга. Все необходимое для жизни они приобретают «от трудов своих», лишь в случае крайней необходимости они могут принять малую милостыню. При этом небольшое число обитателей скита позволяет им большую часть времени пребывать в своих кельях в одиночестве. В Скитском уставе Нил пишет: «…не прилична сут таковым съборнаа пениа, рекше часовы и каноны, и трепари, седалны, прокимны и прочаа, иже в церкви предана сут. Но токмо труды, иже по Бозе, и трезвение ума, тем же и каждо их в келиах своих имеаху трезвение и попечение о себе же и своем правиле» 1 . Полностью же уединенное жительство Нил отвергает из-за того, что в этом случае монах остается один на один с соблазнами и прочими духовными опасностями: «Горе единому рече, аще в леность впадеть в уныние или отчаяние, яко не имат въставляющаго или помогающаго ему в человецех»2 .

Признание Нилом Сорским скита как идеальной формы монашества еще раз подтверждает его отказ от монастырского землевладения и обращенность его идеалов в древность, к истокам подвижничества и палестинско-синайскому монашеству 3 .

^

Намерения великокняжеской власти относительно секуляризации церковных и монастырских земель прослеживаются уже в последние десятилетия XV в. Например, в 1484-1485 гг. жители Перми Вычегодской направили Ивану III челобитную, в которой обвиняли пермского владыку Филофея в том, что тот отобрал их земли. В ответ великий князь приказал отобрать у владыки все земли и вернуть их в волость. И это далеко не единственный случай, когда крестьяне предъявляли монастырям поземельные иски. Другой пример – в 1478 г. в процессе подчинения Новгорода Москве были ликвидированы новгородские вотчинные и монастырские владения, на территории которых были испомещены около двух тысяч московских дворян. Вообще, к указанному периоду относится формирование централизованного русского государства, для этого процесса было характерно превращение городов из вотчинных владений местных князей в «государевы города», при этом в некоторых случаях монастырские слободы и дворы отписывались на великого князя, а население их переходило в разряд посадских тяглецов 1 .

2 стр., 585 слов

Сочинение князь василий исполнил обещание

... Решающие сражение состоялось у Евфимиева монастыря. Войска Василия были разгромлены, а сам великий князь взят в плен. Василию удалось получить свободу только после ... войне. Он договорился с князем Борисом Тверским и выступил с ним в поход против Шемяки. Другое войско приверженцев Василия шло из Литвы. Поначалу ... так успешны. Сохранялась зависимость Руси от Орды. Понравилось сочинение? А вот еще:

К началу XVI в. великокняжеская власть находилась на подъеме: незадолго до этого было окончательно свергнуто монгольское иго, основные русские земли признали власть великого князя, в 1501-1503 гг. была проведена успешная война против Литвы и Ливонского ордена. Возможно, именно поэтому в 1503 г. Иван III решился в открытую поднять вопрос о секуляризации церковных земель 2 .

Из источников актового характера, относящихся к собору, до нас дошли только два соборных определения, не имеющих прямого отношения к вопросам церковного землевладения (одно о запрете службы для вдовых попов, другое о запрете взимания мзды за введение в сан).

Они, однако, дают нам привязку по времени, кроме того, в них перечислены церковные иерархи, принимавшие участие в деятельности собора.

Летописи не сохранили упоминаний о том, что на соборе 1503 г. обсуждались вопросы церковного землевладения. Это можно объяснить тем, на соборе государство противостояло иосифлянам, но впоследствии они заключили союз, и летописцы предпочитали не вспоминать о былых разногласиях церкви и государства 1 . Зато эти упоминания в обилии сохранились в публицистических сочинениях, не связанных официальной идеологией.

Например, «Прение с Иосифом», написанное относительно вскоре после собора (в 1515 г.) Вассианом Патрикеевым, который был современником описываемых событий и непосредственно общался с Нилом Сорским, содержит сведения о том, что реальной причиной созыва собора был именно вопрос секуляризации, а не вопросы служения вдовых попов или взимания мзды за поставление в сан.

«Житие Иосифа, составленное неизвестным» также говорит о том, что собор созывался именно для решения вопроса о церковных и монастырских землях. В нем не говорится напрямую, что Нил Сорский участвовал в соборе, однако сказано о «неких отцах», любящих «безмолвное и уединенное житие», и отцы эти «ради бо крепкаго их жительства и добродетели множества зело от самодержець приемлеми и почитаеми» 2 . Образ Нила и заволжских старцев легко угадывается здесь.

Интересен вопрос, насколько соотносились цели нестяжателей и великокняжеской власти. И нестяжатели, и Иван III выступали против церковного землевладения. Мотивы великого князя достаточно очевидны, они лежат в политической сфере: его целью было изъятие земель с целью ослабления церкви как экономического субъекта и расширения государственного земельного фонда в условиях, когда земельный ресурс все еще являлся главенствующим. Преследовали ли нестяжатели политические цели? Едва ли: их интересы лежали в духовной сфере, в сфере морально-этических идеалов. Согласно «Слову иному», «…Приходит же великому князю и Нил, чернец з Белаозера, высоким житием словый сый, и Денис, чернец Каменский, и глаголют великому князю: Не достоит чернцем сел имети» 1 . «Программа» нестяжателей на соборе не содержит упоминаний государства: основные ее пункты (1 – «чтобы у монастырей сел не было», 2 – «а жили бы чернецы по пустыням», 3 – «а кормились бы чернецы рукоделием»)2 напрямую вытекают из учения Нила Сорского, в целом аполитичного. Мы можем сделать вывод, что нестяжатели и великий князь не были союзниками в полном смысле этого слова, скорее можно говорить о совпадении политических намерений Ивана III с религиозными устремлениями заволжских старцев и использовании первым этого совпадения. Нестяжатели на соборе не говорили, что земли монастырей должны перейти именно в великокняжескую вотчину, и не предлагали конкретной программы секуляризации. Также необходимо добавить, что в то время, как нестяжатели выступали лишь против монастырского землевладения, Иван III планировал секуляризации как монастырской, так и церковной земельной собственности всех видом с переводом церкви и монашества на казенное обеспечение.

По мнению А. Алексеева, собор начался с предложения Ивана III к отцам собора об изъятии монастырских вотчин, подержанного заволжскими старцами и отвергнутого большинством иерархов. В ответ великий князь потребовал от иерархов привести аргументацию в пользу церковного землевладения, имеющую правовые и теологические обоснования 1 . Приведем примеры такой аргументации.

Первый тип аргументации – апелляция к традиции, обычаю. Так, в «Житии Иосифа, составленном неизвестным» приведен следующий аргумент: еще в давние времена ктиторы наделяли монастыри землями, дабы монахи не отвлекались на труды и добычу пропитания и могли сосредоточиться на молитве и постах 2 . Схожий аргумент приводит автор «Писем о нелюбках»: по его словам, Иосиф на соборе ссылался на греческих и русских святых, основателей первых монастырей, владевших селами3 . Справедливости ради надо отметить, что в традиции и греко-византийского, и позднее русского монашества с самого начала существовало два различных пути появления монастырей, о чем уже говорилось выше. «Соборный доклад» также ссылается на пример равноапостольных царей Константина и Елены, раздававших церквам «множество стяжаний».

Другой тип – отсылка к священному писанию. Ими изобилует «Соборный доклад». Он также содержит ссылки на канонические правила святых соборов, например, Сардикийского, Карфагенского и V и VII Вселенских.

Третий тип аргументации – «логическая» аргументация. Автор «Писем о нелюбках» пишет о следующем аргументе: если у монастырей не будет сел, то «благородные человеки» не будут постригаться и некого будет поставлять на церковные должности, а это приведет к «поколебанию веры». Однако, есть мнение, что этот аргумент казался наиболее важным автору «Писем о нелюбках», не присутствовавшему на соборе, и тот вложил его в уста Иосифа Волоцкого 1 .

В заключительной части «Соборного ответа 1503 г.», направленного Ивану III, сказано, что «и доныне святители и монастыри земли держали и держат, а отдавати их не смеют и не благоволят». Этот отказ сопровождается аргументацией с указанием на то, что церковники ни при каких условиях не имеют права отдавать церковные вотчины, являющиеся, по сути, имуществом Бога, и скорее предпочтут насильственную конфискацию. та аргументация совпадает с той, что за полтора столетия до этого использовалась на соборе в Византии патриархом Филофеем Коккином в полемике с императором Иоанном Палеологом, требовавшим передачи церковных земель светской власти: «…а относительно недвижимых имуществ я только страж, не более. Если же царь захочет взять церковные владения по собственной воле, то пусть возьмет» 2 .

Собор 1503 года закончился неожиданным происшествием: с великим князем случился, по всей видимости, инсульт, и «отняло у него руку и ногу и глаз» 1 . Возможность провести секуляризацию церковных земель была упущена: в первой трети XVI в. монастырские вотчины, ставшие сакральным посредством поминальной практики (развитие т.н. «вкладов по душе»), стали фактически неотчуждаемыми2 .

^

Вассиан Патрикеев – выходец из знатного княжеского рода, ближайший родственник Ивана III и Василия III. В 1494 г. он возглавил посольство к литовскому великому князю Александру, спустя два года – войск, выступившее против шведов. Однако карьера Вассиана разрушилась, когда в 1497 г. в династической борьбе между потенциальными наследниками Ивана III, его вторым сыном Василием Ивановичем и внуком Дмитрием Ивановичем, он поддержал последнего, в то время как Иван III в конце концов остановил свой выбор на первом. Вассиан подвергся опале и в 1499 г. был насильно пострижен в монахи. Свою иноческую жизнь Вассиан начал в Кирилло-Белозерском монастыре, в 15 верстах от скита Нила Сорского, где попал под влияние его личности и учения и стал, таким образом, учеником и последователем Нила 3 .

Вассиан, бывший до пострига одним из ведущих политиков в государстве, и после принятия монашеского пострига не оставил политической деятельности. Несмотря на слова своего наставника Нила, писавшего про своих оппонентов, что «не подобает же и на таковых речми наскакати, ни поношати, ни укоряти, но – богови оставляти сия», после смерти Нила Сорского Вассиан перебирается в Москву, где разворачивает активную пропаганду за секуляризацию и против церковного стяжания, пытаясь, под одной из версий, таким образом вернуть расположение великого князя 1 .

Вассиан был преемником учения Нила Сорского. При этом он был куда более ярким публицистом, чем сам Нил, и в своих сочинениях открыто противостоял иосифлянам, ревностно отстаивая свои взгляды. Он писал про монахов, что те должны жить «нищетою и правдой», «безмолвъствовати и рукоделием своим и трудом питатися» 2 . В ответ на доводы иосифлян о том, что села отдаются монастырям на спасение души вкладчиков, Вассиан отвечал, что в то время, как по задумке села даются монастырям, чтобы монахи могли, будучи обеспеченными необходимым для жизни, сосредоточиться на молитве, а излишки отдавались бы нищим и странникам, монахи «от многого безумиа и самолюбиа и неблагодарства» все приобретенное либо накапливают, либо пускают в рост под проценты3 .

В первое время антистяжательная пропаганда Вассиана Патрикеева вполне согласовывалась с политикой Василия III, преемника Ивана III на великокняжеском престоле. Так, в 1505-1511 гг. правительством Василия III производилась массовая отмена податных льгот крупных вотчинников, в первую очередь монастырей. В 1513-1514 гг. заметно снижается число жалованных грамот на монастырские вотчины. Исследования истории вотчин отдельных монастырей также подтверждают эти данные. Так, для вотчины Кирилло-Белозерского монастыря периодом замедленного роста были конец XV в. и первая четверть XVI в. То же самое можно сказать и про вотчину Троице-Сергиева монастыря 1 .

В 1511 г. кафедру митрополита занимает архимандрит Симоновского монастыря Варлаам, выходец из иноков Кирилло-Белозерского монастыря, видимо, имевший опыт общения и с Нилом Сорским, и с Вассианом Патрикеевым в Белозерских пустынях. Спустя несколько лет контакты Варлаама и Вассиана возобновляются. Вассиан Патрикеев становится приближенным не только великого князя, но и митрополита, который под влиянием Вассиана стал сочувствовать нестяжателям и осуждать иосифлянство. Иосифлянство между тем несколько меняет свой облик. Если в конце XV в. Иосифу была близка идея превосходства «священства» над «царством», то теперь он развивает тезис о том, что великий князь является наместником бога на земле. В 1507 г. Иосиф передает Иосифо-Волоколамский монастырь под патронат великого князя 2 .

Вплоть до 20-х годов Вассиан сохраняет сильное влияние на великого князя. Так, в 1517-1518 гг. он заканчивает составление новой Кормчей книги. В ней он собрал по систематическому принципу материалы, отсылающие читателя к церковным канонам и установлениям, свидетельствующим об исконной нестяжательности монастырей. Также в это время был написан трактат «Слово о еретиках», призывающий к гуманному отношению к еретикам на основе церковных канонов. По свидетельству Максима Грека, в 1531 г. Кормчая книга все еще находилась в великокняжеской казне, наряду с деньгами, драгоценностями и самыми важными государственными документами 1 . При этом Вассиан открыто призывал Василия III к проведению секуляризации монастырских земель, о чем уже говорилось в обзоре источников.

Однако в начала 20-х годов начинается разрыв Василия III с нестяжателями и сближение его с иосифлянами. В декабре 1521 г. Варлаам оставляет митрополичью кафедру, которую в феврале 1522 г. занимает Даниил, бывший после смерти Иосифа Волоцкого игуменом Иосифо-Волоколамского монастыря. В 1525 г. перед соборным судом предстал Максим Грек, близкий к Вассиану и разделявший отношение нестяжателей к монастырскому землевладению. В 1531 г. перед судом предстал и сам Вассиан Патрикеев.

Следует сказать несколько слов о бракоразводном процессе Василия III. В 1525 г. он развелся со своей первой женой Соломонией, не подарившей ему детей, и женился на Елене Глинской. Разводы были запрещены церковью, однако иосифляне поддержали великого князя. Сам митрополит Даниил осуществил развод и венчание. Распространена точка зрения, согласно которой Вассиан Патрикеев выступал против развода и повторного брака Василия, и именно это стало причиной его опалы. Однако существует грамота великого князя Кириллу, архиепископу Ростовскому, о неподсудности ему иноков Ниловой пустыни, данная Василием по челобитию Вассиана («бил ми челом старец Васьян – княж Иванов, сын Юрьевича»).

Грамота это датируется 14 сентября 1526 г., т.е. уже после бракоразводного процесса Василия III Вассиан все еще сохранял свое влияние на него 1 .

Н.А. Казакова объясняет сближение Василия III с иосифлянами тем, что в условиях обострения как внешне- (совместные набеги казанских и крымских татар), так и внутриполитической (конфликты с удельными князями и боярством, например, т.н. «дело Шемячича», в рамках которого митрополит Даниил поддержал великого князя) обстановки государство не имело ресурсов для противостояния с церковью, а церковь, в свою очередь, была готова обеспечить Василию III свою полную поддержку 2 . Также можно отметить, что большая часть духовенства не поддерживала нестяжателей. Проведение преобразований, предлагавшихся нестяжателями, привело бы к тому, что монастыри выпали бы из цепочек хозяйственно-экономических отношений и потеряли бы влияние на окружающий мир. Однако как бы то ни было, прямых свидетельств того, что смена курса Василия III произошла по какой-то из перечисленных причин, не существует.

Вассиан Патрикеев был осужден на церковном соборе 1531 года, после чего сослан в Иосифо-Волоколамский монастырь, где и умер. Основными обвинениями против него были покушение на святость и незыблемость старой Кормчей книги, «развращение» им святых правил, обвинение в ереси. Отрицание вотчинных прав монастырей также вменялось ему в вину. Обращаясь в Вассиану, митрополит говорил: «Писал еси во своих правилех: Иноком жити по Еуангелию, сел не дръжати, ни владети ими… Ино то еси божественное писание и священная правила оболгал» 3 .

Вассиан выступал не только против монастырского землевладения. Он также обвинял монашество в падении нравов. В своем сочинении «Собрание некоего старца» он обличал иноков, глаголющих «многие укоры», пьющих «дондеже в смех и детем» станут; стремящихся после смерти игумена или казначея занять его место любыми средствами: «…ови мздами, неимущии же ласканием, яко змеи хотящи излияти яд на искренних», поступающих так «имения ради и славы». Также Вассианом осуждается стяжание предметов роскоши: одеяний, сосудов, дорогой утвари, в т.ч. церковной. В «Слове ответном» он обличает стяжательство иноков, которые вместо того, чтобы питаться собственным трудом, объезжают города и «раболепне» угождают богатым с тем, чтобы «приати у них или деревнишку, или сребришко». Осуждал Вассиан и ростовщическую деятельность монахов: «Мы же единаче сребролюбием и несытостию побежденыи, живущаа братиа наша убогиа в селех наших различным образом оскорбляем их, истязанми неправедными обидяще их, и лесть на лесть и лихву на лихву на них налагающе, милость же нигде же к ним показуем, их же егда не возмогнуть отдати лихвы, от имений их обнажихом без милости, коровку их и лошадку отъемше, самех же с женами и детми далече от своих предел, ак скверных, отгнахом…». Можно при желании найти в сочинениях Вассиана и элементы социальной критики. Он выступал против бесчеловечного обращения с крестьянами: «…и аки противу заповедей господьских ополчающеся, обидим и грабим, продаваем христиааний, наших братий, и бичем их истязуем без милости, аки звери дивии на телеса их скакающе» 1 . Однако критика эта ведется с позиции скорее христианской морали, чем социальной справедливости.

Говоря об отношении Вассиана к церковному землевладению, важно заметить, что он не отвергал его целиком и полностью. Он допускал возможность владения вотчинами для кафедральных епископских церквей, но не с целью обогащения последних, а для помощи нищим и убогим и для обеспечения иноков. Этот момент неоднократно освещается в его сочинениях. Например, в пояснении в 11-й грани Кормчей читаем: «По сей грани 11, аще именяются села монастырьскиа в правилех, но не иноком повелевает ими владети, но данныа им села от соборныя церкви епископом их хранятся от соборныя церкви икономом, и окоръмляются от него всякыми потребами повелением от епископа их или милостынею христолюбцев, аще не довлеются своим рукоделием» 1 . В «Прении с Иосифом»: «У соборных церьквей у мирскых повелевают святая правила земли държати, но не епископу ими владети, ни попом, но все церьковное богатство ведати иконому и давати от него, со епископля доклада и с всего его священнаго собору попов его, причетником церковным всем комуждо что на потребу, такоже и нищим, и убогим, и плененных окупати и всяким в убожестве живущим помогати. Сего ради христолюбци приношают ко церквам соборным мирским своя имениа и богатства»2 . Право соборных церквей на владение вотчинами и бескорыстный характер такого владения Вассиан обосновывал, ссылаясь на раннюю каноническую традицию, например, на 41-е правило апостолов, согласно которому епископу разрешается пользоваться церковным имуществом для удовлетворения лишь своих самых насущных потребностей, основное же назначение церковного имущества – помощь странникам и нуждающимся, осуществляемая через пресвитеров и диаконов, или на 26-е правило Вселенского Халкидонского собора, устанавливающее, что для управления церковным имуществом епископы должны иметь эконома из собственного клира1 .

Оппоненты нестяжателей часто использовали тот аргумент, что монастырские владения, являющиеся т.н. «вкладами по душе» неотчуждаемы и сакрализованы, т.к. являются залогом молитв монахов о спасении души вкладчика. Одна Вассиан вовсе отвергал устоявшуюся практику заупокойных молитв «за мзду». В «Собрании некоего старца» он пишет: «К сему же еще и от боголюбцов просяще милостыня и за них обещаетеся молится. Что же рцем, о иноцы, яко взятия ради опущешися умолити бога неприступнаго страшнаго, небеси и земли творца? О како, окаяннии, не вемы ся, что творяще – мзды ради хощем превратити бога на милость! Не возбранено нам, любимицы друг за друга молитися, но и зело полезно, но не мъзды ражи – не мъздоимны бо суть дарове божии; истиннии его молитвеницы мъзды о молитве никако же требуют, гневает бо бога молитвеник мздуприемый, и не о благих делех аки дерзновения имея, прирыщет к богу, цату или две во чпазе своем прием, и яко наимник за то к богу подвизается со дерзновением. Ничто же бо, братие, таковаго дело безстрашие должен есть инок за весь мир молитися, а ничто же от них приемлюще» 2 . Таким образом, Вассиан Патрикеев выступает категорически против имевшего место переноса светских торговых институтов на духовную сферу.

Еще один важный вопрос, поднятый Вассианом Патрикеевым в своих сочинениях и служивший еще одним предметом спора между нестяжателями и иосифлянами, — вопрос о еретиках. Этому вопросу посвящены, например, «Ответ кирилловских старцев на послание Иосифа Волоцкого о наказании еретиков» и «Слово о еретиках», написанное Вассианом как приложение к его Кормчей. В то время как иосифляне требовали безоговорочной казни еретиков (например, Иосиф в своем «Послании»), Вассиан пропагандировал более гуманное отношение к вероотступникам. Так, в «Ответе Кирилловских старцев» Вассиан со старцами «положили тому посланию старца Иосифа свидетелства от Божественнаго писаниа противно. Что некающихся еретиков и непокарающихся велит заточити, а кающихся еретиков и свою ересь проклинающих церьковь божиа приемлет простертыма дланма» 1 . Похожие слова читаем в «Слове ответном»: «Не убивати еретиков, глаголем, но или в темници затворити их, или в заточение отсылати»2 . В «Прении с Иосифом»: «А кающихся повелевает святая писаниа приимати на покаяние»3 .

Заключение

Нестяжательство, берущее духовные истоки в учении исихазма и в деятельности раннехристианских подвижников, появилось как реакция на изменения в жизни русского монашества в XIV-XV вв. Вовлеченность монастырей в товарно-денежные отношения, рост монастырских вотчин приводили к падению нравов среди иночества. Можно говорить о кризисе монашества и о двух путях выхода из этого кризиса. Одним из них был путь нестяжания, молитвы и пощения, скромной уединенной жизни, отвергавший возможность монастырского землевладения. Этот путь был предложен Нилом Сорским, чьим идеалом было подвижничество раннего христианства.

Вместе с тем к концу XV – началу XVI вв. перед великокняжеской властью остро встал вопрос необходимости изыскания новых земель, при этом церковь была крупнейшим вотчинником в государстве. Иван III использовал взгляды нестяжателей для секуляризации церковных земель и борьбы против иосифлян, отстаивавших право монастырей на владение вотчинами. Однако иосифлянское большинство собора и стечение обстоятельств не позволило власти осуществить секуляризацию.

При этом необходимо отметить, что нестяжательство не было политическим движением. Учение Нила Сорского было скорее морально-этическим, его основной целью было духовное очищение монашества, а не отъем владений у монастырей.

В правление Василия III ситуация изменилась. Обострение проблем внутри страны и на ее рубежах не позволяло великому князю сосредоточить усилия на проблеме церковного землевладения. В то же время иосифлянство, ранее отчасти противопоставлявшее себя великокняжеской власти, пошло на сближение, обеспечивая Василию III полную поддержку по всем вопросам. При этом развитие т.н. «вкладов по душе» сильно осложняло изымание земель у монастырей, т.к. эти владения были сакрализованы. Постепенно нестяжательство, далекое от политики, оказалось не у дел и было осуждено как еретическое учение.

Список использованной литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://liarte.ru/sochinenie/publitsisticheskie-sochineniya-vassiana-patrikeeva/

  1. «Слово иное», в «Труды Отдела древнерусской литературы ИРЛ АН СССР, т. XX». – М.: 1964.

  2. Алексеев А.И., Под знаком конца времен: Очерки русской религиозности конца XIV – начала XVI вв. – С-Пб.: «Алетейя», 2002.

  3. Голубинский, Е.Е., История русской церкви. — М.: ИД «Грааль», 1997.

  4. Житие Иосифа, составленное неизвестным . – М.: 1903.

  5. Замалеев А.Ф., Овчинникова Е.А., Еретики и ортодоксы: очерки русской духовности. — Л.: «Лениздат», 1991.

  6. Казакова Н.А., Вассиан Патрикеев и его сочинения. М.- Л., АН СССР, 1960.

  7. Казакова Н.А., Очерки по истории русской общественной мысли. Первая треть XVI века. — Л.: «Наука», 1970.

  8. Романенко Е.В., Нил Сорский и традиции русского монашества . – М.: «Памятники исторической мысли», 2003

  9. Синицына Н.В., Типы монастырей и русский аскетический идеал (XV-XVI вв.) в сборнике «Монашество и монастыри в России, XI-XX вв.» . – М.: «Наука», 2002.

  10. Смолич И.К., Русское монашество. — М.: «Православная энциклопедия», 1997.